Дети ночи. Вопреки судьбе

Глава 4. На грани реальности

Чисто инстинктивно сделав несколько шагов назад, я с ужасом поняла, что отступать особо некуда: все подъезды оснащены домофонами – так просто не спрячешься, да и там ненамного безопаснее. Ещё и перехватить подонки успеют тысячу раз, пока кнопки жму. До ближайших окон тоже далеко – даже швырнув ключи, разбить стекло не получится. Выход был только один – бежать и надеяться встретить какого-нибудь припозднившегося прохожего, либо домчаться до супермаркета, там хоть охранник ночью дежурит. Все эти мысли пронеслись в моей голове с какой-то невероятной скоростью, не позволив не потерять ни секунды драгоценного времени.

Бросившись прочь от разгорячённой алкоголем троицы, я лишь спровоцировала пробуждение в них охотничьих инстинктов. Чуть ли не с улюлюканьем, не забывая при этом отпускать пошлые комментарии, эти подонки кинулись вслед за мной. И как назло, словно в классическом фильме ужасов или триллере вокруг не было ни одного прохожего, спешащего домой, ни даже роющегося в мусорном контейнере бомжа. Как будто весь квартал внезапно вымер, разве что перекати-поля или подхваченной ветром скомканной газеты не хватало для полного антуража.

Увы, настигли меня очень быстро и, схватив за рюкзак, болтающийся за спиной, повалили на испещрённый глубокими трещинами асфальт. Я отбивалась, как могла, пытаясь вырваться, пока меня волоком тащили подальше от домов в сторону старых, рассыпающихся от коррозии металлических гаражей, но... Разве может что-нибудь сделать простая девушка обычного телосложения против троих подонков, чьи безумные выражения глаз натолкнули на мысль, что не алкоголем единым поднимали себе настроение в эту ночь парни. Только постараться продать подороже свою жизнь.

Пока один из нападавших трясущимися руками лихорадочно потрошил в поисках кошелька и чего-нибудь ценного сорванный со спины рюкзак, двое других, крепко вцепившись в мою одежду, пытались со мной справиться. Трещала по швам ткань, летели во все стороны пуговицы... Если вначале подонки хотели просто покуражиться и поживиться, чтобы раздобыть себе наличку или что-нибудь, что можно заложить в ближайшем ночном ломбарде и выручить деньжат «на продолжение банкета», то теперь на их лицах горело желание уже другого рода. Перестать сопротивляться, расслабиться и получить удовольствие, как советовали ещё одни умные люди на случай подобных нападений? Не вариант, ибо исход будет всё равно один – трое уйдут, один останется лежать на асфальте навсегда.

Я закричала со всей силы своих лёгких, но не столько от страха, сколько хотела привлечь внимание хоть кого-нибудь к происходящему. Запоздало мелькнула мысль, что сделать это нужно было сразу, вместо того, чтобы бежать от ублюдков. Но в тот момент у меня попросту от неожиданности и испуга пропал голос. Множество раз на протяжении долгих лет я возвращалась домой в это время, да даже ещё позже, но всегда благополучно добиралась до квартиры. А сегодня, видимо, наступил час расплаты за собственную самонадеянность.

Сколько раз и в школе нас всех учили, что в случае опасности нужно кричать не «помогите», а «пожар»? Множество. Дескать, люди редко реагируют на призывы о помощи либо из-за трусости, либо от безразличия. А вот при криках о пожаре включается инстинкт самосохранения и любопытство. Поэтому больше шансов привлечь внимание людей, которые выбегут посмотреть, что случилось. Так вот, могу с уверенностью сказать, что чушь это собачья. В деревне, где дома стоят плотно друг к другу и куча всяких подсобных строений на каждом участке, приём с «пожаром» бы сработал. Но не в городе. По крайней мере, даже ни одна штора не шевельнулась в тех окнах, где был зажжён свет. Зато своим криком я привлекла совершенно не то внимание, которого хотела.

Видимо, испугавшись, что набегут люди и повяжут всех, вызвав при этом полицию, один из подонков выхватил из кармана нож и всадил мне в грудь почти по самую рукоять. Тут же вытащил и вонзил снова, а затем ещё раз...

– Заткнись! Заткнись! Заткнись! – шипел сквозь зубы мой убийца, хотя уже после первого удара из моего горла вместо слов раздались хрипы.

Копошившиеся рядом подонки на мгновение замерли, а затем со всех ног бросились наутёк, крича. что их товарищ зря так погорячился. Но было слишком поздно. Тусклый мигающий фонарь, одиноко торчащий неподалёку, вспыхнул в последний раз и погас как раз в тот момент, когда мои глаза закрылись.

Что происходило потом, помню, если честно, с трудом. Мне показалось, что я умерла. По крайней мере, на мой неискушённый взгляд точно должна была умереть после стольких-то ударов ножом, но... Я каким-то непостижимым образом продолжала улавливать какие-то кусочки происходящего вокруг. При этом всё смешалось в какой-то безумный калейдоскоп, состоящий из отдельных непонятных картинок и странных звуков. А ещё ощущений. Но в единое целое этот хаотичный винегрет совершенно не хотел складываться, распадаясь на детали обратно.

Вроде только что была тёмная, плохо освещённая улица, а затем внезапно рядом заблуждали фонари, раздался топот ног и усталые голоса. Противный хруст сминаемого пластика и визг молнии, потом снова всё исчезло... Холод, пронизывающий до костей леденящий холод вокруг, словно оказалась в морозильнике для хранения свиных туш после забоя. Я попыталась открыть глаза, но ничего не получилось. Будто свинцом веки налились, даже пошевелить ими оказалось невозможно. Звуки долетали до меня, как сквозь толстую стену, и совершенно мне не нравились. Постоянно лилась вода, с противным шипением, ударяясь о какие-то металлические поверхности. Да, металл, почему-то вокруг было очень много металла. Лязг, скрежет, грохот, хруст... Такое ощущение, что кто-то постоянно швырял свои инструменты куда попало, совершенно не заботясь об их сохранности. От непонимания происходящего, на меня начала накатывать паника, грозящая перерасти в настоящую истерику. Сон... Какой-то абсурдный, сюрреалистический, страшный сон, вырваться из которого никак не получалось.

Внезапно в голову пришла совершенно неожиданная мысль: а вдруг я оказалась в больнице? Да, скорее всего, так и есть! В конце концов, я же не обладаю медицинским образованием, чтобы однозначно утверждать, что раны, нанесённые мне, были смертельными. Наверное, моё тело кто-то обнаружил из прохожих и вызвал скорую, а вся эта непонятная звуковая солянка есть не что иное, как последствия действия наркоза! У моей мамы было несколько операций, проведённых в разные годы, так она рассказывала, как каждый раз, приходя в себя в реанимации, видела и ощущала такое, что ни в одном сюрреалистичном сне не привидится. Даже картины Дали и Пикассо по сравнению с «тем» воспринимались на уровне обыденных пейзажей и портретов. Немного успокоившись, я снова задремала, но разбудил меня грохот. Кто-то упорно дёргал поверхность, на которой я лежала и не могла определить, что же это на самом деле, так как тело окончательно окоченело и практически потеряло способность что-либо ощущать. Каталка? Вполне вероятно. И вот этот невидимый некто тряс её так, будто она застряла где-то на полпути. Всё-таки я в больнице... Или нет?