Деревенские мы

Часть 7 Старуха с пустым ведром

Старуха с пустым ведром

Иван Антонович - послушный муж.

Но тут решил показать свою гордую мужскую самостоятельность. "Мужик я или тварь, лебезящая" - процитировал он про себя перевранного классика и нарушил наказ жены не брать на эту поездку старую дребезжащую семёрку аж 2004 годы выпуска.

А как не брать-то? У своей Гранты страховка уж неделю, как кончилась, а пора посадочная. Жена вот на недельку в деревню собралась. А чего ей там без дела-то сидеть. Отвезу картошку. Вот пусть и садит потихоньку. Глядишь, ещё на одну зиму три семьи и обеспечим.

Ну и что из того, что машина старая и гремит? Мелочёвка все это. Ну, подумаешь, сайеленблоки вытекли, шаровые расшатались, амортизаторы гремят? Ездить можно. Вот завтра тягу среднюю рулевую вечерком куплю, ещё успею, в сервисе на воскресение на 9 утра договорился.

Все ОК. Что слушать этих женщин?

- Не бери у сына машину, Иван, - просила жена, - старая машина уже.

Махнул рукой Иван. Поняла жена, что снова он свою мужскую самостоятельность ей доказывает, снова классика вспоминает: "Мужик я или тварь подкаблучная".

Поняла, понесло мужика, тоже рукой махнула и бросила в сердцах напоследок:

- Бери. Бери. Намучаешься весь с ней.

- А что мучаться? – промолчал Иван, - завтра с утра тягу заменю и вперёд. Сервис хороший, гарантию на полгода даёт. Какое там мучение? Съездим запросто.

То, что его жена обладает паранормальными способностями, Иван и раньше замечал. Что ни скажет, то сглазит. Поэтому, старался он не раздражать ее лишний раз, чтобы не слышать этих «добрых» в больших кавычках оценок и пожеланий. За что сосед его, Колька, когда выпьет, орал ему через дверь отбиваясь от своей жены, которая тащила его с улицы: "Подкаблучник!" – кричал в закрытую дверь Колька.

Да ладно, с Колькой - то, трезвый парень золотой.

- А может жена-то просто особо чувствительный человек? Просто чувствует будущее? Видит его смутно, ощущает? А может, вообще, все женщины такие? Не знаю. В любом случае, что ни скажет моя жена, все сбудется. Но не в этот раз, - обнадёживал себя Иван.

Вот и вчера после того, как за всю субботу Иван, пробежав по пяти страховым адресам, не смог решить проблему ОСАГО для своей Гранты, решил он проверить сыновние чувства у младшего ребёнка и попросил у него на денёк его старенькую 15-летнюю семёрку - ВАЗ -21074.

И раньше сын, то поможет, то откажется, и решил Иван проверить его на сыновние чувства. Уважает он родителей или нет?

И хотя стояли перед ним нахмуренные строгие глаза жены и звучал сердитый голос: "Не бери машину у ребёнка, намучаешься с ней", но для Ивана важен был именно момент, чтобы ещё раз подтвердить или опровергнуть свои опасения, что никаких сыновьих чувств к отцу-матери, ни сочувствия к их делам и проблемам у наших детей нет.

Убедиться. В этом и сообразить, а что же дальше, когда состаримся, кто ухаживать за ними, пожилыми и немощными, будет? Или будут они с женой брошены на произвол судьбы?

Здоровье-то – это штука такая, сегодня есть завтра нет.

Позвонил Иван сыну. Ситуация с картошкой, которую садить надо, с Грантой своей, у которой страховки нет по причине неполученной ещё пенсии, объяснил и машину на денёк попросил. На выходной.

Долго убеждал по телефону, что и надо картошку 7 вёдер в деревню везти, что участок уже вспахан, рядов 50 гребней сделано, что 31 ряд засажен своей картошкой, что ещё надо 19 рядов. Не оставлять же вспаханную.

Позвонил. Объяснил. Машину попросил. Трубку положил и стал ждать.

Долго сын думал - целый вечер. Часиков в 9 пригнал машину, оставил ключи, тех талон, страховку, в которую ещё осенью вписал Ивана за свой счёт:

-Ладно, бери, даже отремонтировать можешь. - великодушно сказал, отдавая ключи, - Там мне мастер сказал, что среднюю тягу руля надо менять, шаровые совсем разболтались. Так что отремонтировать можешь. А то у меня денег нет.

- Все нормально, - радовался Иван, - не пожалел, дал машину на денёк. Молодец.

А слова эти женские: «Не бери машину, намучаешься весь, ерунда. Мало ли бабы болтают.

Посмеялся Иван над ахами-охами жены, да, видимо, зря посмеялся.

Ещё на пути в деревню двигатель несколько раз глох. Прямо на ходу. То на ямке. То на пригорке. Дорога вся разбитая, вот и делаешь слалом - от одной обочины к другой, а если некуда, то на нулевой скорости прямо по яме. А они все глубокие- в полколеса. А есть такие разбитые, что дном задеваешь.

И все это на старой машине, в которой шаровые разболтались, сайеленблоки вытекли и резинки в амортизаторах все повыпадывали.

Но до деревни, кое-как, все-таки, доехали.

А Иван, пророчествами жены озабоченный, тоже, как будто предчувствовал сложности обратного пути, сразу, картошку разгрузил, печку жене растопил, триммер подключил и даже без чая бегом-бегом до машины и домой рвать. Три часа уже.

Разика два семёрка глохла. Но не угрожающе. Постоит, отдохнёт и снова вперёд. На третий раз где-то на одиннадцатом километре. Совсем остановилась.

- Ну, - думает Иван, - при такой дороге да на классике свечи и закидал.

Посмотрел. Свечи у сына в бардачке есть, старенькие, но чистые. Хорошо. А инструмента нет. Порылся в багажнике, где горой все раскидано, и инструмент нашёл. Ключ трубный. Короткая такая штучка, накидная на свечу.

Стал откручивать. Не поддаётся. Отвёртка все изогнулась. Была раньше у Ивана четвёрка на этот случай бал гвоздь на сантиметр толщиной. Колоти по нему чем угодна, не гнулся. Что делать. Лес кругом. Дорога сельская. Машин нет. Стал напрягаться со свечой, топором по вставленной в трубный ключ отвёртке стучать. Да промахнулся. Свечу и сломал.

Все приехали. Ночевать в лесу нельзя. На работу завтра. Ещё пошёл рыться в багажник. Ба. Повезло. Целый чемодан накидных ключей. Взял пассатижи. Изогнул в дугу. Бросил. Хорошо, что свеча сломана, накинул ключ на 24. Открутил. Заменил.

Мужики едут на козле. Охотники. Пьяные. Остановились.