День и Ночь. Пророчество о Тёмном Цветке.

Глава 36

Лучезарная склонилась над Темнокрылой и с удовлетворением отметила, что дыхание её стало почти полностью здоровым. Хрипов не осталось. Маленькая кошечка стала последней пациенткой, болевшей Зимней Хворью. И сейчас целительница могла сказать, что она выздоровела и может отправляться в палатку мягкоусок. Несмотря на радостные вести о выздоровлении котов и резкое потепление, Дневные всё ещё оплакивали бедного Тонкоуса. Его мать, Златошёрстка, совсем недавно пришла в себя. Новость о смерти сына сильно опечалила молодую мягкоуску.

— Съешь это, — Лучезарная пододвинула лапкой Цветок Здоровья к Темнокрылой. — И можешь идти к маме.

— Правда? — кошечка подняла на неё ясные, сияющие глазёнки. — Наконец-то!

Брезгливо взглянув на белый цветочек, она нехотя принялась его жевать, морщась от неприятного вкуса. Доев, Темнокрылая вскочила на лапки и, радостно вереща, поскакала к выходу. Лучезарная инстинктивно приготовилась прикрикнуть на неё, чтобы вела себя по тише. Но теперь в палатке не было больных, нуждавшихся в тишине и отдыхе. За исключением Мышехвоста. Кот на днях вывихнул лапу, когда поскользнулся на льду под снегом. Вправив её, целительница оставила остролапа на некоторое время в своей палатке, попросив вестника отстранить его от обязанностей. Перемены коснулись и этой должности: Тучегром заявил, что уже слишком стар для роли помощника Огнеглаза и после смерти предводителя не смог бы долго править племенем. Его место заменил Кремнескал. Лучезарная одобряла выбор Огнеглаза, сделать своим помощником и заменой Кремнескала. Охотник, хоть и был молод, уже пользовался уважением среди других воинов и был опытен, как в охоте, так и в бою. Целительница с гордостью осознавала, что таким же неплохим кандидатом мог стать Солнцелап, окажись он на тот момент в лагере. Брат вернулся шесть дней назад. С тех пор он ходил какой-то потерянный, даже немного отстранённый. Когда Лучезарная спрашивала его о его путешествии, он говорил, что рассказывать нечего. Племени он сказал, что ушёл «развеяться». Такое часто происходило с молодыми котами. Соплеменники не считали это плохим, но и не одобряли.

«Тем более, он ушёл без предупреждения, в голод и холод»

Никто из племени не воспринял его двухдневное отсутствие, как что-то серьёзное. За исключением Шипозубки. Кошка, как оказалось, вся извелась переживаниями за друга и была очень рада его видеть. Лучезарная тоже тревожилась о Солнцелапе, но заставляла себя верить в то, что брат знал, что делает.

«А теперь он всем своим видом даёт понять, что это не так»

Дневная постаралась перестать обижаться на брата по всяким мелочам, но его поведение заставляло её беспокоиться. Обычно энергичный и жизнерадостный кот теперь постоянно витал где-то в своих мыслях, реже заговаривая с соплеменниками

Лучезарная вышла на улицу и оглядела лагерь. Там, где несколько дней назад находились большие сугробы, остались лишь небольшие кучки снега. Теперь передвигаться по лесу стало сложнее: за день всё подтаивало, а за ночь замерзало, превращаясь в лёд. Резко проваливающийся под лапами снег неприятно царапал и громко хрустел, что значительно усложняло задачу охотников.

Племя Ясного Дня давно прекратило набеги на территорию соседей. Остролапы, что были свободны от обучения учеников, снова принимали участие в охоте. Добычи тоже стало немного больше. Вестник теперь не занимался распределением еды: каждый самостоятельно брал себе по кусочку один-два раза в день.

У тернового куста, что рос посреди поляны, завтракали Солнцелап и Шипозубка. Лучезарная разочарованно дёрнула ухом. Она давно искала момент, чтобы поговорить с братом без лишних ушей, но он постоянно был либо на исполнении обязанностей, либо с Шипозубкой. Целительница была рада, что у него есть хорошая подруга. Но ей не нравилось, что брат отдалился от неё.

«Раньше мы были такими дружными...»

Лучезарная встряхнула головой, отгоняя непрошенную грусть. Конечно, это нормально, что между братом и сестрой иногда бывают разногласия или недопонимания.

«Это случается редко и ненадолго. Чего ж грустить то, когда всё так хорошо? Солнцелап вернулся домой живым и здоровым, многие соплеменники пережили Зимнюю Хворь. Да и погода улучшается»

Кошка вытянула затёкшие лапы. Сегодня, как и в предыдущие дни, солнышко приятно пригревало тёплом её пёструю шкурку, так что она была преисполнена энергией.

«Вот он на охоту пойдёт, с ним и поговорю. Поворчит и успокоится. Никуда его белки не убегут, а мне тревожно за него»

Как она и надеялась, закончив утреннюю трапезу, Шипозубка и Солнцелап отправились на охоту по отдельности. Пожелав только что проснувшейся Мягколапке доброго утра и предупредив её о своём уходе, Лучезарная посеменила за братом.

Прежде чем она догнала Солнцелапа, отметила, что тот снова направляется в сторону ручья. Порассудив, что в прошлый раз стоило за ним проследить, кошка решила пока не выдавать своего присутствия. Быть может, и в этот раз ей удастся узнать, что не так с её братом.

Дойдя до малиновых зарослей, что росли вдоль ручья, неподалёку от племенной границы, Дневной охотник замедлился и пополз через кусты. Он остановился с другой стороны, не выходя на вид, и замер.

Лучезарная решила не лезть за ним, а подождать у входа. Если он выслеживал какую-то дичь, то должен был скоро выйти обратным путём. А производить лишние шорохи или поцарапать свою шкурку о колючки ей вовсе не хотелось.

Время шло, но кот не шелохнулся. Устав сидеть на одном месте, Дневная, недовольно что-то проворчав себе под нос, полезла через кусты.

Услышав шорох, Солнцелап обернулся и удивлённо заморгал.

— Что ты тут делаешь? — промяукал он, рассеянно глядя на неё.

— К тебе лезу, — вздохнула кошка, выйдя в небольшой проём в кусте. Она оттряхнула шёрстку. — А вот тебе, по-моему, есть, что рассказать, — она впилась глазами в брата.

Не выдержав, Солнцелап опустил взгляд.

— Всё так запутано, — тихо произнёс он. Лучезарной было непривычно слышать эту мрачную задумчивость в голосе брата. — Что бы я тебе сейчас ни сказал, ничего хорошего в этом нет.