День и Ночь. Пророчество о Тёмном Цветке.

Глава 15

Солнцелап торопливо свернулся клубочком у малинового куста. На его удачу снова пошёл снегопад, который должен скрыть его следы и запах на снегу. По пути в лагерь он тщательно спланировал свои дальнейшие действия. Ему нужно немного подождать, а потом поднять шум, мол, пленница сбежала.

Лапы его гудели от усталости. Мысли вихрями носились в голове.

«По нашей территории действительно бродят духи?»

Кот не сказал бы, что отрицает их существование. Но никогда не задумывался о том, что мёртвые коты постоянно следят за живыми, блуждая по миру невидимками.

В глубине души он знал и чувствовал, что поступил правильно, разбудив и выведя Темноцветик из лагеря. Она не убивала Птицебрега.

«Огнеглаз далеко не тот, кто снисходителен к поверженным врагам. Останься она здесь, на утро её бы убили»

Кот мрачно усмехнулся про себя.

«А теперь он убьёт меня за то, что не уследил за ней»

— Солнцелап.

Солнцелап с трудом открыл слипшиеся глаза и сонно заморгал. Над ним склонился какой-то серо-белый зеленоглазый кот, в котором он миг спустя узнал Дневного вестника. Тучегром смотрел на него недовольно, с некоторым осуждением.

Солнечный Коготь моментально оказался на лапах.

«Я заснул!»

Он проспал свой выход. Небо уже посветлело, просыпающийся лагерь шумел.

Теперь он видел и Огнеглаза, стоявшего рядом с Тучегромом. Горящие гневом оранжевые глаза предводителя метали молнии. За спинами котов столпились его соплеменники, бросая на него понимающие и сочувствующие взгляды, и перешептываясь между собой.

«Ну вот. Я попал»

***

Солнцелап устало плёлся по лесу, держа в зубах за хвосты две тощие мышки. После щедрого выговора от Огнеглаза, его сразу отправили на исправительные работы. Теперь, вместо суточной нормы в одного-двух зверьков, он должен приносить в лагерь с охоты не менее трёх. В холодную зимнюю погоду, когда вся дичь пряталась по норкам, это было довольно тяжелым заданием.

Однако, первые две мышки попались ему довольно быстро, и кот легко их поймал, даже несмотря на то, что не выспался. Сил уже не оставалось. Он ходил и заглядывал под кусты, в надежде, что найдёт зазевавшуюся полевку или белку. Но дичью в воздухе и не пахло.

Охотник снова принюхался, но лишь расчихался, поймав носом большую и холодную снежинку. Снегопад шёл, не прекращаясь, и его замёрзшие лапы уже больше, чем наполовину погружались в снег.

— Ну наконец-то, — позади него послышался голос сестры и зашуршал снег. Он обернулся к ней. — Ты не мог бы ходить с поднятой лапой? Раньше только по ней я тебя на снегу и находила, — пошутила Лучезарная.

Солнцелап уныло взглянул на свою левую чёрную лапу. Она была вся в снегу.

— Не поможет, — зевнул кот. Он сильно устал, но всегда был готов повеселиться. — Ты сезон бы меня искала, даже если бы я был сейчас полностью чёрным.

Пёстрая кошка повела ушами, давая понять, что услышала его насмешку, но не обратила на неё внимание. Только сейчас воин заметил, что целительница смотрит на него серьёзно и выглядит уставшей.

«Ну что опять?» — мысленно простонал он и плюхнулся на снег, поудобнее подобрав под себя лапы. Он нетерпеливо уставился на Лучезарную, безмолвно сообщая, что готов слушать.

— Как спалось? — как ни в чём небывало спросила сестра.

Солнечный Коготь окаменел. Целительница искала его по лесу точно не для того, чтобы спросить о том, как он спал. Он с подозрением прищурил глаза, узнав этот приём. Сестра не раз пыталась вывести его на чистую воду таким способом, ведя себя так, будто всё знает. Что ж, он не собирался сдаваться.

— Превосходно, — Дневной чуть приподнялся и потянулся, широко открыв глаза, чтобы казаться бодрым. — Вот только пробуждение было так себе, — пробурчал он и снова сел, ожидая реакции сестры. В её янтарном взгляде было что-то странное.

— Это ведь ты помог ей сбежать.

— Я? — Солнцелап возмущённо вытаращил глаза. — Ни в коем случае!

Недовольное выражение лица Лучезарной не изменилось. Он с досадой понял, что сестра, как всегда, видит его насквозь.

— Врать ты так и не научился, — вздохнула она. — Я нашла ваши следы в лесу.

— Она не убивала Птицебрега! — сдался Солнцелап. Теперь же он разозлился. С чего это сестра разговаривает с ним, как с провинившимся котёнком?!

— Это она тебе так сказала? — Лучезарная скептически наклонила вниз голову, взглянув на него исподлобья.

— Чего ты пристала? — прошипел Солнечный Коготь, давая волю несвойственному ему нарастающему гневу. — Не переживай, Огнеглаз уже всё мне сказал. И вообще, ты мешаешь мне исполнять наказание!

Взяв в зубы своих мышей, он развернулся к сестре хвостом и припустил по лесу. В нём кипело негодование.

«Она тащилась через весь лес, чтобы сказать мне о том, какой я плохой! Как же это на неё похоже!»

Отбежав на достаточное расстояние, чтобы Лучезарная его не видела, он снова принюхался. Ссоры-ссорами, а охотиться для голодного племени нужно.

Солнцелап вернулся в лагерь уже вечером. Положив свои две мышки и дрозда в общую кучу, он поплёлся в сторону палатки охотников, но на полпути остановился. Его носа коснулся кошачий запах, сильно выделявшийся на фоне Дневных. Воин повертел головой, высматривая владельца такого запаха.

Недалеко от него сидел какой-то небольшой чёрный котик и о чём-то оживлённо болтал с Тучегромом. Солнцелап озадаченно склонил голову набок. Этот чужак показался ему знакомым, но он не мог понять, где его видел. Ничуть не меньше его вводило в замешательство то, почему этот кот ведёт себя так, будто чувствует себя комфортно в племени или даже живёт здесь.

«Он слился с остальными. Наверное, поэтому, я его и не заметил»

Мимо говорящих котов проходила Лучезарная, дружелюбно кивнув обоим.

«Она знает, кто это?»

— Кто он такой? — Солнечный Коготь подошёл к сестре и указал хвостом на чужака.

Целительница вдруг вздыбила шерсть.

— А ты бы узнал, если бы дал мне тогда договорить, вместо того, чтобы уносить лапы, как неуравновешенный ученик!