Десять шагов до края

Глава 7. В которой раскрывается одна древняя тайна

Все народы питают тайную симпатию к своей нечистой силе.

Сэмюэл Батлер

Поглощенный чтением Ветринский являл собой зрелище весьма и весьма занятное. Чтобы спокойно им насладиться, я на цыпочках прокралась в зал библиотеки и спряталась за изрядно пыльной портьерой.

Всего этого, сказать по правде, можно было бы и не делать. Даже войди я в сопровождении чеканящего шаг почетного караула и под оружейный залп, меня бы навряд ли заметили, но привычка есть привычка. К тому же, мне самой было спокойнее перестраховаться.

Едва расположив тяжелое полотно темного бархата так, чтобы иметь сквозь прожженную кем-то дырку хороший обзор и всласть полюбоваться Сашкиной богатой мимикой, я услышала скрип открывающейся двери. И очень порадовалась, что все-таки спряталась.

Переступив порог, демон прислонился к косяку и, задумчиво склонив голову, принялся изучать спину и затылок Ветринского. В мою сторону даже не глянул, но это меня не обмануло. Разумеется, он знал, что я здесь.

— Уделишь мне минуту?

Сашка поднял голову, проворчал что-то невнятное, пошарил взглядом по столику, схватил лежавшую там лупу и снова уткнулся в книгу. Заданного вопроса он определенно не слышал.

Книга вырвалась из рук некроманта и, описав красивую дугу, вернулась на свое место на полке. Такой метод привлечения внимания сработал куда лучше. Волей-неволей Ветринскому пришлось поинтересоваться, кто же столь бесцеремонно прервал его занятие.

— Что тебе нужно? — недовольно поинтересовался он, кладя лупу на место и выпрямляясь в кресле.

Вместо ответа демон бросил ему на колени пухлую синюю папку. Я даже успела разглядеть тисненый серебром логотип Академии в левом верхнем углу. И чуть не выскочила из укрытия, чтобы первой вцепиться в драгоценные записи, содержавшие, вполне вероятно, наш обратный билет. Еле сдержалась, напомнив себе, что Ветринский разберется в них лучше меня.

— Это что? — не понял Сашка, глядя на папку так, словно та грозила превратиться в гремучую змею или еще чего похуже.

— Это записи Ельцова. Его личная теория пространственных разрывов. Думаю, тебе будет интересно.

— Где ты это достал?

— Где достал, там уже нет, — спокойно ответил демон, бросив быстрый взгляд на мое бархатное укрытие. — Читать будешь или как?

— Буду, — буркнул Ветринский, раскрывая папку. — Что-нибудь еще?

— Почему ты так ненавидишь меня, некромант?

Сквозь обгорелые края дырки я хорошо видела выражения лиц обоих. Сашка явно пребывал в замешательстве, а вот демон выглядел до странности серьезным. Молчание быстро сгустилось до консистенции хорошего холодца, заставив меня отчаянно возжелать немедленно скрыться с места разборок. Увы, любопытство требовало остаться и побеждало по очкам.

— Не ненавижу, — после долгой паузы ответил Ветринский. — Просто не ломаю комедию, пытаясь изобразить дружеские отношения.

— То есть, по-твоему, мы с тобой враги?

— Спросил враг рода человеческого, — саркастически заметил Сашка.

— Род человеческий — понятие чрезвычайно абстрактное, — проигнорировав выпад, отозвался демон. — А я говорю конкретно про тебя и меня.

— В таком случае я уже ответил. Мы с тобой существа разных порядков, и наши взаимоотношения предопределены.

— Разных, это да, — с подозрительно хитрой улыбкой согласился демон. — Но не настолько, насколько тебе хочется думать. Ты ведь давно догадываешься, что мы родственники.

Я тихо пискнула, больно впившись зубами в собственный палец. К счастью, Сашка был слишком потрясен, чтобы обратить внимание на подобную мелочь. А Верховный, видимо, уже решил меня не замечать и позволить подслушать разговор. Наверное, чтобы потом не объяснять еще раз.

— Никогда не верил в эту легенду, — преувеличенно холодно ответил Ветринский.

— А зря, — продолжая улыбаться, обронил демон.

— Но это невозможно.

— Нет ничего невозможного. Вообще. Есть то, что не сделано по каким-то причинам.

— У вас же…

— Да, у нас нет тела, поэтому пола и того, что вы называете генетическим материалом, тоже нет, — согласился демон. — И еще мы не живые, а существующие. Просто вы, люди, очень странные существа. Вечно пытаетесь усложнить простое и упростить сложное.

— Это ты к чему? — озадаченно спросил Сашка.

— Думаешь, все сводится к чисто механическому действию? Я имею в виду процесс сотворения новой жизни.

Я поперхнулась собственной слюной и зажала рот обеими руками, чтобы не раскашляться. Если честно, давно задумывалась над тайной происхождения магов тьмы, но как-то не рассчитывала узнать ее при подобных обстоятельствах. Да и вообще, не ожидала, что разгадка окажется вот такой. Хотя версия про демонов была в ходу, более того, считалась одной из наиболее реалистичных.

— Вот только не приплетай…

— Чего? — резко перебил Верховный, скрещивая руки на груди. — Любовь?