Дерзкая шапочка и волк интроверт

Глава 26. Дом, который мы построим

Рома какое-то время стоял у огромного окна, глядя на утренний город. Внизу клубился серый поток машин, люди спешили по делам, а он ловил себя на мысли, что ему хочется совсем другого — тишины и простого уюта, где можно сбросить с плеч тяжесть дел и войти в пространство, которое будет только их.

Компания требовала сил. Ему предстояло вычищать последствия правления Андрея, словно из гнилого сада вытаскивать корни сорняков. Но эта работа не страшила его. Страшнее было одно — отсутствие собственного гнезда, того места, где Настя чувствовала бы себя защищённой, а он мог бы позволить себе расслабиться, не думая о завтрашних сражениях.

Её квартира стала для него сердцем — именно там впервые пробился их общий свет. Но теперь он хотел большего. Хотел, чтобы стены были пропитаны их дыханием, их смехом, их спорами и их ночами. Хотел, чтобы Настя не просто приходила к нему, а возвращалась домой.

Он сел за стол, открыл ноутбук и начал просматривать варианты квартир. В этот момент их связь ожила. Настя, почувствовав его азарт и сосредоточенность, мягко обвила его своим присутствием — невидимые руки скользнули вокруг его шеи, её тёплое дыхание коснулось уха. По спине тут же побежали мурашки — такие же, как в первый раз.

Рома улыбнулся краем губ, невольно подняв руку к тому месту, где чувствовал её прикосновение, словно хотел накрыть её ладонь своей.

— Думаешь о жилье? — прозвучало в его сознании. Её голос был мягким, тянущим, чуть удивлённым.

Он не стал скрывать. Раскрыл перед ней свои мысли — о доме, который станет их крепостью, их логовом, их началом.

Настя сначала растерялась. Это ведь её ремесло — искать квартиры, находить уголки для чужого счастья. Но для себя… она никогда не думала, что будет выбирать не просто стены, а будущее.

— У меня ведь есть квартира… — тихо заметила она, словно пробуя протест.

— Настя, — его мысль прозвучала уверенно, но в ней слышалось тепло, — после свадьбы у нас будет другой дом. Наш. Где всё будет дышать нами.

Она сдалась, улыбнувшись ему мысленно. Сдалась — и почувствовала, как в груди расправились крылья.

— Хорошо, — сказала она, — я сама возьмусь за поиск. Без дела мне скучно сидеть дома. А скоро я снова смогу выйти на работу.

Рома ощутил её решимость и тихое предвкушение. И впервые за долгое время он позволил себе вдохнуть полной грудью.
Они действительно строили своё будущее. Камень за камнем. Слово за словом. Прикосновение за прикосновением.

Дом, который они построят, уже начал расти — из их сердец.

В зал совещаний вошёл Денис. В руках он держал несколько пухлых папок и без лишних слов положил их на стол перед Ромой.

— Новые кандидаты на секретаря, — бросил он коротко.

После увольнения Валерии место пустовало, и его следовало заполнить. Слухи о скандале этим утром уже успели пробежать по этажам компании, обрастая подробностями и сплетнями. Люди пересказывали друг другу о «взбешённом новом директоре» и «схватке со стервой-секретаршей». Каждый приукрашивал по-своему. Кто-то даже шептался о грядущих массовых сокращениях.

Это было не так уж далеко от истины — не потому, что компания рушилась, а потому что Рома собирался вычистить гниль, которую Андрей так тщательно лелеял.

Он открыл первую папку, пробежал глазами резюме. Потом вторую. Третью. Но каждая страница оставляла его равнодушным. Ни один не цеплял, ни один не вызывал доверия.

— Нужно побеседовать с каждым лично, — сказал он наконец, закрывая последнюю папку.

Денис кивнул, уважая его проницательность.
— После обеда соберу их в конференц-зале, — ответил он.

Рома одобрительно качнул головой, но в ту же секунду уловил знакомую волну эмоций. Настя. Её азарт и лёгкое волнение скользнули по его сознанию, как прикосновение ладоней. Она нашла несколько вариантов квартир.

Рома открыл почту — фотографии, описания. Он смотрел их внимательно, но внутри всё время сжималось. Слишком тесная. Слишком простая. Слишком далеко. Он не мог позволить себе полумер.

Настя вспыхнула возмущением, чувствуя его придирчивость. Но уже через миг смягчилась — в её сердце отозвалось понимание: он искал не стены, а идеальное место для их жизни.

— Я постараюсь найти лучшее, — её голос в сознании прозвучал тёпло и твёрдо.

Рома усмехнулся, мысленно потянулся к её губам. Она сразу ответила — в их связке вспыхнула короткая, но нежная искра. Волк внутри довольно замолчал, тихо затаившись, наблюдая их гармонию. В такие минуты зверь был спокоен.

Закрыв ноутбук, Рома поднялся. Его тянуло в движение. Нужно было пройтись по этажам, проверить лично — не цифры и отчёты, а людей. Их запахи, их скрытые тени. Возможно, кто-то из сотрудников всё ещё держал клятву Андрею. Это нужно было выжечь.

Он вышел из зала совещаний, и воздух вокруг будто стал плотнее. Рома шёл проверять компанию, но в глубине души знал — он проверяет и будущее, которое хочет построить с Настей.

Настя сидела за ноутбуком, перебирая страницу за страницей, фотографию за фотографией. Интерьерные картинки сливались в пестрое полотно: белые стены, витражные окна, кирпичные лофты, глянцевые кухни. Она искала то самое место, где они с Ромой смогут построить своё гнездо, где запах его кожи и тепло его дыхания навсегда вплетутся в стены.

Но где-то на краю сознания кололась иголкой мысль. Она помнила утреннюю ярость Ромы, его холодный, отталкивающий взгляд, обращённый на Валерию. И вместе с тем — понимала: вокруг него слишком много женщин. Волчиц, готовых заглядывать в глаза, бросать взгляды, искать малейший шанс.

Настя верила Роме как себе. Она знала: он не посмотрит ни на кого. Но маленький червяк ревности всё равно поднимал голову, шепча ядовитые «а вдруг?».

Рома в это время шёл по этажу. Ряд за рядом — сотрудники, погружённые в экраны, документы, звонки. Он чувствовал каждый запах, каждый оттенок эмоций, каждый нервный импульс. И вдруг в его сознание ворвался слабый привкус — ревность Насти. Её сдержанная, горькая, тонкая как дым тревога.