Десять свиданий с недотрогой, или Сам напросился!

Глава седьмая

Человек – удивительное существо. Никогда не знаешь, что от него ожидать и, если мы уверены в том, что прекрасно знаем самих себя, то это, скорее всего, не так.

Я вот сейчас была в полнейшем шоке от себя. От своей выходки. От напора… Смотрела на себя со стороны и не верила. Я ведь… да близко бы не подошла к простуженному человеку! А тут так отважно шагнула в рассадник микробов…

Стоило покинуть общагу, накатило осознание, а вместе с ним тошнота. Голова закружилась, пришлось опуститься на ближайшую лавочку, чтобы немного прийти в себя. Достала из рюкзака воду и, сняв маску, сделала несколько глотков.

– Да ты спятила, Волгина, – усмехнулась вслух, пугая прохожих. Стася мне не поверит, решит, что вру, потому что такое не может происходить со мной на самом деле. Ни одного парня за двадцать лет. Может дело в этом?

Прислушалась к себе и качнула головой. Да нет… я всегда была настолько брезглива, что не испытывала никаких сексуальных желаний, тогда что на меня нашло, если не желание удовлетворить физические потребности? Жалость? Сочувствие?

Не-ет… я не солгала Соколову, когда говорила, что его можно поздравить. От хорошей жизни не уходят, если парня всё устраивало, он бы никогда так не поступил, а раз оборвал все связи с отцом и отказался от его покровительства, или как там это называется, значит не выдержал. Значит, причина была весомая. Я бы хотела его расспросить об этом, но мы не в тех отношениях…

Кисло усмехнулась и сделала ещё несколько глотков воды. Ужас… я сама пришла к парню и потребовала обещанные свидания. Где же я могла подхватить бешенство?

Телефон в кармане пальто завибрировал. Звонила педагог по театральному мастерству. Я совсем забыла про репетицию сегодня…

– Да, Ольга Андреевна, – ответила сдержанно. – Прошу прощения, что не предупредила, случилось кое-что непредвиденное, – произнесла, сгорая со стыда. С ума сойти, я сорвалась к Соколову, забыв обо всём на свете. Домой приеду, нужно температуру смерить…

– Я сочувствую, Ясенька, но может ты всё-таки приедешь, если освободилась? – елейным тоном поинтересовалась преподавательница.

– Уже еду, Ольга Андреевна, – заверила, поднимаясь с лавки. – Через пятнадцать минут буду, – хорошо общага недалеко от универа, на метро… на метро быстро доеду. Правда я им не пользовалась уже лет десять…

Надела на лицо чистую одноразовую маску, выкинув предыдущую, натянула на руки перчатки, обработав их антисептиком и спустилась в «подземку». Всего три станции проехать, а такое чувство, что тридцать три: время тянулось невыносимо и мучительно долго.

Я замечала каждый чих, каждых вздох окружающих людей и внутренне вздрагивала. Напряжение тугим узлом скручивало внутренности, меня бросало то в жар, то в холод, хотелось поскорее покинуть этот душный вагон и забраться под душ. Прямо в одежде. Но вместо этого я мужественно поплелась обратно в универ…

Помимо постановки мюзикла по русским народным сказкам, мы готовились к новогоднему концентру, в котором принимали участие студенты с других факультетов. Я согласилась отвечать за музыкальное сопровождение и, когда видела ребят с продюсерского, которые были ведущими, вспоминала Соколова. Если бы он не ушёл, то сейчас стоял бы на этой сцене...

Следующие несколько дней я была загружена учёбой и домашними делами. Стася пыталась выяснить, как прошла моя поездка в общагу, но я виртуозно увиливала от этой темы. Правда, ловила себя на том, что волнуюсь за Соколова, но писать не решалась. Не хотела навязываться, да и… я уже немного пришла в себя после моего безумного поступка и начала думать, что совершила глупость. В конце концов, у парня есть мой номер, надо будет – позвонит.

Но Ян не звонил…

– Ясь! – сестра догнала меня на выходе из зала. Сегодня мы практиковались в эмоциях. Не так это просто смеяться, плакать или удивляться, пугаться, когда совершенно не чувствуешь ничего подобного, а ещё ведь нужно играть правдоподобно…

– Чего тебе? – поинтересовалась через плечо.

– Костин зовёт меня в кино, – Стасю передёрнуло.

– Так откажи ему, в чём проблема? – пожала плечами непринуждённо.

– Не могу, – скривилась сестра.

– Эй-эй, девчонки! – нас догнал Соболев и попытался повиснуть на наших плечах, но я вовремя увернулась, и парень едва не рухнул на пол. – Ну ты чего? – обиженно насупился он, вклиниваясь между мной и Стасей. – Я к вам с предложением, вообще-то.

– Нет, – отрезала я, пытаясь отойти в сторону.

– Что «нет»?! Ты даже не выслушала! – возмутился неваляшка. – Мы хотим после зимней сессии рвануть на лыжах кататься. Давайте вместе.

Стася бросила на меня вопросительный взгляд.

Почему она не может поехать без меня? Почему всё время зависит от моего решения и всеми силами старается всегда быть рядом? Неужели я настолько беспомощна и жалка?

– Слушай, Соболев, дай подумать, а, – произнесла, как можно небрежнее. – Скинь сообщением, кто ещё едет. Куда, когда и на сколько. Полную информацию.

– Да, мой капитан! – он шуточно отдал честь и помчался дальше.

– Ты правда подумаешь? – недоверчиво прошептала Стася.

– Правда, – кивнула важно и, забрав из гардероба вещи, вышла на улицу.

Надела шапку, пальто… и застыла на ступенях, не веря в то, что вижу.

Соколов расслабленно стоял у ворот, одну руку засунув в карман кожаной куртки, второй держа кислотно-розового цвета герберу. Улыбка против воли появилась на моих губах…

– Он к тебе? – полюбопытствовала сестра, тоже заметив парня.

– Не знаю, – ответила деланно равнодушно и направилась к воротам.

Соколов приветливо здоровался со своими знакомыми, бывшими одногруппниками, которые спешили покинуть двор, отвечал улыбкой, проходящим мимо девчонкам, но увидев меня, стал серьёзным.

Показалось или парень занервничал? Хотела пройти мимо, но он преградил путь, пихнув под нос несчастный цветок.

– Думала, я к тебе не приду, после того, что ты устроила? – спросил насмешливо.