День за днем -3 ("Маргоша" - 2)

День 124 (222). Понедельник

Будильник звенит вовремя, но меня окончательно будит Анька, мельтешащая туда-сюда, из гостиной в ванную, собираясь на радио – сегодня ей нужно уйти пораньше и приготовиться к интервью с Вадимом. Проводив Сомову, занимаюсь собой - одеваюсь, крашусь, причесываюсь, а потом грею воду для кофе, для себя и нашего гостя. Надеюсь на плодотворное сотрудничество, и очень хочу поддержать благоприятное впечатление, которое, надеюсь, произвела вчера. По крайней мере, Шепелев не скучал и очень даже заинтересованно отвечал на вопросы.

Оформление этого самого поддержания занимает почти полчаса перед зеркалом в ванной: яркий макияж, гладко расчесанные волосы, темное платье без рукавов и треугольным вырезом в горловине. Строгость компенсируется необычными бусами в виде крупных сцепленных черно-белых колец с блестящей крошкой и легким браслетом на запястье из схожих колечек поменьше. Оригинально, броско и красиво. Пока Вадима нет, листаю журнал, сидя на диване, положив ногу на ногу, и потихоньку допивая содержимое чашки. На столике, передо мной, остывает стеклянный кофейник и скучает вторая чашка на белой салфетке – что-то гость разоспался, а мне уже пора на выход. Наконец, Вадим появляется с широкой улыбкой на припухшем от сна лице:

- Доброе утро.

Оторвавшись от чтения, отставляю чашку на стол, на салфетку:

- Доброе.

- Кофе пьешь?

Журнал тоже складываю.

- Пытаюсь. Будешь?

- Если со сливками, с удовольствием!

Он все в той же майке и шортах, что вчера, а в руке крутит какую-то книжку в мягком переплете. Беру в руку кофейник наполнить его чашку - сливки уже добавлены, мы такой вариант уже прояснили за ночными посиделками. Вадим садится к столу, на придиванный модуль, и поворачивает в мою сторону обложку покетбука:

- Кстати, это продолжение нашего вчерашнего разговора.

Бросаю косой взгляд:

- А что это?

- Книга.

- Вижу, что книга. Чья?

- А там написано.

Придвигаю кофе ближе к Вадиму:

- Ага… Пожалуйста.

Потом тянусь за книгой взглянуть на обложку. На зеленом фоне буквы, похожие на иероглифы, и какая-то буддийская скульптура. Приглядевшись, вижу, что иероглифы складываются в вязь вполне узнаваемых букв:

- Ух, ты! «Дзен путь к себе»... Вилли Шеппард? Ничего себе, так ты еще и книги пишешь?

Вадим кивает, отпивая кофе:

- Угу, пытаюсь.

Перевернув, заглядываю, что написано на обратной стороне покетбука и читаю вслух:

- Когда монах спросил, что такое путь, мастер Нансен ответил: «Повседневная жизнь - это и есть путь».

Все? Не могу сдержать усмешки, хотя и пытаюсь не рассмеяться:

- Глубоко... Хэ-хэ.

- Напрасно иронизируешь. Дзен очень древняя философия. И рассматривает практически все аспекты жизни.

Ну, не знаю… Наугад раскрываю середину. Задумчиво подняв глаза вверх, вспоминаю:

- Ну, насколько я знаю, дзен это - медитация?

Вчера в разговоре что-то такое промелькнуло и теперь я вопросительно смотрю на Вадима. Он уточняет:

- Или погруженность.

Чуть привстав, он пересаживается ко мне поближе, чтобы тоже заглянуть в книгу, на открытой странице. Потихоньку перелистываю… Но вникать в философию сейчас некогда и я захлопываю книжку, шлепая по ней сверху ладонью:

- Слушай, ну, спасибо большое, я обязательно погружусь в это, но только после работы.

Мне бы ближе к реалиям жизни. Есть, например, одна вещь… Та, что мешала мне, а теперь мешает Калугину быть рядом со мной - в природе мужчины и женщины лежит заниматься сексом и без этого их союз называется дружбой, а не любовью. И мне, и ему нужно переступить через свое «я», а мы не можем, не смогли… С пытливым прищуром смотрю на Шепелева:

- Вадим, м-м-м… Мне очень понравилась твоя ноябрьская статья в «Планете».

Подношу к губам чашку, допивая остатки. Он недоуменно смотрит на меня:

- Это, какая?

- Дзен под одеялом.

Мой собеседник смеется и опускает глаза:

- Ну да, было дело.

Мы сидим довольно близко, и поднятый вопрос заставляет вести себя расковано - ну, не будешь же с суровым видом обсуждать такие вещи! Вадим уточняет:

- Она вышла в усеченном варианте, на все у них формата не хватило.

Тогда может быть есть смысл опубликовать полностью, но у нас? Я уже слушаю его как профи, как главный редактор. Шепелев смотрит с веселым прищуром:

- И секс там рассматривается только с мужской точки зрения.

Да и читал его Игорь Ребров. Смущенно отвожу взгляд:

- Ну, ведь я редактор «Мужского Журнала».

- Помню. Кстати, в книге…

Тянусь снова за ней, раз Вадим хочет что-то добавить по пикантному вопросу.

- Вопросы секса я рассматриваю более развернуто.

М-м-м…. Любопытно… А с женской точки зрения там есть? Словно услыхав меня, он добавляет:

- Если интересно, глянь.

Конечно, интересно:

- Спасибо.

Сжав книгу обеими руками, благодарно поднимаю ее перед собой, с улыбкой демонстрируя автору, как он угадал с подарком. Вадим, смеется:

- Как редактор «Мужского Журнала»?

Совсем застыдил девушку. Смущенно хихикаю:

- Спасибо, обязательно.

Мы поднимаемся, и я уже делаю шаг к прихожей переобуваться, но останавливаюсь, чтобы прозондировать почву на его дальнейшие планы:

- А, да, кстати…Э-э-э… Вадим, или Вилли, как лучше?

Он расковано стоит передо мной, сунув руки в карманы, с неизменным радушием в лице:

- Хэ… Для тебя Вадим.

Ладно, пусть для меня.

- Можно тебя немножечко поэксплуатировать?

Он вопросительно приподнимает бровь:

- В каком смысле?

- Твое большое интервью на первую полосу «Мужского журнала».

- Не возражаю. Но только не сегодня.

Скинув тапок, придерживаясь рукой за полку, пытаюсь всунуть свою лаптю в туфлю:

- Кстати, будешь уходить, вот здесь, возле рыбины, лежат ключи.

- М-м-м.

***

Договоренности с Вадимом дают толчок к творческому процессу и я, приехав на работу, активно включаюсь в организационный процесс – теперь есть цель, а значит и план, как все успеть к сроку, назначенному Наумычем. «Секс и дзен»! Да с такой темой номера любой формат будет выигрышный, даже самый необычный! Однако успеть за два дня нужно многое, так что сидеть в кабинете некогда, и я ношусь по редакции, обсуждая с каждым из сотрудников его фронт работ и задавая сжатые сроки. Зацепившись в холле с девицей из отдела пиара и рекламы, выясняю, кто у нас слетел с разворота и есть ли адекватная замена. Оптимизма разговор не добавляет - количество жаждущих печатать рекламу действительно сократилось. Поджав губу, на автомате, запускаю руку под волосы, почесывая затылок – тираж обещает быть двойным и упускать возможность хорошо подзаработать на рекламе не хочется... Надо будет все самой изучить, только в спокойной обстановке. Забрав у девицы ее листки, уношу с собой, посматривая на ходу. Голос Калугина прерывает процесс: