Дети ночи

8

Шейла резко вскочила оттого, что кто-то тряс её за плечи. Она не сразу поняла, что происходит, и где она находится.

Над ней нависало лицо Энни, обрамлённое светлыми волосами, бледное в призрачном свете луны. От усердия, которое прилагала подруга, её белокурые локоны растрепались и свисали на глаза.

– Проснись, Шейла! Проснись, наконец! Вставай! – настойчиво твердила Анна.

Шейла медленно села, поправила блузку и, поглядев на Энни заспанными глазами, широко зевнула.

– Ну? В чём дело?

Энни уселась напротив, подтянула колени к груди и, кутаясь в белую вязаную кофту, спросила:

– Ты ничего не замечаешь? Не видишь ничего странного?

Шейла лениво огляделась.

– Нет. Кажется, ничего. А что не так?

– Шейла! Тина исчезла, а ты этого даже не заметила! – возмутилась Энни.

– Действительно… – промолвила Шейла сонно и несколько растерянно, оглянувшись на постель. – А где она?

– Если бы я знала, – вздохнула Анна. – Её уже полчаса нет. Я проснулась, решила сначала, что, наверное, она в туалетную комнату ушла или ещё куда-нибудь, но её всё нет и нет. Я очень волнуюсь!

– Ну, мало ли, куда она ушла… – пожала плечами Шейла и рухнула обратно на подушку. – Может, у неё свидание с кем-нибудь из пацанов, а ты беспокоишься.

– С кем? У Джона – Дженни, Эрни заигрывает с тобой, а Кевин… тоже в её сторону не очень-то смотрит.

– Подумаешь! – буркнула Шейла. – Мало ли, что могло случиться… Отстань – я хочу спать!

Но Энни снова настойчиво толкнула её в бок.

– Хватит дрыхнуть! Ты сама говоришь: «Мало ли, что могло случиться». А если она пошла в левое крыло? Нужно найти её! У меня нехорошее предчувствие.

– Слушай, она не маленькая! – огрызнулась Шейла. – Поговорим о твоих предчувствиях завтра. Ложись спать и мне не мешай!

– По-моему, надо пойти к мисс Ли и всё ей рассказать, – решительно промолвила Энни.

– Ну, хорошо, – тяжело вздохнула Шейла, понимая, что уснуть снова всё равно не дадут. – Идём к твоей мисс Ли! Но, если потом выяснится, что мы испортили Тине свидание, виновата будешь ты, а я ни при чём.

***

Ёжась от ночного холода, подружки тихонько вышли в длинный коридор, окутанный тьмой, с единственной керосиновой лампой в руках. Они медленно брели по этой мрачной галерее. И, хотя давно уже вышли из детского возраста, страх заполз в их души, беспричинный, необъяснимый страх, присущий почти всем людям – страх перед темнотой ночи и перед тем, что может скрываться в этой тьме.

– Кажется, здесь… – сказала Энни, глядя на дверь, вырванную из мрака тусклыми всполохами крохотного огонька лампы.

Они постучали.

В полной тишине, царящей в замке, стук этот показался таким громким, гулким и зловещим, что обе подружки вздрогнули. Обычный стук в дверь прозвучал как удар по крышке гроба.

Через миг Линда открыла им. В руке она держала такую же тусклую лампу, а из-за её спины выглядывала испуганная бледная Мегги с взлохмаченными после сна волосами. Линда оглядела в замешательстве своих подопечных, соображая, что же могло произойти.

– Нам надо поговорить с вами, – начала первой Энни.

Линда отступила, пропуская девушек внутрь.

***