Дети Перемен. Холодная месть.

1 глава. Введение.

Говорят, что месть – это блюдо, которое подают холодным. Месть – вещь страшная, расчетливая и жестокая. Думала ли когда-то об этом? Разумеется нет. До 18 лет я жила обычной жизнью, ходила в детсад, школу, планировала поступать в институт. Родителей я никогда я не видела, всю жизнь меня воспитывал мой дядя, Юрий Генрихович Липецский, кристальной души человек. Он воспитал меня как родную, всегда покупал все что душе угодно, научил рисовать. Он действительно заменил мне отца. Мы жили с ним вдвоем в небольшой квартирке в городе Саратов, и нам этого было достаточно. В 17 лет переехали во Владимир, родной город дядюшки, где я поступила в медицинский на фельдшера. Он долго сопротивлялся поездке, и не хотел говорить причину, но вскоре быстро сдался и мы переехали к дедушке Генриху. Он никогда мне не отказывал ни в чем, и никогда не обижал. Правда, у него была небольшая проблема… Алкоголь.. Он мог часто выпивать, но никогда не был дебоширом, мог выпить и лечь спать. Но эта история не о моем любимом дяде, а обо мне, моем пути мести, моей расправе. Я – Лариса Карасёва, дочь Петра Карасёва, известного криминального авторитета.

Я не знала ни отца, ни матери. Дядя Юра старался не упоминать родителей, чтобы не покалечить мою детскую психику. Но в день совершеннолетия, когда после института мы отмечали с ним и дедушкой Генрихом, алкоголь развязал им обоим язык, и они выложили все как на душу. Дедушка был более сговорчив, в отличии от дяди, он говорил и говорил.
- Твой отец был прекрасным человеком, Ларочка! Да, он был крайне вспыльчивым, агрессивным, но ты бы знала как он любил твоего дядю! – Восклицал Генрих, явно перебрав с водкой. Я не реагировала на деда, я давно уже поняла что он тот ещё алкоголик, что ему вообще нельзя пить. Взгляд скользнул по дяде, от его вида у меня сжалось сердце: глаза на мокром месте, слезы скатывались по щекам, каждый раз когда речь идёт о моем отце он плачет, ведь говорят не столько о моем родителе, сколько о его родном брате, который погиб буквально на его руках.
- Страшная смерть настигла Петра, умереть от рук собственной матери… Твой дядя буквально вытаскивал его из того дерьма, в котором он жил… Что они пытались поделить, одному Богу известно… Юрка очень тяжело переживал, лично похоронил его. - Тяжело вздохнул дедушка, опустошив очередную рюмку водки. В тот вечер дядя Юра молчал, а во мне поселилось желание – желание отомстить той мрази, что забрала жизнь моих родителей, уничтожить её, втоптать в грязь и лишить жизни!

Ближе к ночи, когда дедушка Генрих наконец-то ушёл домой, я скрылась с дядей на балконе, где летняя ночная прохлада пробиралась в окна.
- Дядя, это правда что говорил дедушка? Про моего отца. – Осторожно спросила я, впервые закурив при нем. Он даже не удивился, видимо находил тайные пачки сигарет в куртках или среди хлама в шкафах.
- К сожалению правда солнышко… Твой отец был прекрасным человеком, которого поглотила тьма.. Я замечал за ним, скажем так, его неординарные наклонности. Он мог с кем-то говорить, а со стороны это выглядело как бред психа. Но он любил семью. Я помню когда он принёс тебя с мамой ко мне, как он рассказывал о тебе.. Обращался с тобой будто с хрустальной вазой.. Ты была его желанной дочкой.. – Горько усмехнулся Юра, предавшись воспоминаниям и прикуривая сигарету.
- Как он умер?... И мама?.. И почему ты так долго молчал о нем?
- Я боялся что тебя настолько шокирует правда, что это отразится на тебе и ты замкнёшься в себе.. Я хотел как лучше, Ларис, прости милая… - Он виновато посмотрел на меня.

Я не злилась на него, ведь дядя Юра заменил мне обоих родителей, он хотел как лучше, воспитал во мне человека, я просто не могла на него злиться.
- Как это произошло? Прошу, расскажи мне, я хочу знать.. – Я взяла его за руку, надеясь узнать правда.
- Как погибла твоя мама я точно не знаю, насколько я понял, она погибла от рук моей матери, потому что Петя привёз тебя к дедушке и поехал её искать, будто чувствовал что что-то произошло с ней. А Петр… Мы тогда поехали на переговоры, мать предложила ему сделку: он отдаёт ей какие-то документы, она возвращает ему твою маму. Он старался не вдаваться в подробности, просто говорил что так нужно. Знал бы я чем все закончится… Он отдал документы, пошел курить с матерью.. А вышел в крови, с пулевым ранением в животе… Я.. Я правда хотел спасти его… Я пытался.. Прости меня Лара.. – Прошептал Юра и прикрыл лицо руками, пряча новый поток слез, будто он был виноват в смерти родителей.

Я лишь крепко обняла его. Этот человек – единственная родная кровь для меня.. Он в одиночку поставил меня на ноги, всегда был рядом и защищал меня, даже когда я была конкретно не права. Я осторожно убрала его руки и вытерла слезы.
- Ты мой папа.. Ты самый лучший папа на свете.. – Прошептала я, уже не сдерживая слез.
- Ты моя золотая девочка.. Самая родная… Доченька.. – Улыбнулся дядя и поцеловал в лоб. В этом мире есть только мы: дядя и я, и никто не сможет нас разлучить. Позже мы разошлись по комнатам. Лежа в кровати и залипая в потолок, я долго думала над всем сказанным сегодняшним вечером. В голове будто не укладывается, что собственная мать убила своего сына, но ведь дядя Юра не мог соврать. Он меня учил всегда говорить правду, что вранье не приведёт ни к чему хорошему, что сила заключается в правде. Взгляд упал на детскую фотографию на столе возле книг по анатомии, где дядюшка учил меня кататься на роликах. Помню мне тогда 5 лет было, я слёзно уговаривала его научить меня, а потом ревела из-за разбитых коленок, пока дядя Юра обрабатывал их мне и успокаивал. Воспоминания о детстве тепло грели душу. Только через 3 часа я смогла закрыть глаза и погрузиться в мир грёз, где нет страха и боли.

В следующее мгновение я открыла глаза и вокруг было светло и настолько ярко, что заболели глаза.
- Эй! Кто-нибудь здесь есть!? Ау! – кричала я, пытаясь найти хоть кого-то глазами. Вокруг только пустота, даже не по себе становится.
- Как же ты выросла, куколка! Прям невеста! – послышался где-то сзади насмешливый мужской голос и приближающиеся шаги. – Какая же ты красивая, дочь..
Обернувшись на голос, я увидела высокого, крепкого мужчину с кудрявыми волосами и мелкими шрамами на лице, будто об него разбили вазу или что-то в этом роде. Что интересно, этот мужчина не пугал меня, не вызывал у меня отвращения или что-то подобное. Наоборот, меня к нему тянуло, будто он был кем-то родным, кем-то мне знакомым. Видимо, это тот, о ком я думаю, кого я хотела бы увидеть в живую.
- Отец?.. Это ты?.. Это правда ты?..
- Да милая, это я, твой папа. Наконец-то я смог увидеть тебя. Юрка молодец, воспитал настоящую красавицу. – Улыбнулся Пётр, рассматривая меня.