Деревенский царь и городская принцесса

6

Глава 6: Секреты и Загадки: Пристальное Внимание "Царя"
Перебравшись в дом Ивана, Настя получила не только крышу над головой и доступ к документам, но и круглосуточное наблюдение. Иван, этот самопровозглашенный "царь", не упускал ее из виду. Он словно тень следовал за ней, будь то на кухне, где Настя с переменным успехом пыталась освоить приготовление простых деревенских блюд, или в кабинете, где она быстро и умело разбиралась в его фермерской бухгалтерии.
Настя, привыкшая к ресторанам и еде на вынос, подошла к кулинарии с научным подходом, но без интуиции.
Ее первый эксперимент с супом обернулся катастрофой. Она решила "улучшить" рецепт, добавив слишком много специй, которые нашла в старых пакетиках, и перепутала сахар с солью. Результат? Густая, пересоленная, остро-сладкая масса, от которой даже Иван, привыкший к любой еде, скривился. "Настя Смирнова, это что, экспериментальная отрава?" – спросил он, с трудом проглотив ложку. Настя, полная гордости, ответила: "Это авторский подход! Вы просто не привыкли к высоким вкусам!" Иван лишь покачал головой и пошел греть борщ, который принесла его соседка.
Попытка приготовить оладьи закончилась тем, что они, вместо того чтобы быть пышными, превратились в маленькие, твердые "снаряды". Настя забыла добавить разрыхлитель и слишком долго жарила их на раскаленной сковороде. Когда Иван попытался откусить кусочек, он чуть не сломал зуб. "Ими можно гвозди забивать!" – пошутил он. Настя надулась: "Это протеиновые оладьи! Для силы!" Она была уверена, что просто недооценивают ее новаторство.
Однажды Иван попросил ее заварить чай. Настя, вместо того чтобы использовать заварку, случайно бросила в чайник пакетик трав для супа, приняв его за какой-то экзотический травяной сбор. Иван, сделав первый глоток, поперхнулся: "Настя, это что за гадость? Чай со вкусом... укропа?" Настя, ничуть не смутившись, пояснила: "Это для здоровья! Витамины!" Иван лишь махнул рукой, смирившись с ее "кулинарными" способностями.
Несмотря на кулинарные провалы, Настя упорно находила любой предлог, чтобы выскользнуть на ферму после "работы" в доме Ивана. Она искала отца взглядом среди рабочих, старалась пересечься "случайно", когда Иван был занят. Наконец, ей удалось. Он был пожилым, крепким мужчиной с морщинистым, но добрым лицом, его руки были мозолистыми от многолетнего труда. В нем чувствовалась невероятная сила и спокойствие.
"Здравствуйте, Василий Степанович?" — спросила Настя, подойдя к нему, когда он чинил забор. Ее голос дрожал от волнения, едва скрывая истинные чувства.
"Он самый," — басовито ответил мужчина, вытирая пот со лба.
Настя начала задавать "наводящие" вопросы, стараясь не выдать себя. "А вы давно здесь работаете? Как вам тут? Иван, он… хороший хозяин?" Она старалась быть максимально тактичной, но в то же время настойчивой, пытаясь собрать мозаику из его жизни.
Отец Насти, Василий Степанович, улыбался, отвечая ей. Он рассказывал о своей жизни на ферме, о тяжелом, но честном труде, о том, как Иван поднял хозяйство, как заботится о своих людях. В каждом его слове Настя искала отголоски того, что ей было известно о нем.
Эти разговоры не ускользали от внимания Ивана. Он замечал, как Настя, которая обычно была неуклюжей и застенчивой на ферме, преображалась рядом с Василием Степановичем. Ее глаза светились особым интересом, а улыбка становилась более искренней. Ему было совершенно непонятно, почему эта красивая и загадочная девушка так много внимания уделяет старому фермеру. Он, Иван, местный "царь", привык к всеобщему уважению и вниманию, а тут какая-то Настя Смирнова, которая напрочь игнорирует его ухаживания, предпочитая общество старого работяги.
Ревность закипала в нем, словно молоко в подогретой кастрюле. Он видел, как Настя смеялась над шутками Василия Степановича, как она внимательно слушала его истории. Его "царское" самолюбие было задето. Он начал отпускать колкости.
"Опять к своему Василию Степановичу побежала?" – язвительно бросал он, когда Настя собиралась выйти. "Что, уже всю его жизнь до пятого колена изучила?" В его голосе сквозило неприкрытое раздражение и болезненное любопытство. Настя, при этом, едва сдерживала усмешку.
Однажды, когда Настя вернулась с фермы сияющая, Иван встретил ее на пороге. "Ну что, Настя Смирнова, новый объект исследования? Или ты уже написала диссертацию по жизни деревенских пенсионеров?" Он сложил руки на груди, явно ожидая объяснений. Настя лишь отмахнулась: "Иван, вы слишком драматизируете. Я просто интересуюсь сельским бытом, для общего развития."
Когда Настя проводила слишком много времени с отцом, Иван демонстративно звал ее к себе в кабинет под предлогом "срочных документов", которые могли подождать. Он мог начать громко кашлять или хмуриться, когда видел их вместе, чтобы привлечь ее внимание.
Настя лишь отмахивалась от него, стараясь не показывать, как эти его замечания забавляют ее. Она чувствовала, что он ревнует, и это было так нелепо, так по-детски, что у нее поднималось настроение. Этот "царь" был так предсказуем в своей привязанности к ней, и ей казалось, что он так легко "ведётся" на ее игру. Она все еще не понимала, насколько глубоко его чувства на самом деле. И насколько она сама погружается в этот, казалось бы, чужой для нее мир.