День номер...

Глава 2 - История

День 3-4 — История

Боль в спине почти прошла. Сегодня я хотел дать себе передышку, но стрельба где-то вдали напомнила: в этом мире нельзя останавливаться. Даже в таком состоянии я решил заняться домом и немного обустроиться.

В моём распоряжении — две спальни, кладовка, ванная и кухня-гостиная.

Скромный домик, и это к лучшему. Попробуй-ка обезопасить целую виллу — возни в десять раз больше. В комнатах я нашёл множество вещей, но почти всё было не по размеру. Решил пустить одежду на тряпки. Также обнаружилась ещё одна бита — деревянная, в отличие от той, что валялась на улице. По мелочи — немного утвари, ничего выдающегося.

В ванной — пусто.

Пара бинтов и флакон со спиртом. Очень скромный запас, которого точно не хватит. Я снял шторку с душа и повесил её на окно в гостиной — оно было почти полностью прозрачным.

Мелочь, но в нынешних условиях — важна каждая деталь.

Кладовка порадовала больше. Там хранился неплохой набор инструментов — пригодятся для укрепления дома или ремонта.

Снаружи у угла дома я заметил сарай. Пока не разведал его — это в планах на завтра. Хотелось бы найти ключи от мотоцикла, но это означало обыск тела парня, которому я снёс голову вчера. Малоприятная перспектива. Закончив дела по дому, я принялся отдыхать, завтра меня ждет очередная вылазка.

День 4

Проснувшись, составил небольшой план, и принялся собираться. Намотал на шею шарф, обмотал руки тряпками. Вряд ли это спасёт от укуса, но хоть какую-никакую защиту даст. Выглянув в окно, убедился, что всё спокойно, и, сжав биту в руке, вышел на улицу. Казалось, пульс передался оружию — оно будто стало продолжением руки. Открыв дверь, я вновь увидел ту же картину: пустая улица, тишина, мёртвый мир.

Сначала я хотел проверить сарай, отложив неприятное на потом. Но быстро стало ясно: он заперт на массивный замок. Бить по нему битой — не лучшая идея, особенно без навыков. Я обошёл здание в поисках другой возможности и заметил небольшое окно. Через него удалось разглядеть содержимое: несколько старых столов с инструментами. Всё выглядело потрёпанным временем, но среди них явно выделялся топор. Он бы сейчас очень пригодился.

Но разбивать стекло — значит поднимать шум. А дырка в сарае — ещё и слабое место в защите. Я решил пока оставить это и отправился к телу, в котором, как я надеялся, были ключи от мотоцикла.

Подойдя к останкам, я замер. Не от страха осмотра мёртвого — а от мысли, что он может оказаться не совсем мёртвым. К счастью, мои опасения не оправдались. Ключ действительно оказался у него. Я забрал его и направился к мотоциклу.

Это был «Kawasaki». Не разбираюсь в моделях, но по виду — довольно современный. Вставив ключ и провернув, я услышал щелчок — система включилась. Этого было достаточно, заводить не стал. Отогнал байк ближе к сараю, спрятав за кустами, чтобы не бросался в глаза. Бак был почти полный — значит, можно будет использовать в экстренном случае.

Теперь оставалась другая проблема — запасы. Продуктов оставалось на пару дней, аптечки не было вовсе. Надо было отправляться на вылазку.

Я вернулся в дом, взял спортивную сумку — уже пустую — и вышел. Надеялся, что найду хоть немного еды и базовых медикаментов. Район был малонаселенным, дома стояли далеко друг от друга — по 10 метров, а то и больше. С одной стороны — меньше риск столкнуться с заражёнными. С другой — больше надо ходить, чтобы обыскать каждый.

Первый дом выглядел обычным. Я задержался у него, задумавшись: считается ли это кражей? Но разве можно говорить о законах, когда весь мир рухнул? Осмотрелся через окна — внутри всё было тихо. Попробовал одно из окон — повезло, поддалось. Уже внутри, подошёл к входной двери и вдруг понял, что она-то была открыта изначально.

Обыскивал методично. Я нашёл восемь банок. Обычные на вид — тусклые этикетки, немного ржавчины по краям. В нормальное время я бы задумался: что внутри? Срок годности?

Но сейчас — это было всё равно, это был мой завтрашний обед. Я быстро складывал их в сумку, чувствуя, как с каждой новой банкой в груди прибавляется чуть-чуть уверенности. Еда — это сила. Способ жить ещё день. На полке осталась одна вскрытая банка с засохшим содержимым — я не стал трогать.

Следующий дом дался проще: я уже не думал о морали, только о выживании. Но он был закрыт. Ни одно окно не открывалось. Почему-то именно этот дом привлёк меня. Интуиция? Упрямство? Не знаю. Я решил разбить окно. Выбрал то, что выходило на задний двор — шум уйдёт в сторону леса, где никого быть не должно. С одного удара стекло пошло трещинами, а затем осыпалось на мягкую мебель внутри и траву снаружи. Я аккуратно пролез и сразу открыл дверь.

Дом оказался настоящей находкой. Внутри — ещё свежие продукты, консервы, и даже кое-что из медикаментов. В шкафчике в ванной я нашёл бинты, обезболивающее, спирт, глазные капли и таблетки от тошноты. Добыча была ценной.

Но чувство удовлетворения длилось недолго. Сумка ощущалась слишком лёгкой — что-то подсказывало: нужно больше. С новыми силами я направился к следующему дому. Расстояние показалось короче — будто сам мир звал меня к новой цели.

Дом был открыт. И как только я вошёл, сердце сжалось: посреди коридора лежал труп. Это был заражённый — точнее, то, что от него осталось. Его тело было худым, кожа — серо-синяя, как у давно утонувшего. Казалось, он давно мёртв, но я уже знал — внешний вид может обманывать. Запах был отвратительным. Гнилостный, липкий, въедливый. Я быстро осмотрел кухню, захватил немного еды, затем направился в ванную.

И тут всё пошло не по плану.

Позади раздался резкий, быстрый топот. Я едва успел обернуться, как передо мной возник тот самый труп — живой. Его лицо, измождённое и искажённое, было в полуметре от моего. Он прыгнул на меня — зубы вцепились в рукав куртки.

Всё вокруг замедлилось. Звук шагов, дыхание, даже собственные мысли — будто время схлопнулось в один резкий момент. Я ощутил, как его зубы вцепились в рукав, услышал этот мерзкий хруст ткани. Отчаяние вспыхнуло в груди, и в одно движение я скинул его в сторону. Его тело врезалось в стену с глухим стуком. Бита в руке ожила. Один удар. Второй. Третий. Каждым я словно выбивал страх из собственной души. Кровь брызгала, но я не замечал. Был только звук. Звук ломающейся кости и рев в голове. А потом — тишина.