Дерзкий ангел

4 глава

Проснувшись в половине седьмого и ничего не подозревая, я направилась на кухню. Мама налила мне чаю, сделав глоток, я посмотрела на часы и тут же поперхнулась. Пулей, вылетев из кухни, на ходу снимая пижаму, я залетела в ванную комнату и быстро приняла душ. Приняв душ и надев платье, стала набрасывать макияж. Я всегда умела наносить макияж, аппетитно и пикантно. Волосы были влажными, фен где-то затерялся (в комнате), и поэтому прошло немало времени, прежде чем они, немного подсохли.

Когда я вышла из дома, было уже восемь часов, было уже темно. Вечер длился уже час. Я почти бежала, но на каблуках разве далеко убежишь. Свою торжественную речь и свою песню, я должна была исполнить пятнадцать минут назад. Если мне не изменяет память. На репетициях вечера, вроде так и было.

Подходя к школе, я невольно остановилась, так как увидела машины Таранова. И твёрдо решила, что не буду выступать. Только я зашла в школу ко мне подлетела моя бывшая классная руководительница.

- Петрова! Ты как всегда опаздываешь! Где тебя носит? Иди на сцену сейчас твоя очередь выступать.

- Извините, Марья Андреевна, я не могу выйти на сцену.

- Это ещё почему?

- Ну, не могу и всё.

- Ничего не знаю, иди на сцену. Я сейчас скажу, и тебя объявят.

Заглянув тихонько в зал, я увидела, что Таранов со своей свитой стоит в аккурат в середине зала.

- Я не пойду!

- Назови мне хоть одну вескую причину, если она достойная, так и быть, ты не пойдёшь. Ну? Я жду, - выжидающе стала она смотреть на меня.

Поняв, что я не могу сказать достойной причины, она ушла. То, что я боюсь до ужаса Таранова, я сказать не могла. Она бы надо мной просто посмеялась. Я стала ждать, что говорила ведущая, а говорила она про меня.

- Сейчас должна выступать Петрова Мария, но, к сожалению, она опаздывает, впрочем, как всегда. Не прошло ни одного урока, на который бы она не опоздала, - по залу промчался гул смеха, ведущая же продолжала, - Ну, хорошо будем продолжать вечер без неё, будем надеяться, что она не передумала идти на вечер и сейчас появится. И так продолжаем сейчас свои поздравления и пожелания нам…постойте-ка мне сообщили, что Маша готова исполнить свою песню, и высказать свои пожелания. Встречаем. Петрова Мария Валерьевна. С песней «Школьные друзья».

Ага! Мне только эту песню и петь. Школьных друзей у меня никогда не было. Мне пришлось выйти на сцену, не могу же я из-за одной глупости подвести столько народу. И вообще плевать я хотела на Таранова.

Выйдя на сцену, первое, что я увидела, это были глаза Таранова, сначала удивлённые, а потом яростные. Начав петь, я не отводила от Таранова взгляда, все стали оборачиваться, смотреть на кого я так смотрю. Неожиданно я вспомнила, как мама утром сказала, что Леночка записала весь наш разговор на диктофон. Я занервничала, увидев, что та подошла к Таранову, и что-то прошептала на ухо. Мной одолел такой псих, какого в себе я никогда не испытывала. Мне надо было крушить, всё, что было под рукой. Мне надо было на ком- то отыграться, и лучшей перспективы, чем Леночка не было. Допев песню, я почти бросила микрофон к ведущей и пошла к выходу.

- Твои пожелания?

- К чёрту пожелания! - сказала я громко.

Вылетев из зала, я наткнулась на Алёну.

- Манюня, привет! Шикарно выглядишь! Сегодня все мужики будут наши!

- Он знает! Он знает кто я!

- У-у, да ты в бешенстве! Какая муха тебя укусила?

- Ты представляешь, эта сволочь, записала весь наш разговор! Я её сейчас порву!

- Да кто? Скажи мне!

- Леночка! Эта тварь! А вот и она, сейчас я ей личико начищу.

- Постой, Манюня! Не надо этого именно сейчас делать! Прошу тебя!

- Ты права, на улице. Через минутку.

- Господи! - вздохнула Алена, понимая, что ничего не изменила.

- Ой, как задушевно мы сейчас поговорим!

- Манюня, остынь немного! - предупредила меня Алёна.

- Знаешь, остыну, когда придёт время.

- Петрова Маша! Вот мы и встретились, - подойдя ко мне, вплотную пропел он.

- Очень приятно, - издевательским тоном ответила я.

- Я так и думал, что ты, возможно, будешь тут, но я не представлял, что мы с тобой уже знакомы. Почему ты не сказала мне?

- Ты не спрашивал, как меня зовут.

- Почему ты не сказала.

- Не сочла нужным.

- Вот как?

- Лена! - отойдя от него и схватив Лену за предплечье, потащила на улицу.

- Зачем?

- Сейчас узнаешь, - прошипела я.

- Маша, - простонала Алёна, следуя за нами.

На улице, я развернула к себе лицом Лену и прошипела.

- Я же тебя просила не передавать наш разговор Таранову? Зачем ты это сделала?! Зачем ты его привела к Алёне?!

- Маша, я тебе хотела помочь.

- Мне не нужна медвежья услуга!

- Маша, замолчи! - с угрожающими нотками в голосе, сказал Таранов. Он первый раз назвал меня по имени, первый. И прозвучало оно как-то слишком эротично.

- Не затыкай мне рот! - взяв со стены огнетушитель, я подошла к одной из машин Таранова и со всей дури ударила по лобовому стеклу. Оно не разбилось, потрескалось. Даже со второго удала, я не смогла его разбить. Подошёл Таранов и, рассмеявшись, забрал огнетушитель.

- Силы, у женщин твоего типа, как раз нет.

- Чёрт! - выругалась я.

- Ну, и дура ты, Машка, - сказала Лена. Я не могла её больше терпеть и, подойдя, вцепилась ей маникюром в лицо.

- Это уже слишком, Маша, ты изуродуешь её! - закричала Алёна.

- Ну, хватит! Мне это надоело! - сказал Таранов.

Схватив меня за руки, он закричал.

- Кончай, ты этот спектакль. Если у тебя нервы слабые, иди к психиатру! Лена, совсем не причём, это ты просто истеричка.

- Если я просто истеричка, что же ты увязался-то за мной? Отпусти, мне больно! - попыталась я, вырвать руки.

- Не отпущу, пока ты не попросишь прощения у неё.

- Что?! Я не буду просить у неё прощения. Она заслужила это! Это она меня оскорбляла, она меня обижала…