Деревня онлайн: Модница и It-фермер

Глава 9. Ловись, интернет, большой и маленький!

Вечер ложится в деревне неспешно, по-своему уютно и тихо — будто специально создан для долгих размышлений и летнего ничегонеделания. Я оккупировала бабушкину веранду, растянулась в любимом плетёном кресле, уставила босые ноги на табуретку. Июньский воздух густой и обволакивающий — пахнет настоем мяты, горячей черепицей, сеном и чем-то ещё свежим, чуть сладковатым, как только что скошенная трава.

За забором всё подозрительно спокойно: у соседей ни гудения, ни смеха, ни знакомого Антона, который весь день, кажется, растворился в делах или решил дать мне передышку. Деда Ефима тоже не видно на крыльце ни с лейкой, ни с гармошкой — наверное, где-то на заднем дворе, победно расправляясь с грядками.

Бабушка ушла к своей давней союзнице — соседке тёте Зое, с которой они могут часами обсуждать всё: от новых сортов картошки и рассаду на следующий год до последнего поворота в “своём” сериале и у кого в деревне на этой неделе самые буйные гуси.

Я вдруг понимаю, что осталась одна и… Неловко рада этому. Хочется поболтать безо всяких оглядок. Тянусь к телефону.

— Тася, ты на связи? — запускаю видеозвонок и мигом ощущаю, как не хватает обычных девчачьих разговоров.

— Милка! — на экране появляется её лицо, в огуречной маске и с соломинкой от коктейля. — Как ты там? Я уже устала обновлять твой блог — ни сторис, ни рилсов! Думала, тебя утащили гуси или заблокировали за избыточную сельскую красоту!

— Да тут жизнь такая, что до блога руки не доходят, — смеюсь в ответ и устраиваюсь в кресле поудобнее. — Представляешь, у меня за эти два дня не только гуси, но и война с грядками, и частушки от бабушки, и ещё этот мой сосед — Антон. Реальный душнила.

— Сосед? — Тася моментально оживляется, глаза загораются. — Так, выкладывай все детали, мне в лагере интриг не достаёт!

— Интриги — это ты знатно сказала, — ухмыляюсь я. — Его зовут Антон, айтишник. То крышу чинит, то глаз с меня не спускает. Стоит только телефон поднять — сразу комментарии про меня, «городских» и про то, как жить надо без экрана. Ну и, знаешь что, повадился ещё и ревизором быть: не так морковь выдергиваю, не тот штатив, не то платье…

— Он хоть симпотный или просто местный ворчун? — Тася хохочет.

— Ну… если по-честному… фигура — зачетная, кубики одобрены. Но! Вот характер… этим кубикам только портит карму.

Таська заливисто смеется.

— Но и на этот товар есть свой спрос. У нас тут есть соседка Машка, так вот только вчера предо мной предстала картина, как она его к себе зазывала на настройку каналов на телеке.

— Пикап по-деревенски! Учись, пока есть на чём! — смеётся подруга.

— Да если бы только у Машки! Бабушка, между прочим, по-моему, пытается сводничать. Стоит нам встретиться с Антоном — тут как тут пироги, компот и частушки про “работящего зятя” и “умницу-внучку”

— Вот это подход — сваха Роза отдыхает!

— Ну хоть бы спросила мое мнение: а мне это надо?

— Слушай, Милка, после истории с Вадиком, деревенский летний роман самое то. Это как курортный роман. Что было в деревне, останется в деревне.

— Тася, ну не за этим же я к бабушке ехала…

— А зря! Судя по твоим нулю сторис, основное за кадром.

— Исправлюсь! — смеюсь. — А у тебя что в лагере?

— У меня каждый вечер мини-драма: дети дерутся за зарядки, вчера одна девочка с мальчиком сбежала за второй порцией компота, две подружки делили фен… Артек — тот же огород, только все очень громкие и никто не спит до полуночи.

— Артек или деревня — везде весело, — соглашаюсь я. — Только у меня гуси и овчарка, а у тебя костры и ушастые дети.

— Главное, не потеряйся в ваших сельских романах! — подмигивает Тася. — И давай уже свои рилсы про деревенские будни! Жду контент.

Когда разговор заканчивается, я наконец-то решаю смонтировать сегодняшний рилс — здесь я среди полевых цветов, потом у реки, а в финале — с мокрой юбкой после собачьих обливаний. Всё складывается мило: свет в волосах, на щеках улыбка, в глазах эта самая деревенская лёгкость. Уже почти ощущаю приподнятую уверенность — сейчас кадры полетят в мой нельзяграм, и пусть весь мир увидит, как на самом деле бывает хорошо вне столичных вечеринок и городской суеты.

Жму «загрузить» — и... тишина. Никакого долгожданного треньканья, ни намёка на спешащий вверх прогресс-бар. Проверяю значок сети: мобильная связь еле жива, вайфай и вовсе ловится только как привидение — то появляется, то сразу исчезает. В груди начинает накапливаться беспокойство, граничащее с раздражением.

Бросаюсь в дом, роутер мигает красным и не реагирует ни на манипуляции, ни на уговоры. Листаю бабушкины сложенные в четыре раза инструкции, жму на все возможные кнопки — ничего не помогает. Сеть исчезла так резко, будто сама природа вступила в заговор с моими соседями и решила устроить цифровую диету.

Выдыхаю и возвращаюсь на веранду. По-прежнему тихо. Антона видно не было целый день — и вдруг его силуэт мелькает у собственного дома — он стоит, пристально смотрит в мою сторону с кривой ухмылкой, как будто знает про моё интернет-несчастье что-то, чего мне лучше бы не знать. Через секунду Антон исчезает за воротами и уходит в свой сарай.

Внутри меня разливается раздражённая злость: пусть это даже совпадение, но я уверена — тут явно замешана айтишная чертовщина от моего соседа-душнилы. Не могу просто остаться бездействующей жертвой: пусть этот вечер и был создан для ничегонеделания, но стоять со сложа руками, наблюдая, как кто-то блокирует твой вайфай через забор — это не мой стиль. Я решаю идти разбираться: или война за интернет, или битва за правду

На ходу проверяю интернет — и вдруг… чудо! На экране появляется новая сеть с абсолютно абсурдным названием:

“Antoxa_TOP_1337”

В мыслях ухмыляюсь: топ, ага, прям чемпион среди душнил.

Сердце стучит, вожу пароль — ну раз Антон такой «хакер», может попробуем самое банальное. Пальцами набираю:

1 2 3 4 5 6

И… та-дам! Интернет моментально ловится, палочки вспыхивают как новогодние фейерверки. Я прыскаю со смеху — вот уж «гуру технологий». Быстро, низко присев за соседский забор (мне реально кажется, что я уже не Мила, а преступница ромкома), достаю телефон, открываю нельзяграм и, пока нарушаю приватность душнилки, в полнейшей тишине заливаю готовый рилс. Сердце стучит, на лице глупая ухмылка.