Дерзкая шапочка и волк интроверт

Глава 19. Клеймо сердца

Рома проснулся первым. Тишина комнаты казалась густой, словно тёплое одеяло, а лёгкое дыхание Насти на его груди наполняло его каким-то новым, непривычным спокойствием. Он лежал, не двигаясь, боясь нарушить это утро.

Рома (мысленно): «Она здесь… И теперь всё по-настоящему. Наша.»
Волк: «Я чувствую её, Рома. Каждую ноту её запаха. Её тепло. Даже то, как сердце бьётся быстрее, когда она видит сны.»
Рома: «Я боялся, что потеряю её. До самого конца боялся.»
Волк: «Теперь бояться нечего. Она помечена. Связана. С нами до конца.»

Рома улыбнулся про себя. Но в тот же момент Настя слегка пошевелилась, неудачно потянулась — и в её теле кольнуло болью. Рома сжал зубы, потому что ощутил этот укол так же остро, как если бы удар пришёлся по нему самому.

Рома: «Чёрт… больно.»
Волк: «Это метка. Теперь всё, что с ней, будет с нами.»

— Что… — вдруг раздался женский голос. Рома замер. Настя открыла глаза и приподнялась на локтях. — Кто сейчас сказал это?

Он хотел что-то ответить, но губы так и не разомкнулись. Волк шагнул вперёд.

Волк: «Я.»

Настя расширила глаза, всматриваясь в лицо Ромы:

— Ты… говорил?
Волк: «Нет. Это не он. Это я. Волк, внутри него.»

Она обвела взглядом комнату, словно пытаясь найти, откуда исходит голос, а потом поняла. Медленно опустилась обратно на подушку, но глаза её всё ещё были удивлёнными.

— Я… слышу тебя? Как?
Волк: «Метка. Она открыла нам дорогу к тебе. Теперь мы можем говорить втроём.»

Рома (мысленно, к волку): «Она не боится.»
Волк: «Она сильнее, чем ты думаешь.»

Настя нахмурилась, словно пытаясь нащупать мысль, и вдруг тихо сказала:

— Значит, теперь у меня в голове будете вы оба?
Волк (довольно): «Да. И мы оба будем рядом. Всегда.»
Рома: «Это значит, что тебе не спрятаться от нас.»
— А я и не собираюсь, — с мягкой улыбкой ответила Настя.

Волк тихо, удовлетворённо урчал внутри, и Настя даже это услышала — низкий, вибрирующий звук, от которого по коже побежали мурашки.

— Ты… мурчишь? — хихикнула она.
Волк: «Не называй это мурчанием.»
Рома (с усмешкой): «Он просто счастлив.»

Настя прижалась к нему ближе, чувствуя тепло его кожи и едва уловимую, но явную двойственность — две силы в одном теле, оба теперь говорили с ней, оба принадлежали ей. И впервые с того дня, как всё началось, она почувствовала, что по-настоящему в безопасности.

Рома лениво приподнялся с кровати, не желая торопиться, но знал, что аптеку откладывать нельзя.

— Я схожу в аптеку, — сказал он Насте, одеваясь.
— А я попробую проверить нашу мысленную связь, — тихо ответила Настя, накрываясь своим халатом. — Посмотрим, на сколько далеко она может работать.
Волк (мысленно): «Хорошая мысль. Это поможет нам, если вернётся Андрей.»
Рома (мысленно): «Согласен. И я хочу убедиться, что она в безопасности даже на расстоянии.»

Он обнял Настю, их взгляд пересёкся, и в этом мгновении в его душе поселилось странное спокойствие. Он вышл из квартиры.

Рома тихо прикрыл за собой дверь Настиной квартиры, чувствуя на губах её утреннюю улыбку и тёплый вкус её прощального взгляда. В голове ещё витал её запах, смешанный с собственным — как тихий знак принадлежности друг другу.

На лестничной площадке он столкнулся с дядей Борей, который как раз выходил из их общей с Ромой квартиры.

— О, а я-то думал, что ты ещё спишь, — удивлённо приподнял брови Боря. — Не ожидал встретить тебя так рано… да ещё и из Настиной квартиры.

Рома замер на секунду, осознав, что действительно не заметил, что Боря вообще дома.

— Да… мы теперь вместе, — произнёс он чуть тише, чем обычно, но с такой теплотой в голосе, что скрыть это было невозможно. — И, честно, я… счастлив как никогда.

Дядя Боря расплылся в широкой, доброй улыбке.

— Рад за вас, сынок. — Он помолчал, будто собирался с мыслями, и добавил: — Знаешь, я тоже теперь не один.

Рома чуть нахмурился, но кивнул, приглашая продолжить.

— Как оказалось… — Боря даже усмехнулся, будто сам до сих пор не верил, — женщина, с которой я сошёлся… это твоя тёща. Мама Насти.

Волк внутри Ромы протяжно хмыкнул:
— Вот так поворот. Судьба решила упаковать всех в один дом и перемешать.

Рома сдержал улыбку, но Настя, далеко оставаясь в квартире, всё равно услышала.

— Я забыла тебе сказать… как и обещала, — её мягкий, слегка виноватый мысленный голос прокатился в сознании Ромы.

Он не удержался и чуть улыбнулся уголками губ.

Уже возле подъезда дядя Боря тепло похлопал его по плечу.

— Ладно, я на работу. Береги её.

— Всегда, — коротко ответил Рома.

Он сверился со списком лекарств, что Анатолий отправил ему на почту, и направился в аптеку. Покупка заняла считанные минуты. Выходя, он проходил мимо продуктового, и мысль о Насте сама всплыла в голове: Может, ей чего-нибудь взять?

Настя сразу откликнулась:
— Шоколадку хочу. Молочную.

Рома усмехнулся, а волк довольно одобрил:
— Работает… даже на расстоянии. Теперь никакие телефоны не нужны.

— Именно, — согласился Рома мысленно, входя в магазин.

Он взял шоколадку, а по пути заглянул в цветочный. Полевые цветы — простые, но с хмельным ароматом лета. Волк внутри одобрительно рыкнул.

— О каком выборе вы там шепчетесь? — тут же поинтересовалась Настя.

Ни Рома, ни волк не ответили, но в сознании одновременно вспыхнули одинаковые, чуть лукавые улыбки.

Подходя к дому, Рома вдруг поймал себя на мысли, что сегодняшний день начинается так, будто они уже семья. Он представил, как они с Настей и их ребёнком гуляют в парке, а потом вечером валяются на диване с пледом и сериалом. Сердце приятно сжалось.

Настя не видела этой картинки, но в её груди отозвалось тёплое щемящее чувство.

Вернувшись в её квартиру, он протянул ей букет. Настя улыбнулась так, что мир сузился до её глаз, и крепко обняла его, уткнувшись носом в его шею, вдыхая его запах.