Десять шагов до края

Глава 12.2

— Не то слово.

— И снова верю.

Взгляд мой метался по залу, пытаясь сложить картину происходящего и хоть как-то определиться с дальнейшими действиями. Человек на алтаре был совершенно точно уже мертв, это его кровь капала с кинжала. И она же стекала на пол, заполняя линии пентаграммы. Судя по ее количеству, жертва уже не первая, но других тел в пределах видимости не наблюдалось.

Да и живые люди в количестве четырех штук на жертвенных агнцев походили мало. Скорее уж на приносящих жертвы козлищ. К счастью, ни одного знакомого лица я не заметила. Товарищи, судя по градусу озадаченности обращенных ко мне физиономий, тоже не знали, с кем имеют честь.

— Ты как раз вовремя, — сообщил Асмодей, кладя кинжал на край алтаря, переплетая пальцы и поднимая руки на уровень подбородка. — Проводишь нас отсюда.

Я невольно сглотнула. Выходит, ритуал уже подошел к концу. Вот сейчас пентаграмма окончательно заполнится, ее активируют и… теоретически должны будут открыться двери в мир людей. Уж точно, как раз вовремя…

Оглядевшись сама не зная зачем, я машинально отметила добрых полсотни факелов в красивых ажурных креплениях на стенах, еще одни двери напротив тех, неподалеку от которых расположился алтарь, сталактиты на потолке, мечущиеся среди них тени. Просто еще одна пещера, только приспособленная под ритуальные нужды. Интересно, где эта тварь объявится, выбравшись отсюда?

Продолжая осматриваться, я с удивлением отметила, что Асмодей завершает ритуал не лично. На самом деле действовал человек, стоящий впереди остальных. По его движениям, по уверенности, с которой он тихо и монотонно бубнил себе под нос текст, а если точнее — по самому факту использования вербальной формы заклинания, я с полной уверенностью записала товарища в некроманты-ритуальщики. Истинного мага Тьмы, выходит, Асмодей не нашел. Или не искал, за ненадобностью. Ведь с силой-то Верховного демона можно и ритуалом обойтись…

Некромант выбросил раскрытые ладони вперед и вверх, словно отпуская в небо птицу. И я невольно вскрикнула, увидев, как над пентаграммой, в самом центре, начинает сгущаться темное облако. Тонкими юркими змейками замелькали синие молнии — всегдашние предвестники пространственного разрыва. Кажется, дело спорилось.

Запахло озоном, сверкнуло и грохотнуло, потом еще и еще раз. А потом грохот повторился, но уже без вспышки света. И почему-то источником его была не энергия, концентрирующаяся в точке будущего разрыва.

Подивившись собственной прыти, я взлетела на ноги и рванула в сторону, не особенно заботясь, куда конкретно бегу. Остановила меня только стена пещеры. При торможении я ободрала ладони об острые камни и обзавелась парочкой синяков на левом плече и локте. Но в данную секунду подобные мелочи меня волновали меньше всего на свете, потому что с дороги я убралась чрезвычайно вовремя.

Створки, содрогнувшись под очередным ударом извне, сдались и распахнулись, пропуская в зал нечто в дыму и пламени. Дыму было столько, что я невольно закашлялась и зажмурилась. Слезы брызнули между плотно сжатыми веками, а запах серы достиг такой плотности, что вдыхать стало страшно. Но пришлось.

Пережив приступ удушающего кашля, я обнаружила себя на полу, на коленях и в слезах. А прямо передо мной… прямо передо мной, рядком вдоль стены, лежало то, чего я раньше не замечала. Не могла заметить из-за камней, окружавших пентаграмму, как бордюр клумбу.

Если совсем точно, лежало не «то», а «те». Те, кто совсем еще недавно был живыми людьми, а теперь стал жертвами, принесенными во исполнение демонических замыслов. Я стояла на коленях и смотрела на бескровно-белое, застывшее в маске немого ужаса лицо мальчишки-подростка. Тело лежало между разбросанных каменных обломков марионеткой, лишенной оживляющих нитей. А дальше еще и еще одно.

Я зажала себе рот ладонью, до боли прикусив указательный палец, чтобы не кричать. Слезы, поначалу вызванные дымом, текли и текли. Перед глазами все плыло, голова кружилась. И я не знала, было ли тому причиной то, что я вдохнула или то, что увидела.

Мертвых мне доводилось видеть и раньше, причем всяких — знакомых и родных, спокойных и беспокойных. Но здесь и сейчас все воспринималось совершенно иначе. Реальность, без того навалившая на меня почти невыносимый груз пугающего и ненормального, дошла до самого края, подсунув еще и убитых детей. Сознание в попытке защититься впало в подобие анабиоза.

Сквозь его пелену я отметила, что из влетевшего в зал дыма и пламени соткалась высокая, почти в два человеческих роста, фигура с огненным мечом. Асмодей, только отмахнувшись в ответ на панические вопли своих слуг, шагнул через алтарь, по пути тоже вырастая и превращаясь в такой же безликий силуэт из мрака. Тускло вспыхнуло оранжевым еще одно лезвие.

Мечи скрестились со страшным грохотом. Запах озона перебил даже серную вонь, казавшуюся навеки въевшейся в воздух и сами камни. Я машинально следила за поединком, чтобы только не смотреть на тела жертв. Чтобы видеть хоть что-то, в чем пока не поставлена окончательная точка.

С клинков летели искры. Тени носились по всему залу, вокруг продолжающего набирать плотность сгустка силы в центре. А некромант все продолжал и продолжал монотонно зачитывать текст ритуала. Как только умудрился столько запомнить? По моим ощущениям, уже прозвучавшее тянуло на средних размеров повесть, и конца-края заклинанию видно, точнее, слышно не было. Видно, слышно… Боже всевышний, что я несу?!