День за днем -3 ("Маргоша" - 2)

День 146 (275).  Пятница.  

Утром завтракаю и одеваюсь на работу в одиночку – у Сомовой эфир только во второй половине дня и она отсыпается. Полностью собравшись, прежде чем стартовать, бросаю последний взгляд в настенное зеркало – сегодня на мне темное платье без рукавов с треугольным вырезом, на шее цепочка с кулоном, легкий макияж на лице и распущенные волосы. Все в полном порядке и я, схватив с полки связку с ключами, заглядываю в сумку, висящую на плече:

- Так, ключи… Деньги… Телефон здесь, все пошла.

Повернув защелку замка и толкнув дверь наружу, нос к носу натыкаюсь на Веру Михайловну. От неожиданности обе ойкаем, и я растерянно отступаю, делая шаг назад. Машина мать тут же втискивается в прихожую, прикрывая за собой дверь:

- Меньше всего, Машенька, я хотела тебя напугать.

А я, меньше всего, ожидала незваного визита! Как она меня только нашла?! Нервно сглатываю комок в горле:

- Да нет, все нормально, проходи!

Мы выходим из прихожей, и мать с любопытством оглядывается по сторонам:

- Так, значит, это квартира твоей подруги да?

- Ну, как бы да. А как ты меня нашла-то?!

Через Сергея Аксюту? Но Машина мать меня не слушает:

- А что, значит, как бы?

Вот что за манера у человека - слышать только то, что хочет? Пытаюсь изобразить смех:

- Я говорю: как ты меня нашла?

- Ну, нашла Маш и нашла. В конце концов, мать имеет право знать, где пропадает ее дочь!

- Почему пропадает, мам?! Я же тебе все объяснила.

Вера Михайловна продолжает свое дознания, шаря взглядом по углам:

- А где же тогда бабушка?

- Бабушка?

- Да, бабушка, бабушка… Ведь насколько я понимаю, ты за ней ухаживаешь?

- Да… Бабушку сегодня увезли в больницу.

Мать сразу разворачивается лицом к лицу:

- Серьезно?

- Мам!

- Да?

- В чем ты меня хочешь уличить? Я взрослый человек и…

Мать протестующе поднимает руку:

- Машенька, никто тебя ни в чем не уличает! Я вообще пришла поговорить с тобой по поводу Сергея.

Мы идем в гостиную, и я жестом приглашаю Веру Михайловну присесть на диван. Сама устраиваюсь на придиванном модуле:

- А… А что, Сергей?

Вера Михайловна безапелляционно качает головой:

- Вам нужно как можно скорей пожениться!

В смысле? Растерянно хмыкнув ошарашено на нее смотрю, а рука автоматически тянется потеребить и пригладить волосы:

- Что, значит, как можно скорей?

- Тогда Шульгины успокоятся!

И поэтому жениться? Вскочив, возмущенно отнекиваюсь:

- Да плевать я хотела на Шульгиных!

- Маша! Да ты не знаешь этих людей!

Скептически смотрю на Машину мать – вот как с ней разговаривать? Она же, как танк, видит цель, и плевать на препятствия! А та самоуверенно продолжает:

- Пашин папа руку отдаст, чтобы тебе отомстить! И потом, у тебя есть Сергей, такой прекрасный парень. Он так тебя любит! На таких ребят молиться надо.

Ответить не успеваю - из своей комнаты, шмаркая тапками по полу, ползет заспанная Сомова:

- Доброе утро!

В голосе матери явно слышится удивление:

- О?! Доброе...

- Как дела Вера Михайловна?

- Да нормально.

Наличие Аньки вместо неизвестной больной бабушки, заставляет ситуацию отыгрывать по новой, да еще включать дурочку:

- А вы что, знакомы, что ли?

Анюта, окончательно проснувшись, включается в спектакль:

– Ну, как бы да.

Машина мать весело поясняет:

- Просто Анечка приходила ко мне, когда ты еще…

- А, ну да!

И выразительно смотрю на Сомову:

- Ты же мне рассказывала.

Та мелко кивает, подтверждая:

- Ну да, да!

Срочно ввожу подругу в курс дела, повторяя версию уже озвученную Вере Михайловне:

- А просто бабушку сегодня увезли в больницу, и Аня с ней ездила, потом пришла и прилегла. Да?

Сомова деревянным голосом подтверждает:

- Да.

Облегченно выдыхаю – пусть Анюта сама дальше развлекает гостью, и я демонстративно смотрю на часы:

- О-о-ой, все ребят, капец! Я полетела.

Тут же следует родительский окрик:

- Маша!

Торопливо направляюсь в прихожую:

- Мам, я не в успевоне! Ань, давай, напои мою маму чаем, кофеем, накорми… Не знаю... Все, я полетела!

Сомова пытается еще что-то вслед сказать:

- Так, а…

- Все, пока!

Выскочив на лестничную площадку, захлопываю дверь.

***

Спустя час я уже в редакции и вся в работе. Пробежка по кабинетам заканчивается возле двери Зимовского, она приоткрыта и оттуда доносится громкий спор Антона с Гончаровой:

- С кем это ты вчера тусовался?!

- Анастасия Юрьевна, что за вопросы?!

- Я спрашиваю кто та мымра?! С какой-то Машей Васильевой?

Озвученное словосочетание заставляет меня замереть. Голос Антона полон напряжения:

- Какая еще Васильева?

- Та самая, которой ты вызванивал!

- Так, Гончарова, я не понимаю, на каком основании ты тут мне допрос устроила?

- А ты считаешь, что оснований нет? То есть тот вечер это так было? Пару платежек оформить, да?

- Секундочку!

Слышатся тяжелые шаги, и дверь в кабинет плотно захлопывается. Дальше мне не слышно. Но повод для размышлений есть! Зимовский и Маша Васильева… Явно не случайное совпадение!

- Капец.

***

Где-то после четырех, расправившись с первоочередными делами, приходит свежая мысль свалить с работы домой. Прихватив сумку из кабинета и черновики писем в типографию с новым заказом и в АО «Моспечать», по поводу помещений нашего издательства, направляюсь к Людмиле. Она на месте и я кладу на секретарскую стойку несколько листков со своими пометками:

- Так Люсь, это перепечатать. Я там кое-что исправила и срочно шефу на подпись!

- Сделаем.

- Отлично.

Предупредить секретаршу об уходе не успеваю – подъехавший лифт раздвигает двери и оттуда появляется Шульгин - старший с большим букетом цветов. Полундра! Метаться некогда и я опрометью кидаюсь прятаться под секретарскую стойку. Люся громко шепчет, стараясь сохранить лицо: