Детектив Фокс. Дело о забытой перчатке

Глава 2. Две полосы

Я решила зайти к Ашули по дороге домой. Уж больно хотелось побыть одной, пошагать, подумать, пофилософствовать. Однако погода явно противилась этому. Хоть и без дождя, но на улице было холодно и промозгло и казалось, что он вот-вот застучит по тротуару ледяными пальцами. Ветер раздувал полы пальто и гнул поля у шляпы, так что пришлось прижать ее рукой и прибавить шагу, благо, кожевенная мастерская располагалась всего в трех кварталах от дома мистера Фокса. Представляя, каким чучелом я сейчас предстану перед хозяином мастерской, философски пожала плечами. Я не кокетничать сюда пришла, а по делу.

Дверь ответила звонком на мое приветливое пожатие ручки. В нос ударил терпкий, густой, сладковатый запах дубленой кожи, будоражащий, волнующий и переворачивающий все внутри. Я на секунду прикрыла глаза от удовольствия.

Мистер Краус, кожевенник, стоял за рабочим столом и перебирал готовый материал, раскладывая шкурки красного оттенка. Увидев меня, он улыбнулся. Морщинки лучами разбежались от его глаз, а спина чуть распрямилась.

– А-а-а, – протянул он, – мисс Фэлкон. – Заходите, заходите скорее. На улице, вероятно, ужасная кутерьма. Миссис Краус понесла молочнице бутылки, и я теперь волнуюсь.

Я представила миссис Краус и хмыкнула про себя, подумав, что волноваться можно за кого угодно, только не за этого великана в юбке. Пригладила волосы, поправила шляпку и поздоровалась.

– Мистер Фокс велел…

– Забрать его перчатки, – закончил за меня хозяин мастерской. – Сию минуту. Подождите. Сейчас принесу.

Он, привычно горбясь, вышел через проход и вскоре вернулся с парой кожаных перчаток из тончайшей кожи, которую шеф не решался чистить самостоятельно, доверяя лишь мистеру Краусу.

– Вот, ваш заказ, – морщинистые узловатые пальцы с въевшейся в ногти краской протягивали мне белоснежные перчатки. Я даже забеспокоилась, не останутся ли следы от рук кожевенника на белой коже, но нет, краска любила своего хозяина и не посягала на плоды его труда.

– Как всегда идеально, мистер Краус, – осмотрев перчатки и не найдя и следа от ужасного винного пятна, заметила я. – Вы просто волшебник.

– Это не я, это моя Тонечка.

Миссис Краус носила странное, но очень звучное имя, Антонина. Однако я ни разу не слышала, чтобы ее супруг хоть раз назвал ее им. Только Тонечка. Всегда. Сила воли и терпение у Тонечки были железными. Мистер Краус талантливо кроил и шил вещи, а она их восстанавливала после вот таких, как у мистера Фокса, казусов.

– Взяли новый заказ, мистер Краус? Необычный цвет, – кивнула я на стол с выделанными и окрашенными шкурками.

– Бордо, – гордо проговорил мастер, хитро мне подмигнув. – Не у каждого кожевенника есть такой колер. Да и заказчики такие не у всякого найдутся.

Я прониклась тайной и наклонилась ближе в предвкушении раскрытия личности заказчика.

– Сама леди Экройд заказала.

Я еле сдержалась от недовольной гримасы при звуке ненавистной фамилии.

– Ну, ее муж может себе позволить эксклюзивные заказы.

– Нет-нет. Она уже не замужем за этим воротилой, – уверил меня мастер.

– О ком ты там говоришь, Мольтон? – послышался с порога голос миссис Краус, обернувшись, я увидела и ее саму, входящую в мастерскую. Вид у Тонечки был ничуть не лучше моего. Ее по-генеральски мощная фигура была завернута в коричневое пальто с кожаными манжетами, ворот которого встопорщился, вуалетка на голове встала дыбом, а из-под самой шляпки торчали растрепанные ветром волосы. – Погода нынче кошмар.

– Тонечка, – бросился помогать супруге раздеваться мистер Краус, – там что, дождь?

– Нет, но кажется, что сейчас что-то, да надует. – Голос у миссис Краус был под стать ее фигуре: громкий, сочный, низкий с легкой хрипотцой. Она отстегнула шляпу с вуалеткой, повесила ее на крючок и принялась приглаживать волосы своими не по-женски большими руками, закалывая шпильками пепельные пряди. – Так о ком ты говорил, Мольтон?

– О леди Экройд, Тонечка.

– Милая, но совершенная сумасбродка, – безапелляционно заявила та.

– Тонечка, – укоризненно, но тепло сделал замечание мистер Краус.

– Что? Я знаю, что говорю. Судите сами, мисс Фэлкон, отродясь не слышала, чтобы леди летали.

– Летали?

– Да. Она заказала нам перчатки, и сама рассказывала, как собирается стать… как же, простите меня боги, называется это страшилище?

Миссис Краус взглянула на мужа.

– Дирижабль, дорогая.

– Точно. Ди-ри-жабль. – Тонечка посмотрела на меня. – Мисс Фэлкон, вы видели их вблизи? Я-то сама нет, но мне рассказывал Мольтон. Вот эта сигара в небе, которая кажется малюткой, на самом деле огромный пузырь. Как наш дом.

Она сделала большие глаза.

– Даже больше, дорогая, даже больше.

– И что же? Все богатые люди летают на дирижаблях, – не поняла я в чем заключалась особенность бывшей жены Экройда.

– Но она собралась им управлять! – воскликнул мистер Краус.

– Управлять? – невольно удивилась я смелости женщины. – Сама?

– Конечно, сама. Вот, хотела заказать нам перчатки к первому полету. Говорила, соберутся газетчики, нужно выглядеть с шиком.

Я уже не слушала, как мистер Краус расхваливает свои изделия, а думала о том, как это восхитительно, наверное, летать. Чувствовать себя свободно, словно птица. Подумать только, женщина – и пилот дирижабля!

– Вот увидите, мои перчатки принесут ей удачу. Таких больше ни у кого нет. Видите, мисс Фэлкон, – мастер взял со стола расчерченную заготовку и поднес мне рассмотреть, – я даже уже монограмму выбил на отвороте.

На будущем отвороте и впрямь виднелись две буквы Э. Эвелина Экройд. Фамилия вновь опустила меня с небес на землю, заставив вспомнить, кто именно ее носит.

– Чудесная монограмма, мистер Краус. Надеюсь, леди оценит вашу работу по заслугам.

– Надеюсь, мисс Фэлкон, надеюсь, – скромно проговорил мастер.

– Еще бы! – прогрохотала его супруга. – Таких перчаток больше ни у кого не заказать. Только ты, Мольтон, можешь сделать такую качественную вещь. Вот, – она указала на свою пару простых кожаных перчаток, – сами пощупайте, мисс, тонкая кожа, а не мерзну. Все потому, что голова у моего мужа умная, а руки золотые. Он мне вшил туда тонкий подклад. А с виду и не скажешь вовсе.