Держи спину прямо. Книга 1

Глава 14

- Как наша асконская находка, аэр Гилфорд?

- Раскрыла дело о рисунках космодрома, мой император. И, судя по всему, раскрыла шаэргского шпиона.

- Значит, я в ней не ошибся. Да, она даром времени не теряет, – и император тепло улыбнулся, но лишь на мгновение и тут же продолжил жестко, – жду полного отчета и, конечно, развяжите шаэргской гадине язык.

- Всенепременно, мой император! – Аэр Гилфорд поклонился и вышел.

- А что по второму вопросу, АрДейВиго?

- Информация о Шаэрге ДейСоло изучила, поэтому через неделю будем вводить её в круг доверенных.

- Хорошо, вводи. А что там с сегодняшней легендарной ночной попойкой? – хитро блеснув глазами, спросил император. – Младшие офицеры кутят?

Вместо ответа адмирал скрипнул зубами. Но император продолжал уже вполголоса:

-Дай ей развлечься, Танор. Она всего лишь одинокая девчонка, которой

мы с тобой, собственно, испортили жизнь. Вполне возможно, что это ее единственные спокойные дни. Кроме того, ты уже и сам понял, чего она стоит…

- Понял.

- Не дави на неё, пусть немного освоится, а там… Кстати, шикарное было приглашение, Танор. Как подумаю, слюнки текут: интимная вечеринка с распитием вина, азартными играми и другими развлечениями, ммм.. – император закатил глаза и раскатисто рассмеялся. – Неужели устоял, ты наш каменный командор?

АрДейВиго скривился и ничего не ответил.

***

А тем временем Амарин уже подбегала к имперской канцелярии. Но с каждым шагом приподнятость и легкость стали сменяться предчувствием страшной, свершившейся неизбежности. Первый и единственный, кого она увидела, войдя в кабинет, был Блатч. Амарин вся потянулась к нему и прошептала:

- Эйдан…

Но не смогла сдержаться. Всё, ДейСоло ничего больше не смогла произнести. Она заплакала. Горько-прегорько, как плачут дети, совершившие страшное и непоправимое, плачут, чтобы их расслышала оставшаяся на дне ящика Пандоры богиня Надежды. Блатч строго и внимательно посмотрел ей в глаза, как- то тяжело и обреченно поднялся из- за стола, отстегнул кобуру с КА– лучом, медленно положил её в верхний ящик стола и запер, а потом вдруг подошел и обнял её.

-Знаешь, я даже рад, что это ты, – сказал он глухо, убаюкивая рыдающую девушку. – Правда, рад. Знаешь, такие вещи не могут продолжаться вечно. Просто помни, что ты не виновата, ты просто очень умная и наблюдательная девочка. Меня мог поймать кто- нибудь другой. Но так случилось, что это ты. Когда вчера я узнал, что дело передали тебе, я понял, что это конец. Что у меня не будет ни шанса… – он взглянул в полные боли и слез глаза Амарин. – Ну, маленькая, не плачь! Нас, коварных злодеев, готовят к провалу.

- Зачем Эйдан? Зачем? – спросила, всхлипывая.

- Ты сама потом все поймешь. Ты сама во всем разберешься. Просто поверь сейчас тому, что я скажу: У нас, служащих Шаэргу, нет выбора. Его желания – это наши желания. И по-другому не может быть. Шаэрг – часть нас самих. И знаешь, он не зло, вернее не большее зло, чем империя. Но он.. – Блатч сглотнул, - он дарит нам надежду… А ты живи, Мара и ни о чем не сожалей! Я не держу на тебя зла. По крайней мере, я сам буду решать, когда уйти. И за это спасибо тебе, девочка.

Он выпустил девушку из своих крепких объятий. Отступил на шаг, потом на два, потом как-то странно, невероятно высоко вытянул свою шею, обнял голову своими красивыми руками… Что-то хрустнуло, и Эйдан Блатч упал в то самое мгновение, года дверь в кабинет распахнулась и на пороге вооруженные до зубов возникли офицеры имперской внутренней службы.

Что было потом Амарин помнила смутно. Собственно говоря, вокруг что-то все время бегало, кричало, суетилось, сливаясь в одну рыхлую темную массу. Это что-то с явной требовательностью и периодичностью хватало Амарин за рукав, трясло и говорило. Но потрясенная девушка никак не могла вернуться в реальность. Запах упавшей плоти, запах свершившейся смерти оживил самые страшные минуты её семилетнего детства, которые она так старательно стремилась забыть. Амарин руками закрыла уши и закричала что есть мочи. Какой- то добрый офицер ударил её кулаком по голове, и на Амарин обрушилась спасительная чернота.

***

- Я спрашиваю, какая сука посмела ее ударить? – сквозь тяжелый сон пробивался взволнованный голос. - Я что, неясно выражаюсь? Я еще раз повторяю: какая сука…

- Не повышайте голос на офицера внутренней службы! – толстый следователь судорожно вытирал пот и старался все время отодвинуться: о тяжелой руке и вспыльчивом нраве Вита ДеБрога он был наслышан.

- Я последний раз повторяю свой вопрос…

- Офицер ДеБрог, вы переходите все границы.

- Если я сейчас тебя ё***ну, вот это будет переход границы, а пока я только хочу получить конкретный ответ на мой простенький вопрос: какая сука её ударила.

- Не можем знать. Офицер ДейСоло была уже в бессознательном состоянии, когда мы прибыли на место. И вообще, вы мешаете следствию. Мы ждем её пробуждения для всестороннего допроса. Вы не должны здесь находиться. У вас нет права…

- Да ну? - голос Вита ДеБрога вдруг как- то странно изменился. – А как насчет трехсотого планетарного закона первой руки?