Держи меня, если сможешь

Глава 1.

Лия

— Ами, не хочу тебя торопить, но мы уже на месте, — бодрый мужской голос прерывается вопросом официанта и фоновым шумом ресторана.

— Да, Игорь, уже бегу! — прижимая трубку к уху плечом, я на ходу всовываю босые ноги в красные босоножки на высоком каблуке.

Игорь, да и многие коллеги, предпочитают сокращать моё имя – Амелия — до Ами. Меня устраивают оба варианта, и хотя «Лия» привычнее, в профессиональной среде я уже скорее Ами.

Захлопнув дверь, понимаю, что забыла сумку. Барабаню в дверь — ключ тоже остался в сумке. Сонная Вика в пижаме открывает дверь изнутри и молча протягивает мне сумку. У неё сегодня выходной, и если бы не я, она, скорее всего, бы продолжала спать после вчерашнего корпоратива.

— Прости! — я шепчу, округляя глаза, и выхватываю сумку из её рук.

Выдыхаю, уже сидя в машине, поворачивая ключ. Поправляю юбку, задравшуюся на бёдра. Я спешу на встречу с потенциальным клиентом.

Начав работать сразу после третьего курса, к пятому я не только набралась опыта, но и собрала приличное портфолио архитектурных проектов. Еще несколько лет после выпуска я работала днями и ночами, и не зря — в свои двадцать пять я одна из самых известных молодых архитекторов столицы, специализирующихся на экологичных решениях. Мне повезло, экология сейчас в тренде, и желающих поработать со мной так много, что я могу себе позволить отказываться от неинтересной работы. Такой ажиотаж позволяет мне хорошо зарабатывать, но я не транжирю — коплю на то, чтобы не просто работать как фрилансер, а открыть своё архитектурное бюро в центре столицы.

С этого года я работаю сама на себя, сотрудничая с несколькими бюро, а также с агентствами, которые подбирают своим клиентам архитекторов под проекты. Игорь — мой знакомый из такого агентства, вчера позвонил крайне воодушевлённый — у них наклёвывается большой заказ, и он хотел бы, чтобы я подъехала на встречу с клиентом.

Игорь уже ждёт меня с Николаем — так зовут представителя заказчика. Это не я опаздываю, а они оба пришли раньше, но внутри всё равно колет дискомфорт. Я тороплюсь, хотя ехать всего десять минут.

Прохожу в ресторан, попутно проверяя, что вырез на груди не открывает больше, чем нужно для деловой встречи.

Мой стиль одежды заметно эволюционировал от джинсов и футболок к платьям и более экстравагантному гардеробу. Есть несколько причин, почему так произошло. Одна — то, что модный архитектор не может себе позволить одеваться в хламиды. Встречают у нас до сих пор по одёжке, и от человека, который должен предложить нестандартные, оригинальные решения, ожидают внешнего соответствия.

Но, конечно, дело не только в этом. После определённых событий в прошлом я долго пыталась вернуть себе ощущение собственной привлекательности. Стала больше внимания уделять внешнему виду, замечать, как на меня реагирует противоположный пол. У меня всегда было всё хорошо с фигурой, если не считать грудь полуторного размера, но раньше я не считала нужным как-то подчёркивать свои преимущества.

Конечно, я не перешла на короткие юбки и вульгарное декольте, скорее на те варианты одежды, которые выделяют именно мои достоинства, оставляя при этом лёгкую недосказанность — облегающие, но не обтягивающие силуэты, неожиданные геометричные вырезы на спине вполне себе офисной рубашки, интересные браслеты и минималистичные серьги.

Изменив подход в одежде, я утвердилась в понимании, что одежда, подчёркивающая стройные ноги, тонкую талию и красивую спину, удивительным образом меняет не только реакцию окружающих, но и моё собственное ощущение.

Может, это неправильно и примитивно – делать упор не только на мой профессионализм и глубокий внутренний мир, но и внешность. Но мне плевать. Вместе с моей вернувшейся уверенностью интерес парней взлетел до небес, а вместе с ним и плохо скрываемая зависть девушек. Власть над вниманием сначала удивляла и, признаюсь, даже льстила, но со временем стала чем-то привычным, естественным – просто нормой.

Я не стесняюсь флиртовать, но всегда обозначаю чёткие рамки – есть тонкая грань, перейдя которую можно полностью испортить отношения, и из лёгкого, искристого интереса перейти на сторону нездоровых притязаний. А такое меня не устраивает. И, конечно, я не позволяю себе романтических отношений в работе.

Игорь приветственно машет, приглашая меня за столик у окна.

Мы с ним работаем уже два года, ещё с тех пор, когда я была сотрудницей бюро. Игорю тридцать восемь, он давно и счастливо женат, а ещё влюблён в свою работу. Сейчас его лицо пышет энтузиазмом и энергией, и я понимаю, что проект, должно быть, грандиозный. Игоря вдохновляет две вещи: масштаб и экологичность. И если экологичные решения – моя специализация, то действительно масштабных проектов у меня пока было мало.

Спутник Игоря, Николай, с интересом смотрит в мою сторону.

Я скольжу по нему взглядом. У каждого человека, как и здания, есть своя архитектура. Телосложение, пластика, даже цветовая гамма. Николай, на мой взгляд, чистый представитель классики. На вид ему около тридцати, короткая аккуратная борода, очки в светлой оправе, швейцарские часы на чёрном ремешке. Он сидит, но я могу с точностью сказать, что он довольно высокий. Стройный, с неширокими плечами, узкими запястьями.

На столике разложены распечатки в цветных папках, уже исчёрканные пометками.

— Ами, наконец-то! — Игорь отодвигает стул для меня. – Николай, знакомьтесь, это Амелия, лучший архитектор столицы, абсолютно гениальная в том, что касается нестандартных решений.

Николай лучезарно улыбается, вскочив с места и переминаясь с ноги на ногу. Игорь продолжает:

— Ами, это Николай, он будет курировать проект со стороны заказчика.

Мы с Николаем обмениваемся стандартными фразами, но если в моём «приятно познакомиться» нет ничего, кроме рабочего интереса, со стороны Николая я чувствую куда больше внимания, чем полагается простому архитектору проекта.

Мы углубляемся в обсуждение проекта, и как только я слышу идею, в моём сердце разливается предвкушение и восторг. Проект непростой и очень амбициозный. Заказчик проектирует многопрофильный центр для реабилитации после травм и операций, и хочет подойти к вопросу с непривычной стороны.