Дети ночи. Вопреки судьбе

Глава 12. Пограничная

Алекс сделал ещё один шаг вперёд и снова замер, внимательно наблюдая за мной:
– Нет, это был кто-то другой, Лика. Я бы себе такого, как нападение на девушку хоть средь бела дня, хоть ночью, никогда не позволил. То, что мы с тобой ехали в одном вагоне метро – это чистое совпадение. Мне нужно было попросту оказаться на той же станции, что и тебе. Видишь ли, Лика, изредка днём в пасмурную дождливую погоду, я могу без угрозы для своего существования перемещаться по городу, поэтому просто воспользовался подвернувшейся возможностью. Но могу точно сказать, что когда ты садилась в автобус, была ещё человеком.

Пока всё звучало достаточно логично, но я хотела до конца разобраться в том, что же всё-таки со мной произошло:
– Как ты это определил, Алекс?

– Очень просто: по запаху, как бы ни странно или банально это не звучало. Туалетная вода, которой ты пользуешься, достаточно распространённая среди женского населения, но именно на твоей коже раскрывается она достаточно необычно. Как будто нотки персика проявляются в букете. Поэтому «услышав» знакомый аромат, просто обратил внимание. Подобные мне очень чутко реагируют на запахи, – пояснил Алекс, но так и остался стоять на прежнем месте. – Сейчас же от тебя очень сильно пахнет кровью, поэтому лучше мне некоторое время сохранять дистанцию после проведённой демонстрации своей настоящей сущности.

После этих слов я почувствовала, как буквально прилипла к подушке и матрасу:
– Но как же ты до этого делал мне перевязки, накладывал и обрабатывал швы? Разве уже имеет значение моя кровь?

– Имеет, Лика. Ты – пограничная, та, кто ещё не до конца обратилась, а потому манишь ещё больше, чем обычный человек. Проявив сейчас свою вампирскую сущность, я ещё острее начал чувствовать запах твоей крови. Именно он побуждает завершить начатое, пусть и не мной, обращение. Но я не хочу обрекать на такое существование, как моё. Лучше живи, это намного лучше, чем быть вечным ночным скитальцем. Дети ночи, как обычно, называют вампиров, – это лишь красивая метафора, манящая таинственностью, но скрывающая за собой вынужденное одиночество и необходимость вести определённый образ жизни. Рано или поздно вампир просто не выдерживает и в какой-то момент срывается. Главное – это вовремя поймать себя на грани безумия и прекратить это бессмысленное существование. Тот или та, кто укусил тебя, видимо, уже плохо владел собой, иначе ты бы не оказалась вначале признанной умершей, затем похороненной, а потом здесь, в моей квартире.

Медленно, но верно разрозненные кусочки пазла начали складываться в моей голове в цельную картинку.

– Что ты имеешь в виду, Алекс? Получается, я не должна была стать этой самой «пограничной»?

– Абсолютно верно, Лика. Существуют правила, которые должны соблюдать все вампиры: не охотиться днём, не оставлять следов, нести ответственность за своих новообращённых. Кровавых разбирательств и привлечения к себе внимания не желает никто из нас. При этом в случае с тобой, Лика, оказались нарушены все правила, а это уже большая проблема, способная бросить тень на других вампиров. Видишь ли, Лика, в момент укуса человек либо просто лишается части крови, либо становится новообращённым, третьего не дано. Ты видела только что, какая происходит трансформация, если вампирская сущность берёт верх. Можешь меня не бояться, сейчас всё придёт в норму, я лишь спровоцировал в себе характерные изменения, ведь острого голода сейчас не испытываю. Так вот, одним только ростом клыков дело не ограничивается: у вампиров во время проявления своей истинной сущности начинает вырабатываться особый секрет.

Алекс сделал короткую паузу, а затем продолжил:
– При обычном укусе прошедший полноценное обращение вампир попросту погружает жертву в лёгкий сон, при выходе из которого, останется лишь небольшой провал в памяти. Собственно, по этой причине никто из укушенных не помнит ни самого нападения, ни подробностей процесса лишения крови. Если перейти определённую грань, то концентрация этого секрета, неизменно попадающего через рану в кровь человека, значительно увеличится, и получится новообращённый вампир. Однако если не вовремя прервать процесс, то возникают «пограничные». Я могу только предположить, Лика, что тебе не повезло встретиться с кем-то из древних, кто очень давно испытывает сильный голод, но последние попытки поохотиться оказались провальными.

– Почему? Я ведь помню, как ты быстро перемещался, когда обнаруживал во время своих наблюдений, что проснулась. Другие вампиры, наверное, также могут или нет?

Даже не знаю, как удавалось сохранить самообладание во время этой странной беседы. У меня было ощущение, что мы обсуждаем что-то, касающееся другого человека, речь не обо мне. Я будто бы отстранилась частично от реальности, не выпадая при этом из неё.

Алекс подошёл к кровати и присел рядом на ту же самую табуретку, спрятав упаковку с линзами в карман джинсов:
– Насчёт скорости ты действительно права, Лика, но тут нужно учесть один немаловажный фактор: легальность. Времена изменились, технологии не стоят на месте, и нужно быть очень осторожными, чтобы не попасть на те же камеры видеонаблюдения. На записи вампира не будет видно, а вот то, как какой-нибудь человек внезапно падает на землю, корчится от боли, а потом встаёт, обнаружив у себя на шее пару отверстий от клыков – очень даже хорошо. В итоге поползут слухи, возникнут новые проблемы. Это только кажется на первый взгляд, что в большом городе затеряться очень легко, а на самом деле не так всё просто. Необходимо где-то и на что-то жить, чтобы не привлекать к себе внимание официальных органов, кроме того, требуются документы, удостоверяющие личность, и соблюдение ещё кучи нюансов. Урезая частоту употребления крови, мы можем сымитировать естественное старение, но ловкость и скорость перемещения при этом значительно снижаются. Древних вампиров, которым более четырёх веков, практически не осталось, и мало кто из них привык работать, поэтому они выбирают идти по пути наименьшего сопротивления, маскируясь под стариков. И вот здесь самое важное не перейти опасную грань, когда жажда крови начинает затуманивать разум. Видимо, тот вампир, который тебя укусил, слишком поздно «очнулся» и вместо того, чтобы довершить начатое, попросту сбежал. Думаю, что он теперь заляжет на дно ещё на несколько лет и тем самым постарается избежать ответственности за свои деяния. Ни старейшин, ни лордов, которые бы тщательно следили за соблюдением традиций вампирского сообщества, в этом городе давным-давно нет, но проступок серьёзный, и за такое полагается уничтожение. Даже сорвавшись всего один раз, вампир продолжит представлять собой угрозу разоблачения других, несмотря на признание вины и раскаяние. Отчасти избежать наказания может помочь завершение начатого и полное следование правилам, однако сильно сомневаюсь, что укусивший тебя древний рискнёт теперь показать нос из своего логова, поостережётся.