Дети, костёр и любовь

Глава 11

Тропа, еще утром казавшаяся приключением, теперь тянулась бесконечно – как будто лес нарочно удлинял каждый метр, чтобы испытать их на прочность. Солнце клонилось к закату, но жара не спадала, воздух стал плотным, липким, будто пропитанным усталостью. Рюкзаки, которые утром весело подпрыгивали на плечах, теперь висели мертвым грузом. Даже пение птиц сменилось тяжелым гулом комаров.

– Ну сколько еще? – в сотый раз спросил Тимур, спотыкаясь о корень, торчащий из земли.

Михаил Викторович полез в рюкзак и вытащил три фонаря. Один он отдал Тимуру, чтобы тот не расшибся, второй протянул Вениамину, а третий оставил себе и быстрым шагом встал в начало строя.

— Я ног не чувствую… пятки болят, – простонала Злата, сунув палец под тоненькую шапочку и почесав лоб. – Меня укусил кто-то…

– А у меня в ботинке камень, – добавил Владик, хотя камень, скорее всего, просто намял ему стопу, он уже третий раз жаловался на одно и то же, и Алена дважды вытрясала его кроссовок.

– Потерпите, судя по карте, нам осталось немного, – Вениамин навел фонарик на карту и сдвинул брови.

– И как вы это определили? Она же нарисованная! – не поверил ему Степа. – Почему нам не дали настоящий навигатор?

– Потому что у настоящих туристов не должно быть с собой электроники, только компас и бумажная карта, это улучшает навыки ориентирования, – пояснил Вениамин Юрьевич.

– И потому что связь в лесу ни черта не ловит! – добавил Михаил Викторович и тихо засмеялся.

Алена шла в конце колонны, чувствуя, как усталость давит на виски. Она давно перестала отвечать «еще немного» – теперь просто кивала, стараясь не выдать, что и сама мечтает остановиться, скинуть рюкзак и просто… не двигаться. Но она – взрослая. А взрослые не ноют. Даже когда очень хочется.

Вениамин Юрьевич, заметив спад настроения, решил «оживить» обстановку по-своему.

– Вы замечали, – начал он тихо, – что ночью в лесу все будто замирает? Птицы не поют, жучки не стрекочут… даже ветер будто затаился. Почему так?

Мирон пожал плечами. Злата покачала головой. Агафья вцепилась Алене в рукав.

– Дело в том, – продолжил Вениамин, – что лес – не просто деревья и тропинки. Это живое место. И у него есть свои часы. Днем он открыт: шумит, дышит, принимает гостей. А ночью… он уходит в себя. Собирает свои голоса, свои шорохи, свои тайны и прячет их под корнями, под мхом, под кронами деревьев.

Он помолчал, глядя вглубь леса.

– Старые лесники говорили: если ночью вдруг станет очень тихо, то это не оттого, что лес пугает, а потому что лес слушает. Он не злится, не нападает… он просто проверяет: а вы свои или чужие? Если вы спокойны, если не шумите без нужды, если уважаете его покой, то он примет вас. А если ведете себя, как на дискотеке, тогда он просто отвернется. И тропа может… немного запутаться. Не назло, а просто чтобы люди поняли: здесь не город, здесь свои правила.

– А если он примет? – спросила Алина.

– Тогда утром вы проснетесь, и вам покажется, что лес стал чуточку роднее. Может, найдете необычный камень, или белка подойдет ближе, чем обычно… или просто почувствуете – вы здесь не одни, но и не в опасности. Просто в гостях у чего-то древнего и мудрого.

Он обвел взглядом детей, осветив их лучом фонаря.

– Поэтому сегодня ночью, когда лес замолчит – не бойтесь. Просто посидите тихо у костра. Послушайте. И если почувствуете, что воздух стал мягче, а звезды — ближе, то знайте, что лес вас узнал.

Некоторое время они шли молча. Каждый переваривал услышанное и размышлял. Ветки тихо похрустывали под ногами. В далеке ухнула сова.

– Вениамин Юрьевич, – тихо позвал его Владик. – А если мы не понравимся лесу, утром мы все умрем в своих палатках? И наши тела обладают дикие звери?

– Пирогов, ты дебил? – заверещала Есения.

Злата, шедшая рядом с ней, громко всхлипнула.

– Был один случай, когда группа туристов… – решил ответить на вопрос Вениамин, но не успел.

– Вениамин Юрьевич! – резко сказала Алена, но ее перебил Михаил Викторович, который до этого молча шел впереди, сохраняя лицо «непробиваемого лидера».

– Да вы что, издеваетесь? – возмутился он, резко развернувшись. – Зачем пугать детей? Тут даже белка не нападет, если ее не трогать! И если трогать, то тоже не нападет! Какой живой организм? Это всего лишь простые деревья!

– А я что? – невозмутимо пожал плечами Вениамин. – Просто рассказываю факты. Природа – не детский сад. Надо уважать.

– Уважать – не значит панику сеять! – повысил голос Михаил. – Вы же видите – они и так вымотаны! А вы им про страсти какие-то на ночь глядя…

– А вы им про «двадцать километров с другом на плечах»! – парировал Вениамин, и в его голосе зазвучала саркастическая нотка. – Хоть один из вас верит, что вы в пятнадцать лет таскали кого-то через болото два дня без еды?

– Это не важно! – вспыхнул физрук. – Главное – дух! А вы… вы их просто ломаете!

– Дух без знаний – дурачество! – огрызнулся Вениамин.

Дети, забыв про усталость, замерли с открытыми ртами. Ссора взрослых, это всегда зрелище. Особенно когда один из них обычно такой строгий и нудный, а другой такой крутой. Тимур даже достал телефон, чтобы заснять, но Алена быстро заметила это и пресекла.