День за днем -3 ("Маргоша" - 2)

День 185 (341). Понедельник.

Утром встаю пораньше - на мне уход за болезной Сомовой, к тому же очень хочется услышать подробности ее вчерашней эпопеи в студии. Умывшись и переодевшись в темный топ, темно-синюю кофту и брюки, оставив волосы распущенными, отправляюсь готовить завтрак.

Сомова так и лежит на диване в гостиной с полотенцем на голове, рядом с ней сочувствующая Фиона, и я пытаюсь оживить подругу рассказами о своих впечатлениях, охами и ахами о прошедшем эфире:

- Капец, я даже ушам своим не поверила!

Иду с кухни, с подносом с чашками, чайником и бутербродами с копченой колбасой на блюдце:

- Я думала, мне это все снится! Чтобы Сомова… Ой, я не знаю - ругалась как сапожник!

Поставив поднос на столик, сама усаживаюсь на придиванный модуль. Анюта подает умирающий голос:

- Я что, ругалась?

- А ты что, не помнишь?

- Честно говоря, не очень.

- Капец… Вот это называется девушка ушла в отрыв!

Взяв чайник, разливаю чай в чаши. Голос Сомовой крепчает:

- А что я, хоть, говорила то?

- Извини, я не записывала.

Анюта стаскивает с головы полотенце:

- Ну, хоть, примерно, а?

Сощурившись от сосредоточенности, замираю вспоминая:

- Ну, что-то там про шакалов, клопов и дерьмо!

Сомова страдальчески стонет:

- Уй, мамочки мои!

- И мамочки, и папочки… Главное - куда этот твой звукач смотрел? Он что, не мог музыку вывести?

- Он вышел куда-то.

- Вышел… Вот теперь вы вместе выйдете... Капец! Надо же так подставиться!

Назидательно тычу в подругу пальцем:

- Ты же им такой шанс дала! Вот тебя выпрут, и будут тысячу раз правы!

Сомова всхлипывает:

- Мне так плохо было.

Жуя бутерброд, добродушно подытоживаю:

- Это чувствуется.... Человек, которому хорошо, такую ахинею нести не будет. На, вот!

И придвигаю к Анюте чашку:

- Чаю попей!

Сомова, морщась, садится и тут же хватается за голову:

- Ой… Ой-ой-ой... Спасибо.

Но сделав глоток чая, недовольно кривится:

- Ой, не сладкий!

Доедая бутерброд, насмешливо мотаю головой:

- А тебе сейчас сладкий и не нужен!

Лучше всего рассол!

- Это ты из-за Наумыча надралась или из-за радио?

Сомова валится обратно на подушку, плаксиво жалуясь:

- Да из-за того и другого!

Неожиданный звонок в дверь прерывает нашу трапезу. Анюта опять плаксиво стонет, откидываясь на подушки:

- Ой… Ой как громко!

Не обращая внимания на нытье страдающей алкоголички, отправляюсь в прихожую открывать дверь. Там курьер из типографии с желтым форматным пакетом и свежим номером «МЖ» внутри. Безрадостно киваю:

- Спасибо.

Сомова приподнимает голову с подушки:

- Что там?

Возвращаюсь в гостиную, на ходу вскрывая пакет:

- Да вот, принесли…

Вытащив журнал, демонстрирую его Анюте, а потом со вздохом кидаю на столик рядом с диваном:

- Капец, вообще!

Глаза б мои его не видели!

***

Когда приезжаю на работу, народ в возбуждении и вовсю обсуждает впечатление от нового номера. Судя по спорам вокруг секретарской стойки, мнения разделились. Мне любопытно послушать и я остаюсь потолкаться среди толпы. Очередной звон от прибывшего лифта возвещает о появлении Зимовского. Судя по лоснящейся физиономии у того отличное настроение:

- Дамы и господа! Всем секундочку внимания.

Любимова, Кривошеин и Гончарова прекращают ближний словесный бой в центре холла, разворачиваясь лицом к виновнику торжества. Тот громогласно продолжает:

- Разрешите от лица нашего издательства поблагодарить всех и каждого!

Антон кланяется Егоровой - младшей выражая почтение:

- Наталья Борисовна!

Потом поворачивается и к другим:

- Настенька, Валентин, Галина… Всем, спасибо!

Любимова бурчит отворачиваясь:

- Все свободны.

Зимовский, недослышав, подается к ней:

- Что?

Та только отмахивается:

- Да так, ничего.

Антон опять начинает любоваться своим успехом:

- Номер получился шикарный! Не знаю как у вас, у меня номер телефона просто разрывается! Только что звонили дистрибьютеры. Говорят: номер идет влет! Так что, поздравляю всех.

Присутствующие начинают хлопать, а я стою, слушаю со скепсисом на лице, сунув руки в карманы.

- Но это не только моя заслуга. Это работа всей команды!

Наталья поддакивает:

- Твоей команды, Антон!

Не выдержав, ворчу вполголоса:

- Угу… Его команда «апорт»!

И смешиваюсь с толпой - не хочу вызывать огонь на себя. Со стороны кабинета Егорова подходит Людмила и громко делает объявление:

- Внимание! Люди, послушайте меня, пожалуйста, внимательно. Борис Наумыч, просит всех собраться в конференц-зале!

Наташа подает голос:

- А что там?

Секретарша сразу теряет свою бравурность и уходит от ответа:

- Не знаю, меня попросили, я передала.

Она первой удаляется в направлении зала заседаний и Любимова бурчит, комментируя причину сбора:

- Наверно, пряники будет раздавать.

Толпа начинает медленное движение. Бросив взгляд на топчущегося в сторонке Калугина, иду со всеми... Зимовский, изображая большого начальника, поторапливает массы:

- Народ, ну чего зависли? Вам же русским языком сказали: в конференц-зал!

Опережая всех, Антоша вальяжно проходит внутрь зала:

- Доброе утро, Борис Наумыч!

Голос начальника издалека звучит благожелательно:

- Доброе.

Когда редколлегия в полном составе заходит, шеф окидывает прибывших нетерпеливым взглядом:

- Ну что, все?

Зимовский откликается в целом за коллектив:

- Да все, вроде...

- Что, значит, вроде?

Наталья, крутящаяся здесь же при начальстве, успокаивает отца:

- Да все, все…