Дерзкая скромница для Босса

Глава 1. Три гопника для Золушки

Василиса

Дождя нет и это особенно обидно.

Потому что в такие дни погода просто обязана страдать вместе со мной. Желательно с грозой, ливнем и драматичными молниями на фоне.

Но нет.

Светит мерзкое вечернее солнце, машины несутся вдоль дороги, люди куда-то спешат, а я плетусь от метро до своей съёмной студии с ощущением, что жизнь решила добить меня контрольным в голову.

— Просто замечательно, — бормочу я себе под нос, перепрыгивая лужу. — Двадцать три года, красный диплом, высокие показатели и пошла вон отсюда, Василиса. Новое начальство хочет притащить своих идиотов.

Господи, как же меня это бесит.

Я почти год пашу в компании как ненормальная. Почти. Даже до полного года не дотягиваю.

Зато когда два проекта, которые я буквально зубами продавила через совет директоров, начинают приносить прибыль, все такие: “Василиса, вы большая молодец”.

А потом в одночасье компанию перекупают, приходит новое руководство и: “Василиса, вы нам не подходите”.

Да чтоб вас всех.

Особенно сегодняшний марафон собеседований.

На первом кадровичка с улыбкой человека, который никогда в жизни не открывал Excel, сообщает: “У вас маловато опыта”.

Маловато опыта?!

Да я половине их отдела могу финансовую модель ночью с температурой под сорок собрать!

На втором собеседовании сидит женщина с лицом уставшей школьной завучихи.

“Вы молодая девушка… Мы переживаем, что вы скоро уйдёте в декрет”.

Я тогда чуть не ляпаю: “Я вообще-то девственница”. Еле сдерживаюсь.

На третьем мне говорят легендарное: “Мы вам перезвоним”.

Ну да, конечно, перезвонят. Как бывший. То есть никогда.

— Может, мне сразу в монастырь уйти? — ворчу я. — Хотя туда тоже, наверное, без опыта не берут…

Я сворачиваю с оживлённой улицы на дорожку вдоль кустов и уже думаю о том, что дома осталась половина шоколадки и это единственное светлое событие сегодняшнего дня, когда из кустов внезапно вываливается что-то огромное, пьяное и вонючее.

— Опа. Какая цыпа…

Меня резко хватают за локоть. Я взвизгиваю и в ужасе таращусь на выпавших существ.

Гопники.

Ну конечно. Видимо вселенная сегодня явно решила закрыть все пункты моего персонального списка кошмаров.

— Пусти! — рявкаю я и со всей силы бью одного сумкой.

Попадаю прямо по голове.

— Ай, сука! — кричит он и хватается за больное место.

— Сам сука! — выпаливаю я и замахиваюсь сумкой ещё раз.

— Тихо ты, бешеная! — второй хватает меня за талию и тянет к кустам.

И вот тут мне становится по-настоящему страшно. До ледяных пальцев на ногах и морозца по спине.

Я начинаю вырываться так, будто от этого зависит жизнь. Хотя… вообще-то действительно зависит.

— Да отстаньте вы от меня! У меня даже денег нет! Я экономист! — ору я, как припадочная.

— Чего? — недоуменно чешет репу тот, у кого фингал под глазом из-за сумки наливается.

— Бедный экономист! Отпустите! — брыкаюсь я.

— Рот закрыла, — рявкает другой и хватает меня за воротник жакета.

Рядом резко визжат тормоза, прерывая нашу потасовку.

Все дёргаются.

Возле нас откуда не возьмись останавливается огромный чёрный внедорожник. Такой я только в фильмах видела или возле дорогих ресторанов, куда я никогда не решусь зайти.

Дверь машины открывается и из неё выходит мужчина. Высокий, широкоплечий, в чёрном костюме и с таким лицом, будто он людей на завтрак ест.

Он смотрит на гопников, спокойно оценивает ситуацию, затем переключает внимание на меня. В его глазах что-то подозрительно сверкает.

— Девушку отпустили, — говорит он низким голосом.

У меня мурашки по спине бегут.

— А ты кто такой? — хмыкает один из этих идиотов.

Мужчина медленно поворачивает голову.

— Тот, кто сейчас тебе челюсть сломает.

Я почему-то сразу понимаю, что он не шутит. Вот вообще ни капельки не шутит. У него вон как вены на кулаках вздулись.

— Да пошёл ты, — только и открывает рот гопник.

А дальше всё происходит так быстро, что я только глазами хлопаю.

Удар. Хруст. Мат. Один уже валяется на асфальте. Второй бросается на мужчину и это он зря.

Через несколько секунд один скулит, держась за нос, второй пытается подняться, а третий вообще убегает через кусты с такой скоростью, будто у него олимпийская подготовка.

Я стою столбом и только и делаю, что ресницами шевелю.

Мужчина смотрит на меня.

— В машину села быстро.

Чего-чего? В машину? Зачем?

С этим… гигантом даже за стол один страшно сесть.

— А вы маньяк? — сглатываю я.

Он приподнимает бровь.

— Если бы был маньяком, я б этих дегенератов не гонял, — сплёвывает в их сторону.

— Логично… — бормочу я.

— Села. Живо, — в очередной раз командует он.

И я сажусь. Точнее как сажусь, взбираюсь в высоченный внедорожник, как на гору. Потому что когда на тебя так смотрят, организм сам принимает правильные решения.

В салоне пахнет дорогой кожей, мужским парфюмом и чем-то опасным, животным, мускусным. Наблюдаю, как незнакомец обходит машину спереди, поправляя манжеты черной рубашки.

Он открывает дверь, обдувая меня вечерней прохладой и садится на водительское место.

Несколько секунд я молчу. А потом у меня внутри будто лопается натянутая нить и меня резко накрывает.

Страх, злость, обида — всё выливается разом.

Я всхлипываю, потом ещё раз, а потом начинаю реветь так позорно, что самой стыдно.

— Меня вообще-то с работы уволили! — выдаю я сквозь слёзы. — Хотя я показатели хорошие показывала! И проекты прибыль принесли! А новое начальство говно!

Я в сердцах взмахиваю руками и чуть не заезжаю ладонью по лицу незнакомца, но он вовремя молча уворачивается.

— А эти кадровики… — я яростно вытираю слёзы. — Одна вообще решила, что я немедленно в декрет убегу! Да кому меня рожать-то?! Разве что Иисусу Христу через непорочное зачатие!