Дети ночи. Вопреки судьбе

Глава 2. Болезная

Видимо, здорово я треснулась своей многострадальной черепушкой об оштукатуренные кирпичи, раз потеряла сознание. Открыв глаза, я первым делом медленно огляделась по сторонам, но никого рядом не увидела. По всей вероятности, бабулька испугалась моего падения и поспешила убраться восвояси. Я осторожно пошевелила руками и ногами, проверяя их не только на целостность, но и вообще на подвижность. Мой взгляд упал на засветившийся при движении экранчик часов. Надо же, а ведь не так долго я была в отключке – всего несколько минут. И даже имею все шансы успеть на первую пару.

Ощупав на всякий случай голову, удивилась, что ни малейших признаков шишки не обнаружилось. А вот при попытке встать увидела на кончиках своих пальцев красные разводы. Странно, вроде ссадин под волосами не было... И только хрустнув по привычке шеей, почувствовала, как по коже засочилось что-то тёплое. Вот же ёлки зелёные! Я всё-таки умудрилась как-то пораниться при падении. Наверняка на какой-нибудь штырь налетела, а то и вовсе сама себя поцарапала. А что? Я умею. Даже родители почти перестали удивляться, каким образом на ровном месте, где пройдут толпы людей, не только споткнусь, но и найду какую-нибудь яму, в которую если не провалюсь, то увязну в её содержимом капитально по самую маковку.

Столбняка я не боялась, так как совсем недавно делала прививку от него в травмпункте, куда попала, наступив неудачно на гвоздь. Подробности опущу, так как не хочу снова вспоминать обалдевшие глаза врача-травматолога и его медсестры после того, как объяснила им обстоятельства, при которых была получена травма. В общем, повздыхав над собственной невезучестью, я достала из рюкзака спиртовые салфетки и, разорвав сразу несколько фольгированных пакетиков, приложила их содержимое к ранке. Кожу сразу неприятно защипало, но это вынужденная плата за то, чтобы наклеить сверху лейкопластырь и не изгваздать кровью воротник плаща, а потом и блузки. Покончив с первой медицинской самопомощью, я встала и, окончательно наплевав на свой внешний вид, помчалась в академию, успев влететь в аудиторию аккурат перед самым носом преподавателя.

Первая пара прошла в обычном режиме, успела даже немного плащ оттереть от пятен, а вот минут через десять после начала второй под лейкопластырем шею словно раскалённым железом прижгло. Осторожно потрогав пальцем через нашлёпку из нетканого материала ранку, припухлостей или каких-либо других неприятных ощущений, кроме жжения, не почувствовала. Ладно, терпи казак, атаманом станешь, как любит приговаривать отец в таких случаях. Но под конец пары меня накрыла такая дикая мигрень, что практически звёзды на дневном небосклоне увидела вместо клеточек в тетради. Удивительно, как вообще смогла вести конспект в таком состоянии, хотя сильно сомневаюсь, что потом смогу разобрать свой собственный почерк. Предупредив старосту, что плохо себя чувствую и возможно опоздаю на следующее занятие, направилась в медпункт.

Вообще, невиданная роскошь в высших учебных заведениях, но по распоряжению ректора его создали после того, как на всех этапах обучения начали внедрять инклюзивное образование. Как говорится, на всякий случай и от греха подальше. К тому же преподавательский состав в подавляющих случаях не мог похвастаться пышущим здоровьем в силу возраста большинства профессоров и доцентов. Медсестра покачала головой, выслушав мои жалобы, безжалостно отодрала рывком лейкопластырь, превзойдя тем самым мастера восковой эпиляции, и заявила, что ничего критичного не видит. Дескать, почти всё затянулось и нечего выдумывать повод, чтобы отлынивать от занятий.

Но мне внезапно настолько поплохело, что медсестра не на шутку перепугалась и полезла в ящик стола. Мало мне было сильной головной боли, так ещё и ломота в костях вместе с ознобом добавились. Смекнув, что не такая я уж и симулянтка, медсестра безжалостно выстрелила мне в лоб из инфракрасного термометра, напоминающего по форме пистолет, а потом быстренько выдала таблетку жаропонижающего. Потом ещё немного подумала и вручила бонусом антибиотик, уточнив предварительно, не имеется ли у меня аллергии на него. Я не сторонник таких радикальных мер без сдачи анализов, но так как мне достаточно быстро полегчало, решила, что в моём случае это был вынужденный и правильный шаг. Окончательно от боли избавиться не удалось, зато снова почувствовала себя человеком, а не придатком страдающего организма. В общем, поблагодарив медсестру, я достаточно бодро дошагала до аудитории.

По-хорошему мне стоило вообще взять справку о посещении медпункта с рекомендацией обратиться к врачу по месту жительства и отчалить в сторону поликлиники. Но не в этот раз. Преподаватель был суров и непоколебим. Единственной уважительной причиной для пропуска своих занятий он считал лишь ситуацию, когда тебя одновременно переехало два трамвая и ты не смог самособраться в своеобразного Франкенштейна, способного добраться до академии. Мысленно воздав несколько раз хвалу медсестре за своевременно оказанную квалифицированную помощь, я не только досидела до конца всех занятий, но и вполне довольная жизнью выпорхнула на волю. Моя тушка намеревалась заскочить за хлебушком, а потом хорошенько отлежаться и отоспаться, чтобы окончательно не заболеть.

Однако человек предполагает, а жизнь располагает: стоило мне поводить носом в сторону ближайшей пекарни и представить, с каким наслаждением вонзаются мои зубы в хрустящую сахарную корочку булочки с творогом, как раздался телефонный звонок. Взглянув на экран смартфона, я едва не застонала: звонила Наталья – старший администратор небольшой гостиницы, в которой я подрабатывала в свободное от учёбы время. Таким людям не отказывают, пронеслось в моей голове одновременно с тем, как палец нажал на зелёный кругляшок, чтобы ответить.

– Лика, у нас ЧП! Сможешь выйти сегодня на несколько часов? А Настя тебя в девять сменит...

Учитывая, насколько понятие времени растяжимо, когда произносится не двузначная цифра, я уточнила:
– Утра или вечера?