Деревенский царь и городская принцесса

2

Глава 2: Тайный План и Новая Личина
Настя провела бессонную ночь, строя планы. Москва, с ее огнями и привычным комфортом, казалась теперь чужой, даже фальшивой. Решение было принято твердо – она поедет. Но не как Настя, московская принцесса с дипломом и знанием языков, а как кто-то другой. Ее мать, конечно, никогда не одобрила бы такое.
На следующий день, за завтраком, Настя встретилась с матерью. Воздух в кухне был наэлектризован, хотя только Настя знала почему.
"Мам," — начала она, стараясь придать голосу максимально невинный тон, — "я тут подумала… мне нужна практика. Настоящая. Ты же всегда говорила, что я слишком оторвана от жизни?"
Вероника Сергеевна отпила кофе, недоверчиво приподняв бровь. "Какая еще практика, Настенька? У тебя же интернатура в лучшей клинике Москвы, все устроено. Зачем тебе это?"
Настя улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка выглядела естественно. "Ну, мам, чтобы 'понять реальную жизнь', как ты выражаешься. Хочу поработать в глубинке, посмотреть, как люди живут, как справляются с трудностями. Это же бесценный опыт для будущего врача, разве нет?" Она приводила аргументы, которые, как она знала, всегда срабатывали на ее практичной матери.
Вероника Сергеевна на мгновение задумалась, и в ее глазах мелькнула гордость за "серьезный" подход дочери к профессии. "Ну, если это так важно для твоего профессионального роста… Хорошо. Но куда ты собралась? И надолго ли?"
Настя сделала вид, что колеблется. "Я присмотрела одну ферму. Где-то в… Саратовской области, кажется. 'Рассвет' называется. Сказали, им нужны руки, неважно, какие. И я хочу быть там дольше, чем обычная практика, чтобы действительно вникнуть." Она внутренне сжалась от лжи, но цель оправдывала средства.
Мать, хоть и с опаской, но согласилась. Настя знала, что та свято верит в ее "глубокий" подход к медицине.
Следующие дни Настя посвятила подготовке. Ее роскошный гардероб был бесполезен. Она купила несколько пар простых джинсов, хлопковых футболок, удобные ботинки, достала старый, видавший виды рюкзак. Перед зеркалом она экспериментировала: минимум косметики, волосы, обычно уложенные в идеальную прическу, теперь были небрежно собраны в хвост. Она даже слегка сутулилась, пытаясь избавиться от своей привычной грациозности. "Никаких 'принцесс', Настя," — шептала она своему отражению. — "Ты теперь – Настя Смирнова, ищущая любую работу."
Параллельно она лихорадочно изучала информацию о ферме "Рассвет" и ее владельце. Иван. По фотографиям в интернете он выглядел молодым, крепким, с сильными, но простыми чертами лица. Статьи в местных газетах пестрили заголовками о его успехах: "Иван – гордость района!", "На ферме 'Рассвет' бьет ключ жизни!", "Наш Иван – опора и надежда!" Он был героем, местной знаменитостью, по сути, "царем и Богом" этого поселка, как она поняла. Она усмехнулась. Для нее, привыкшей к миллиардерам из Forbes, этот "царь" был всего лишь очередным "деревенщиной". Ее московские предрассудки были непоколебимы.
"Ну что ж, Иван-царевич," — подумала Настя, застегивая потрепанный рюкзак. — "Посмотрим, что ты за фрукт. И что там за секреты хранит мой отец." Предвкушение приключения и одновременно жуткая тревога смешались в ее груди. Она чувствовала себя шпионкой, отправляющейся на секретное задание, а не дочерью, ищущей потерянного отца.