Деревянная пешка

Глава 3

Олег нашел меня в ресторанчике «Красная туфелька», что примостился недалеко от рыночной площади. В свое время, когда красильщики еще не обладали богатством оттенков, красный был одним из цветов исключительно праздничной одежды. Что уж говорить об обуви. Красные сапоги, и тем более красные туфельки, себе могли позволить не многие. Название отсылало к тем давним временам, намекало на состоятельность клиентов и ощущение праздника одновременно.

Я часто бывала здесь. Мне нравилась здешняя атмосфера веселья, суеты и уюта, так не похожая на мрачную практичность трактиров в маленьких горных городках. Пространство ресторанчика делилось на три части: зал зал со скромным убранством, зал посолидней и общий зал для танцев, которые выплясывали постояльцы под музыку, наигрываемую не слишком искусными музыкантами. Высокий потолок был перегорожен деревянными балками и украшен тканевыми цветами и лентами. На стенах висели картины в массивных деревянных рамах и два зеркала величиной с крупный таз, мутноватые, но кого это тревожило? Зеркала сами по себе были невероятной роскошью. Пластины из зеленоватого тонкого шарха, вставленные в окна, защищали от холода и даже пропускали тусклый серый свет. Сейчас их украшал серебристо-белый инеевый узор. Сами окна были чуть прикрыты длинными занавесями из желтой и красной полупрозрачной ткани.

В зале для состоятельных посетителей стояли столы, накрытые белыми скатертями. Иногда в стеклянных стаканах горели свечи, и в вазах радовали глаз сухоцветы. На эти столы приносили большой набор столовых принадлежностей и клали полотняные салфетки под тарелки. Сюда приходили зажиточные купцы и мастеровые, приводили на свидания, желая произвести впечатление или даже протянуть столь желанное золотое кольцо. Здесь было всего шесть столиков, круглых, расставленных на значительном расстоянии друг от друга. В зале «скромном» не было скатертей и свечей, зато здесь было целых двенадцать прямоугольных столов, стулья выглядели попроще и не могли похвастаться удобной плотной подушечкой. Но в стеклянных и фарфоровых тарелках бесплатно к пиву подавали соленые орешки и сухарики, крендельки с солью и семечки. Иногда по вечерам пятницы или субботы хозяин приглашал сказителей, менестрелей и девчонок из школы искусств, чтобы они спели или как-либо иначе развлекли гостей. Мне рассказывали, что когда-то Крез, хозяин ресторана, даже приглашал танцовщиц, но атмосфера портилась, мужчины напивались и лезли к «артисткам», на пустом месте накалялись страсти, и пришлось отказаться от этой идеи. Иногда выступали поэты, пару раз даже опальные, столичные, со стихами язвительными и полными яда. Они не только зачитывали свои творения, но и остроумно, с большим умением высмеивали разные стороны жизни. В такие вечера сюда заходили даже аристократы.

Я сидела довольно далеко от сцены, в зале «попроще» и, прикрыв глаза, делала вид, что слушаю пение, а на самом деле, переключившись на «второе зрение», наблюдала и изучала ауры других людей.

Видеть энергию, исходящую от людей, словно лучи от солнца, я начала сразу же, как только пробудился дар. Те времена вспоминать неприятно по многим причинам. На первых порах было сложно. У меня не получалось отделить говорящего от тех загогулин, которые витали вокруг него, лицо заслонялось вспышками и пятнами, смысл сказанного ускользал, внимание рассредоточивалось. Голова болела, и удерживать виденье было не легко. Потом, слава Создателю, уже благодаря книгам из библиотеки, я научилась призывать и стирать это виденье по желанию, и даже начала извлекать некоторую пользу из новых способностей. Но видеть одновременно лицо и сияние все еще было очень сложно. Это словно видеть одновременно и дом, и все, что происходит внутри него, при этом расплываются обе картинки. Зато теперь я знала, что, когда человек врет, на уровне глаз и чуть выше возникают яркие световые вспышки, а сразу после появляются темные пятна. По таким постоянным пятнам в ауре можно обнаружить неисправимых лжецов. Внешне это очень похоже на изъеденный червями гриб. А если ложь еще и сулит обманщику солидную выгоду, вспышки окрашены в неприятный грязно-рыжий оттенок и расползаются в стороны. Возникает специфическое и противное ощущение, как будто собеседник смотрит на мир через туманную полосу лжи и жажды наживы.

В библиотеке я нашла ряд очень интересных трудов, посвященных расшифровке тех фигур, линий, цветов, которые я вижу в ауре человека. Выучивая схемы и картинки, я приходила в ресторан не столько отдыхать, сколько практиковаться. «Красная туфелька» подходила мне идеально. В большинстве случаев посетители были разных сословий, видов деятельности, характеров. Они были заняты или друг другом, или происходящим на сцене, и я могла беззастенчиво разглядывать их «вторым зрением», делая вид, что просто долго ем свой ужин или вовсе с закрытыми глазами наслаждаюсь музыкой.

– Яра, хорош подглядывать. Давай лучше потанцуем.

Не скрывая улыбки, я с удовольствием рассматривала противоречивое, но яркое и родное сияние моего авантюриста. Затем переключилась, и перед глазами предстал компаньон, довольный собой и жизнью, в белой рубашке с закатанными рукавами, щегольском красивом желтом жилете, темно-серых брюках. В центральном городе княжества мода была куда более демократичной, чем в глубинке. Олег временами пугал меня еще тем, как одеваются в столице империи, но я отказывалась верить. Он уже успел раздеться и оставить где-то дубленку, щеки были чуть красные от зимнего ветра. Олег производил впечатление не то сына богатого купца, не то мелкого дворянина, коротающего вечер в неподобающем по статусу месте. В походке и манере держаться у него было то ленивое, чуть равнодушное отношение к жизни, что свойственно людям самоуверенным и умеющим выпутываться из любых неприятностей. Между тем Олег бывал азартен и зажигался новой идей обогащения так же ярко, как и просто интересным предприятием, не всегда сулившим прямую выгоду. И, конечно, он умел очаровывать людей и создавать связи, в отличие от меня, чтеца, что поражало меня с момента нашего знакомства. На смуглой руке, покрытой курчавыми черными волосами, блестели золотые часы. Мой подарок, я им искренне гордилась. Для того чтобы сделать такой регулятор удачи, пришлось три недели в подпольное казино ходить и даже проиграть весомую сумму денег. Правда, тот же Олег потом все отыграл. Мы окрестили это проверкой проекта и честно поделили деньги, после того как едва унесли ноги от опомнившихся хозяев заведения.