День и Ночь. Пророчество о Тёмном Цветке.

Глава 7

Закончив обрабатывать царапины Быстрохода, Лучезарная отправила провинившегося ученика к выходу из палатки. Не глядя, она протянула лапу к куче Травы Исцеления, чтобы пододвинуть к себе ещё горстку. Однако смогла нащупать лишь холодный каменный пол, да несколько кусочков травы. Кошка удивлённо моргнула и повернула голову.

«Куда это она так быстро растратилась?»

Она точно помнила, что они с Мягколапкой потратили много времени на сбор Травы Исцеления. Как бы то ни было, сейчас её не осталось.

Целительница бросила нерешительный взгляд в сторону хранилища.

«Там только на крайний случай»

Она посмотрела на Бари. Белая кошечка умывала мордочку, ожидая своей очереди на лечение. Ученики не успели сильно поранить друг друга.

«Любая царапина может стать опасной, если её не лечить»

Кошка отогнала закрадывающееся ей в душу отчаяние. Им не хватало трав ни на больных Зимней Хворью, ни на раненых.

Лучезарная направилась к выходу из палатки, чтобы снаружи поразмыслить, что ей делать. Она не хотела, чтобы Бари заподозрила что-то неладное. О проблемах с травами, помимо неё, знали только Мягколапка и Солнцелап. Остальным котам в племени было незачем волноваться ещё и об этом.

— Всё хорошо?

Целительница вздрогнула от неожиданности, услышав рядом с собой озабоченный голос своей ученицы. Она была так сосредоточена на своих мыслях, что, должно быть, не обратила внимания на звук поступи чёрно-белой кошечки.

— У нас закончился основной запас Травы Исцеления, — не стала врать Лучезарная. Она понимала, что Мягколапка должна быть в курсе всего, что происходит у них с запасами. Ученица очень многим ей помогала.

— А вот и нет! — загадочно улыбнулась Мягколапка после недолгой паузы. — Иди сюда.

Лучезарная в замешательстве взглянула на маленькую целительницу. Что и говорить, а уверенный тон и слова кошечки немного приободрили и обнадёжили её.

Она молча посеменила следом за той, гадая, что всё это могло значить.

«Наверное, я просто не заметила, что у нас где-то ещё немного»

Кошка была уверена в том, что хорошо проверила хранилище. Но сейчас готова поверить во что угодно, лишь бы у них оказалась пара-тройка завалявшихся травинок.

— Вот, — Мягколапка приподняла передней лапой край своей подстилки. Из-под смятых папоротников торчал пучок драгоценного растения.

— Откуда у тебя это? — восхищённо вздохнула Лучезарная, счастливо ткнув лапой Траву Исцеления.

Мягколапка неловко опустила глаза и смущённо лизнула себя в плечо.

— Ну... Помнишь, ты просила меня разобрать эти травы и перенести их в кладовую? Я тогда та-а-ак устала! И засунула их себе под подстилку, чтобы поспать и на утро разобраться. А потом забыла.

— Ты умница, — Лучезарная ласково лизнула ученицу в ухо. Она была слишком обрадована находкой лекарства, чтобы задумываться о том, что в каком-то смысле похвалила Мягколапку за непослушание. Её даже охватила гордость за свою ученицу. — Даже не знаю, что бы я без тебя делала!

Оставив ещё больше смутившуюся кошечку поправлять свою подстилку, целительница понесла пучок трав в часть палатки, где её ожидала Бари. Белая охотница уже не вылизывалась, а безучастно смотрела в стену палатки, думая о чём-то своём.

Лучезарная слегка размяла лапой один листочек и приложила его к самой большой царапине на шкурке пациентки. Та ойкнула и обнюхала листик.

— Немного пощиплет, но скоро пойдёт, — заключила она, закончив с оставшимися ранами кошки. — Сегодня из лагеря не выходи.

Бари разочарованно вздохнула.

— Но я хотела поохотиться! — она умоляюще заглянула ей в глаза. — Пожалуйста! Я буду стараться не зацеплять припарки.

Сердце Лучезарной сжалось от жалости к бывшей одиночке. Казалось слишком ясным то, что та хотела поохотиться, чтобы доказать, что полезна для племени.

— Ещё успеешь, — мягко проговорила она, тщательно подбирая слова, чтобы не расстроить ученицу воина ещё сильнее. — Поверь мне, племени будет лучше, если ты выйдешь на охоту здоровая и полная сил, чем занесёшь инфекцию в рану и проваляешься в палатке целителя несколько дней.

Бари понимающе кивнула, но целительница не могла не заметить разочарования в её глазах.

«Ничего. Пройдёт время, и она здесь приживётся»

Несколько месяцев назад племенной патруль нашёл Бари на границе. Бедняга была сильно ранена собаками и находилась без сознания. После того, как они с Мягколапкой вылечили и выходили молодую одиночку, она решила остаться здесь и служить племени, став охотницей. Кошечка ещё не прошла обучение бою и охоте, чему обучали всех племенных воителей, но делала большие успехи.

Весь оставшийся день целительницы хлопотали над больными. В отделе больных Зимней Хворью лежали уже шесть котов. Хуже всего было состояние маленькой Темнокрылой. Малышка почти не просыпалась и редко ела. Её брату, Тонкоусу, едва ли лучше. Мелкогривка же, к счастью, не заразилась. Вместе с её отцом, Кремнескалом, они каждый день наведывались к целителям и расспрашивали о Златошёрстке и заболевших котятах. Оба выглядели очень обеспокоенными. Даже Мелкогривка, казалось бы, немного понимала всю серьёзность ситуации.

Два дня спустя Лучезарная по традиции сидела на полянке возле своей палатки, наблюдая за рассветом над лесом. Охотники и остролапы уже сновали туда-сюда и толпились у выхода. Кошку насторожили голоса соплеменников. В них слышалась не утренняя болтовня и распределение обязанностей, а беспокойство.

— Позовите Лучезарных!

Целительница вскочила со своего места, услышав чёткий крик кого-то из воинов.

«О, предки Сияющей Звезды, что на этот раз?!»

Коты расступились, давая ей пробежать между ними.

— Бари! — перед ней вырос запыхавшийся Кремнескал, что являлся наставником белой кошечки. — Ей плохо.

Дневной отошёл, освобождая проход. Теперь целительница видела белую шкурку ученицы.

— Отойдите все! Не надо тут толпиться! — крикнула она, когда в очередной раз споткнулась о чей-то хвост.