Деревня Ливнево

Деревня Ливнево

День первый

От кипящей и полыхающей огнем новостной ленты, от надвигающихся катастроф и угрозы ядерной войны мы ушли в глухие леса, где не было сотовой связи. Никто не знал, что мы здесь — в случайно найденной нами деревне Ливнево, давно заброшенной и заросшей. Она состояла из пяти деревянных одноэтажных домиков — да старого замка. Да-да, не удивляйтесь. Тут действительно стояло нечто отдаленно напоминающее замок. Вероятно, в 90-е годы это странное сооружение возвел какой-то новый русский.

Мы остановились в одном из домиков — в том, где было больше всего целых стекол в окнах. Говоря о деревне, ее дома обычно называют избами — но здесь это слово как-то не подходило. Это были именно домики, оплетенные виноградными лозами, с застекленными верандами; возможно, в прошлом возле них даже росли розы. Мелькнула мысль, что круто было бы пожить в замке, но очень уж мрачно и заброшено он выглядел. Замшелые стены, окна с выбитыми стеклами, разрушенная каменная ограда...

- И холод там внутри, наверное, собачий, - сказала я. - А в деревянных домах всегда теплее.

Была осень, мы пришли в деревню под моросящим дождем.

- Интересно, а почему ее назвали Ливнево? Ведь не может быть, что тут все время ливни? - задумчиво сказал муж. - И потом, всего в несколько километрах — заброшенная деревня Рябиново, я на карте видел. Не может же быть, что тут — ливни, а там — сухо...

Ответа на эти вопросы не было и мы стали распаковывать рюкзаки и пытаться привести домик в более жилой вид. Здесь повсюду были разбросаны вещи, старые газеты, журналы... Особенно много было газет ЗОЖ. Видимо, владельцы дома увлекались здоровым образом жизни. На стене висел большой плакат: молодой Арнольд Шварценеггер. Рядом другой: на нем были изображены 2 вазочки с мороженым. Двери были оклеены одинаковыми маленькими картинками (возможно, откуда-то вырезанными): букет ярких цветов, а под ним яблоко, на которым летает мотылек. Скоро в дровяной печи разгорелся огонь, в домике становилось все теплее и уютнее. Закипал чайник, пододвинутый почти к самым пылающим дровам. От тепла проснулась бабочка и хлопала крыльями по стеклу. Под потолком жужжала муха. За окном лил усилившийся дождь. Сумерки быстро густели.

Мы нашли свечи (они валялись на полу, под газетами) и зажгли их. Электричества тут давно не было: еще подходя к деревне, мы увидели обрывки проводов на столбах. Свечи мерцали, печка грела и нас после долгого, непростого дня клонило в сон... Так что легли мы рано.

Дождь стучал по стеклу и я вспомнила кактусы на окне в нашей городской квартире. Начал складываться стих:

Кактусы глядят в окно на дождь,

Льющий скоро вот уже две недели.

В прерии бы не пересидели

Долгий дождь под крышей. В самом деле:

В прерии укрытий не найдешь.

Кактус вдруг подумал: «Подожди...

А бывают в прерии дожди?»

Я улыбнулась (уже в полусне) и подумала, что многие люди — как эти кактусы. Цивилизация защищает нас от множества опасностей... Но там, где ее нет — многих опасностей, созданных ею же, не существует тоже. Например, в заброшенной деревне, где на многие километры вокруг — никого, никого, никого...

Засыпая, я видела в окно кусочек замка, стоявшего неподалеку от нашего домика. В полусне мне померещилось, что там в окошке загорелся свет... Но это был, конечно, лунный блик или что-то в этом роде... Вскоре я уже крепко спала.

.

День второй

- А тут точно нет электричества? - спросила я мужа не следующий день.

- Ты же видела провода оборванные, - отозвался он.

- Да понимаешь, мне вчера перед сном померещилось, что в замке горит свет.

- Может, атмосферное явление какое-то было? - предположил супруг.

- Да, тоже так думаю, - ответила я, вытаскивая из волос лосиную муху. Этих тварей тут, судя по всему, было немерено.

А еще неподалеку от деревни водились кабаны — это мы установили, увидев характерную разрытую землю в нескольких местах, когда днем отправились осматривать окрестности.

- Давно не была в таких безлюдных краях, - сказала я.

Снова моросил дождь. Я надела капюшон — не столько из-за холодных капель, сколько из-за лосиных мух, норовивших забраться в волосы. Мужу было сложнее: ему они лезли в бороду.

На обед у нас была, конечно, гречка — в экстремальных ситуациях все в нашей стране всегда закупаются этой крупой, и мы не стали исключением. Я не фанат гречневой каши — но и не ее ненавистник. В дровяной печи гречка, надо сказать, получилась очень вкусной. В кашу мы положили взятое с собой топленое масло. Оно долго хранится без холодильника. Банку с желтой массой мы сразу опустили в холодный погреб (в домике нашлось такое помещение). Для того, чтобы положить масло в кашу, мне пришлось спускаться туда за ним.

Уплетая гречку, я взяла с полу одну из газет и прочла короткую информацию о том, что люди с большим носом реже болеют гриппом. Эта мысль показалась мне довольно спорной. Нос у меня не то чтобы большой — но и не особенно маленький, так что текст, в общем, оставил меня равнодушной.

Мы натаскали воды из прудика, находившегося рядом. Я помыла посуду, муж нарубил дров. Такая жизнь нравилась мне все больше. В ней было умиротворение, которого порой так сложно достичь в мегаполисе. В сумерках мы еще раз прогулялись, а вернувшись, зажгли свечи. Лил дождь. Я глянула в окно... и обомлела. По спине у меня пробежали мурашки. Муж заметил мой взгляд, посмотрел в ту сторону...

В окне замка горел свет.

.

День третий

- Там кто-то живет. Надо пойти и поздороваться. Но почему он не выходил вчера и вообще никак себя не проявлял в течение дня? - размышляла я вслух. Днем замок снова выглядел абсолютно заброшенным. Ничто не намекало на возможность того, что в нем может кто-то жить.

- А что, если там беглые преступники? Или маньяки? - продолжала я фантазировать.

- Ну, давай после завтрака попытаемся посмотреть, кто там. Для начала подойдем к дому и громко поздороваемся, - решил муж.