День за днем -3 ("Маргоша" - 2)

День 172 (324). Пятница.

На следующее утро я опять, как огурец: ночные страхи отступают и голова занята уже повседневными делами – что одеть, как причесаться, и как не застрять в пробках по дороге. С первой и второй задачами справляюсь легко - у меня есть новая серо-серебристая блузка с узким вырезом у горла и вшитым широким бантом - поясом сбоку, свисающим вниз завязками - она мягко лежит по фигуре и очень неплохо смотрится с брюками и распущенными волосами. С последней задачей труднее - приходится воспользоваться такси, оно, все-таки, более юркое, чем автобус, чтобы доехать до ближайшей станции метро. Появившись в редакции, неторопливо направляюсь к себе, но возле секретарской стойки торможу, обращаясь к виднеющейся согбенной спине:

- Люсь, привет

Людмила приветливо выпрямляется:

- Доброе утро, Маргарита Александровна.

Интересуюсь, убирая упавший локон за ухо:

- Почта есть?

Люся хватает со стойки пару-тройку тощих конвертов и сует мне в руки:

- Вот.

Не густо:

- Спасибо.

Разворачиваюсь, чтобы двинуться к кабинету, на ходу перебирая письма:

- Так, а что у нас сегодня по плану?

Секретарша нагоняет:

- А, сейчас посмотрю. Так, пятница, все чисто.

В пятницу и чисто? Остановившись, удивленно оглядываюсь:

- Да?

- Угу.

- И что, никаких обедов и ланчей?

Люся качает головой, уткнувшись в блокнот:

- Нет.

Какое коварство! Хмыкая, обмахиваюсь конвертами словно веером:

- Обидно.

- Почему?

- Придется есть за свой счет.

Секретарша хихикает…. Однако, что-то здесь и правда жарковато… Продолжая обмахиваться, интересуюсь:

- Калугин уже на месте?

Вчера он мне так и не позвонил, хоть и клятвенно обещал, и у меня к нему куча вопросов по этому поводу. Людмила вдруг тушуется:

- Да они, вот… Гхм…

Она кивает в сторону зала заседаний, и я оглядываюсь, чтобы лицезреть, как из открытой двери выходит Андрей, а следом выкатывается Егорова с радостной гримасой. Вот, не зря я вчера психовала - с утра пораньше голубки уже уединились! Уперев руку в бок, жду, пока Калугин подойдет поближе. А он жизнерадостен, как ни в чем не бывало:

- Привет

Скриплю:

- Доброе утро.

Наташа с хитрой улыбкой проходит мимо:

- Привет, Марго.

Интересно, чем это она так довольна? Кисло ворчу:

- Салют. А я смотрю, работа уже кипит?

Калугин переглядывается с Егоровой и кивает:

- Ну да, готовим фотосессию, подбираем интерьеры.

В разных интерьерах, конечно, возбуждает неодинаково:

- Ну и как, подобрали?

Мартышка вмешивается:

- Интерьеры да, а костюмы еще нет. Андрюш, пойдем?

Что ж так с костюмами-то заклинило? Можно, например, ей медсестрой, а ему пожарником… Калугин оглядывается на бывшую возлюбленную, вдруг теряя уверенность:

- Иди, прости, я потом.

Еще и прости?! Егорова шествует дальше, и я провожаю соперницу недобрым взглядом. Андрей снова поворачивается ко мне:

- Марго.

В его голосе слышится опасение и оно не напрасно: хмуро отваживаю забывчивого женолюбца:

- Чего? Иди… Иди, иди… Тебя же ждут! Давай!

Андрей нерешительно отходит, все время, оглядываясь в мою сторону. А чего ты хотел – вчера был недоступен, сам звонить не удосужился, сегодня с утра тоже не откликался - так занят, так занят… А оказывается, они тут заперлись, интерьеры подбирают… И костюмы! Ехидно кидаю вслед:

- Бог в помощь!

Несколько секунд постояв на месте, нервно подергивая ногой и переваривая нахлынувшие негативные эмоции, разворачиваюсь и с каменной физиономией врываюсь к себе в кабинет, наконец, давая выход чувствам. Мелкая дрянь! Войну она объявила, видите ли! А этот гусь лапчатый тоже хорош - обещал же не вестись!

- Как же ты меня заколебала, а? Называется «я липну»… Вот, кто липнет!

Гневно взмахнув конвертами, кидаю их на стол, а затем, сняв сумку с плеча, суетливо вешаю ее за ручки на спинку кресла. Сзади доносится голос Андрея:

- Марго, извини. Я не помешал?

От неожиданности теряюсь, на секунду заминаясь:

- Н-н-н… Да нет, проходи.

Закрыв дверь, Андрей идет к столу, а я, опустив голову и вдруг застыдившись своей невыдержанности, нервно тереблю волосы. Весь мой гнев уходит разом - Сомова бы меня сейчас точно отчитала и была бы права.

- Я, конечно, помню и…, понимаю, что ты не приветствуешь все это на работе, но я по личному.

Он внимательно вглядывается в мое лицо, и я отвожу глаза. По личному? Видимо, сейчас последуют объяснения и оправдания. Перемещаясь за стол, усаживаюсь в кресло:

- Ну, говори, я слушаю.

Калугин оглядывается на дверь и садится на угол стола:

- Вот это сейчас, что было?

Это совсем не то, что я жду услышать, скорее упрек в мой адрес… Ну да, ревность, кто ж спорит… А разве я не права? Делаю непонимающие глаза, взирая снизу вверх:

- Где?

- Ну, в офисе… «Бог в помощь!».

Да, с эмоциями переборщила, не удержалась… Смущенно усмехаюсь:

- Ну, Андрей, «бог в помощь» это…, бог в помощь… Что?

Калугин многозначительно поджимает губу, кивая:

- М-м-м… Ты с такой интонацией этого мне пожелала...

Андрюшка совсем не сердится, и я, покраснев, сама улыбаюсь:

- C какой?

- И с таким выражением лица… Что сейчас бы мне лишних вопросов не задавала.

Наш игривый спор перерастает в откровенный флирт, и я подыгрываю, чуть склонив голову на бок:

- То есть, ты хочешь сказать, что у меня было какое-то необычное выражение лица, да?

Калугин, поведя головой, усмехается: