Дети Ночи и Дня

Знакомый город

Они шли по направлению выхода из пещеры.

— Я не хочу, чтобы вы уходили, — сказал мальчик Ночи.

— Мы не можем идти с вами, мы нужны людям, — сказал младший из Огней.

«Разве возможно, чтобы Огни нужны были людям» — подумала Амелия.

— Эмиль, — обратился Коннор, — Мы встретимся… позже.

— Ну ладно, ладно. Я уже понял, — спокойно сказал он, хотя в душе у него сидел гневный чертёнок, хотя… Что он может поделать с шестнадцатилетними подростками?

Они долго шли в молчании и дошли до выхода. Пока они шли, День, Маркус и Коннор освещали туннель и зажигали факелы, Амелия взялась за кристалл и открыла проход. Снаружи рассветало.

— Пока! — сказал Коннор и пожал руки Ки-Мейну и Эмилю.

— До встречи! — сказал Маркус и тоже пожал руки мальчикам, — Спасибо вам! — поблагодарил он, и они с братом «исчезли» в лучах солнца.

— А мы куда? — спросила Амелия.

— Мы? За сестрой.

Они сели на волков и феникса и полетели на запад. Туда, откуда исходила сила сестры Дня. Постепенно её чувствовали и Ночи.

В городе они оказались засветло. По городу они решили перемещаться пешком. Они проходили магазины, парки, дома, аллеи, площади… и близнецам казалось, что они это уже всё видели. Этот город был знаком им, как будто…

— Он похож на наш город! — воскликнул Эмиль.

— Может быть, — устало проговорил Ки-Мейн, — Некоторые планеты в разных галактиках бывают похожи. Те же здания, памятники… Но разные жители, и что-то может меняться.

Они проходили мимо парка «встреч» и решили пройтись там.

— Я помню этот памятник. Его нет на нашей планете, — сказала Амелия.

— Нам надо спешить, — Ки-Мейн посмотрел на восток, уже появилась узенькая жёлтая полоска, — Нам надо прийти до рассвета, а то не сможем пройти.

Они ускорили шаг, а вскоре побежали. Волки бежали следом, а феникс летел чуть впереди. Сейчас он не был ярким — он был гораздо тусклее. Хотя для него это было вполне нормально.

На горизонте уже начало виднеться солнце, когда они добрались до того места, где находилась девочка Дня и силы почти перестали действовать.

— А как мы проберёмся внутрь? — спросил Эмиль.

— Просто пройдём, — совершенно спокойно сказал День.

— А охранник?

— Кто из вас двоих управляет звёздами?

— Не совсем управляю, — сказала Амелия, — Я.

— Ты контролируешь сон, а Эмиль сновидения.

— Стоп, стоп, стоп, — Эмиль замахал руками, — Это значит, что Амелия наводит сон, или проще, управляет.

— А Эмиль наводит сны, которые нужны? — закончила Амелия мысль, нахмурив брови.

— Да.

— Ну почему всё так сложно? — заныл Эмиль.

— Не ной. Ты разве не хочешь опробовать браслет? — спросил День.

— Уже пробовал. Ну ладно.

Они пошли к дверям и вошли внутрь. Дверь скрипнула, и в этой мёртвой тишине скрип показался падающим шкафом или бомбой. Близнецы насторожились, но охранник спал. «Не думайте, что всё легко. В последний момент всё может испортиться» — это слова Ки-Мейна, которые он давно им сказал, всплыли в памяти как раз во время: охранник всё-таки проснулся. Амелия быстро наслала сон на него, а Эмиль, хоть и с небольшой задержкой, «пригласил» сны, правда, сначала не те, из-за волнения, но быстро исправился. Солнце уже полностью вылезло из-за горизонта. Все трое поднялись на второй этаж и увидели выбивающийся огненный свет из-под одной из дверей. Это не солнце и Ки-Мейн знал это лучше близнецов, поэтому первый пошёл туда и вошёл в комнату. Ночи пошли следом.

— Сестра.

Рыжеволосая девочка зашевелилась под одеялом, повернулась лицом внутрь комнаты и открыла глаза. Увидев свет, не солнца, Ки-Мейна, которого нельзя будет звать Днём, и близнецов, девочка поднялась на локте.

— Вы существуете…

Где? Что? Кто?

На тетрадях и альбомах было написано имя владельца: «Виолетта Афнун». Их владелица проснулась ни свет ни заря, удивилась, сказала два слова бодрым голосом — обычно утром она какое-то время молчит — «встретила» гостей. И всё это она сделала буквально за секунду.

Ки-Мейн посмотрел на имя, фамилию на тетрадках.

— Афнун? — спросил он. Про имя не спрашивал — он вспомнил его.

— Да. Это моя фамилия от роду, — сказала Виолетта.

— Ну нет. Фамилий у нас нет. Да даже если бы и была, то точно не эта, — сказал он, слегка усмехнувшись.

— Ты сказал: у нас? — спросила девочка.

— Да, да. Именно это он и сказал. Вы брат и сестра… Дети Дня, — не стерпел Эмиль. Он знал, что сны надолго задерживаться не станут, да и весь детдом, как было написано на табличке на входе, скоро проснётся.

— Эмиль! Она же ничего не знает, — рассерженно прошипела Амелия и стукнула брата, - Чем взрослее, тем труднее принимать это. Нам было по семь лет, когда Ки-Мейн нам это рассказал, да и в принципе нам легче это воспринимать.

— Вообще-то он правильно делает — у нас мало времени, — ответил Ки-Мейн.

Амелия подошла к столу.

— Это всё твоё? — спросила она Виолетту.

— Д-да.

Девочка Ночи взяла со стола то, что может понадобиться и ещё кое-что и положила в рюкзак.

— Пошли, — сказал Ки-Мейн и подал руку сестре.

Виолетта подала свою, встала, и они пошли из её комнаты.

— А что с Игорем Сергеевичем? — спросила Виола, когда они проходили мимо охранника, указывая на него.

— С охранником? Он просто спит, — спокойно сказала Амелия.

Выйдя на улицу, они пошли за здание, на задний двор.

— Интересно, как его не нашли здесь? Мне казалось его найдут, — проговорил Ки-Мейн и вытянул руку вперёд с зажатым в ней кольцом. Из земли вылезал какой-то предмет. И когда он вылез, все увидели ярко светящийся красивый лук.

— Нас не выпускают на улицу, — холодно сказала Виолетта и подошла к луку. Она поняла, что он принадлежит ей. Взяв его, она ощутила прилив силы. Она натянула лук и выстрелила в небо. Вслед за стрелой появилась радуга. Это было именно то, что хотела сделать дочь Дня.