Дети, костёр и любовь

Глава 20

Алена застегнула молнию до самого подбородка, но все никак не могла улечься. То неровности земли больно упирались ей в спину, то Вениамин, устроившийся так близко, что их спальники соприкасались, слишком громко дышал.

Дождь все не унимался, монотонно шурша по каменной крыше убежища. И Алене показалось, что это никогда не закончится. Они застрянут в ущелье навечно, и никогда не вернутся домой. А что ждало ее дома? Какой она станет после похода? Сердце подсказывало, что другой. И вроде ничего особенного не произошло, и времени прошло мало, но она о многом успела задуматься и поменять отношение к жизни. Одно Алена точно решила – их история с Лешей закончена, и ей даже не жаль.

– Как ваш парень поживает? – спросил Вениамин. Он что, умеет читать мысли?

Алена повернула голову и с трудом рассмотрела его профиль – прямой крупный нос даже показался ей симпатичным, особенно в свете красного пляшущего пламени. Вот так повернулась жизнь – она лежит рядом с математиком, которого так старательно раньше избегала, и даже не считает его больше никчемным неудачником.

– Если вы не заметили, то у меня совсем нет связи и я не могу ни с кем связаться. Поэтому официально мы до сих пор в ссоре. Точнее, он меня бросил перед самым отъездом, решив, что я ему не пара, – Алена усмехнулась, поразившись, как глупо это прозвучало.

– Вы будете с ним мириться? – голос у Вениамина задрожал.

– Не поверите, но я решила, что все к лучшему. Вот правда. Я Леше не пара, также, как и он мне. Слишком мы разные. Не хочу жить с человеком, который вечно пытается меня переделать.

– Я бы ничего не стал в вас менять. И я считаю, что ни в ком нельзя ничего менять. Это уже не любовь, а удобство.

– А у вас как с личной жизнью? – Алена с трудом могла представить Вениамина Юрьевича рядом с женщиной, уж слишком он был неординарным и нетипичным мужчиной для создания отношений. Она наперед знала, что он никогда ни с кем не встречался.

– Ее звали Люба. Вместе мы были всего два года. А потом она выбрала карьеру и уехала в Москву строить новую жизнь. А я остался здесь.

– Правда? – удивилась Алена громче, чем следовало. – А почему вы не поехали с ней?

– Потому что я не хотел переезжать, я люблю наш город. И не мог бросить маму, – честно ответил Вениамин. – Да и Люба стала другой. Я уже заранее понял, что мы не уживемся и наши пути скоро разойдутся. Вы удивитесь, но она тоже старалась меня поменять, чтобы я соответствовал ее новой картине мира. Так что вы не одиноки в своей беде.

Где-то вдалеке прогремел гром и дождь зарядил с новой силой. Интересно, что он так яростно оплакивал – не сложившуюся личную жизнь Вениамина или недавний разрыв отношений Алены?

– Вы сильно страдали?

– Да, я любил ее, – ответил Вениамин, и Алене стало не по себе от его откровений. – Но это давно в прошлом. А вы любите Алексея?

– Я не знаю. Мне почему-то казалось, что я должна держаться за него обеими руками, иначе я пропаду. Леша мастерски убедил меня в этом, теперь я понимаю…

– Вы на многое способны сами по себе. Видите, даже в поход осмелились пойти. И вас до сих пор не съел медведь.

Алена прыснула от смеха, а потом не удержалась и рассмеялась в голос. Вениамин подхватил ее смех, и они оба не могли остановиться. Алена вытащила руку из спальника и смахнула навернувшиеся слезы. Кажется, от нервного перенапряжения у нее началась истерика. Все-таки расставание с Лешей прошло не так безоблачно, как она думала…

Алена всхлипнула и разрыдалась. Вениамин, разумеется, тут же это заметил.

– Алена Борисовна, что случилось? – он сел и положил руку на ее спальник. – Вы плачете?

Алена не могла ему ответить. Если она скажет хоть слово, то станет только хуже. Но перепуганный Вениамин ждал объяснений, и она покачала головой.

– Минуту… – прошептала Алена и икнула.

Вениамин завозился, выбрался из спальника и налил в стакан прохладной воды. Он присел перед Аленой на корточки, расстегнул ее мешок и помог сесть. Алена жадно выпила воду и начала глубоко дышать.

– Вот что меня всегда пугало в женщинах, так это непредсказуемость…

Алена вернула ему пустой стакан и посмотрела в глаза. Он был таким перепуганным и смешным, что она улыбнулась сквозь слезы.

– Замечательно, теперь вы будете считать меня сумасшедшей, – сказала она и снова икнула.

– Не буду, – Вениамин убрал прядь волос у нее со лба. – А вы перестаньте считать меня занудой, а то мне неловко. И не вздумайте отпираться, я знаю, что это так.

– Это и правда так. Но в последнее время я уже так не думаю. В походе вы раскрылись с другой стороны. И простите мне мое пренебрежение. Я была к вам несправедлива. Просто все так навалилось, еще и вы со своими пирожками…

– Обещаю, что больше не буду, – Вениамин смутился и начал забираться обратно в спальник.

– Вообще ваши пирожки несколько раз спасали меня от голодного обморока, – призналась Алена, выдержав слишком долгую паузу.

– Тогда забудьте о моем обещании, – в голосе Вениамина послышался смешок. – Я дальше буду вас подкармливать на переменах. Не хочу, чтобы вы умерли от голода.