Дети ночи. Вопреки судьбе

Глава 14. Тайны и загадки

Алекс снова чуть отдёрнул одеяло и проверил повязку, а затем коснулся моей шеи, чуть надавив на кожу подушечками пальцев. Замер на несколько секунд, а потом, хмыкнув, выругался:
– Лика! Ты что, решила, будто я из мертвецов кровь сливаю?!

И таким укоризненным взглядом на меня посмотрел, что мне мгновенно стало очень стыдно за свои мысли.

– Да будет тебе известно, что такой тип питания не просто губителен для вампиров, а смертелен. В отличие от донорской крови, которую можно раздобыть на станциях переливания. По качеству и вкусовым оттенкам, она, конечно, отличается от «живой», но тоже вполне пригодна вампирам в пищу. Купить донорскую кровь обычному человеку, согласно действующим сейчас законам, невозможно, так как это попросту запрещено.

– Но как же тогда... Если запрещено...

– Всё просто, Лика, – Алекс чуть подался вперёд, продолжая внимательно следить за каждой моей реакцией на его слова. – Напрямую покупать донорскую кровь физическим лицам запрещено, однако работая в медицине, пусть даже и в качестве санитара морга, обзавёлся очень полезными знакомствами. Собственно, благодаря им я оформлен в качестве курьера и младшего лаборанта на четверть ставки в одной небольшой научно-исследовательской лаборатории. Поэтому, когда возникает потребность, мне достаточно позвонить, узнать, возможно ли забронировать необходимое количество крови, а затем подъехать и забрать. Обычно с этим проблем никогда не возникает: когда план по заявкам государственных учреждений выполнен, станция переливания крови пользуется своим правом вести коммерческую деятельность в рамках закона. Соответственно, деньги перевожу посреднику из лаборатории под видом пожертвования на научные цели. Всё максимально прозрачно и законно. Даром что меня там видели всего несколько раз, но таких «энтузиастов, занимающихся частными исследованиями», немало.

– Извини… Какая же я дура, что не смогла догадаться об альтернативном варианте! Алекс, мне так стыдно, что словами не передать...

– Тебе не за что извиняться, Лика, – мягко ответил Алекс, словно это не я была виновата, а он. – Ты ведь никогда не сталкивалась с такими тонкостями и, думаю, они никогда не коснулись бы тебя, если не…

– Мне теперь тоже придётся употреблять донорскую кровь? – при одной мысли об этом меня всю передёрнуло, хотя в то же время во рту появилось много слюны, словно речь шла о каком-то любимом лакомстве.

Лицо Алекса тут же резко помрачнело:
– Очень надеюсь, что нет. Всё, происходящее сейчас с тобой, Лика, даёт надежду на благоприятный исход. Твой организм пока ещё способен воспринимать и переваривать должным образом обычную человеческую пищу, поэтому следует придерживаться именно такого питания. Правда, не могу сказать точно, сколько времени получится следовать этому пути. Но если ты, Лика, действительно, хочешь жить, придётся время от времени бороться с самой собой и своими желаниями. И я постараюсь помочь тебе с этим настолько, насколько возможно. В данный момент важнее всего, чтобы твоё состояние стабилизировалось, а тело пришло в относительную норму.

Как же мне хотелось в этот момент свернуться в клубочек и укрыться с головой одеялом, чтобы хоть ненадолго отрешиться ото всего этого кошмара, оказавшегося явью! Голова гудела от напряжения, мысли скакали как безумные, словно пытаясь избежать столкновения с жестокой правдой. Меня не испугала ни тайна Алекса, ни то, как он подглядывал за мной все эти годы. Страшило, что теперь мне придётся жить такой – несуществующей для родных и близких. И всё-таки для меня до сих пор многое оставалось неясным.

– Алекс, я не уверена, что смогу запомнить всю информацию, которую ты сейчас мне даёшь, но не мог бы ты мне объяснить: о чём сейчас речь? А ещё не до конца понимаю, каким образом смогла пережить этап морга и само погребение. Допустим, вскрытия не было, так как тот сотрудник морга, наверное, это был патологоанатом, упал в обморок, но всё остальное?

– Информации о «пограничных» не так много, но, если верить тем источникам, которые мне в своё время удалось раздобыть, после укуса, не приведшего к появлению новообращённого вампира, человек впадает в состояние, похожее на анабиоз. Все жизненные процессы в организме настолько замедляются и даже на какое-то время прекращаются, что отсутствуют какие-либо проявления жизни. При этом возможны периоды, скажем так, «частичного пробуждения», когда какие-то органы чувств способны распознавать, а мозг – анализировать происходящее вокруг. В этом отношении тебе колоссально повезло, что вскрытия не было, несмотря на криминальную смерть. Скажем так, удачно ты напугала судмедэксперта, который хлопнулся в обморок и не успел своевременно провести все необходимые манипуляции до завершения смены. Да, он нарушил несколько этических принципов и не исполнил свои служебные обязанности, как требуется, но в конечном счёте это пошло на пользу всем. Даже сам подготовил тебя к захоронению. Сделал, правда, это не только для того, чтобы скрыть нарушения, но и, таким образом, перед твоим телом «извиниться». Уличные нападения практически никогда не раскрываются, а потому в протоколе патологоанатомического вскрытия все результаты осмотров и диагнозы были написаны просто «на глаз», как и в экспертном заключении. Как бы тебе ни было это больно слышать, Лика, но твоя смерть стала одной из многих в череде подобных. Даже тот факт, что орудие убийства не было обнаружено рядом с телом, ни на что не повлияло. Представителю правоохранительных органов было наплевать на всё, а твоя мать настаивала на погребении в обычные сроки. Даже не удивлюсь, если через положенное время дело о нападении на тебя спишут, как нераскрытое, и отправят в архив.

В комнате повисла пауза, а мне стало до слёз обидно и горько, что вот так всё вышло. Внутри меня образовалась какая-то пустота, разъедающая изнутри ощущения, словно я никогда никому не была нужна, и все постарались как можно быстрее от моего тела избавиться, забыть о том, что ещё совсем недавно на белом свете существовала такая девушка, как Анжелика Воронцова. Прикусив нижнюю губу, чтобы не разрыдаться, я смежила веки, но всё равно это не сильно помогло.