Дети радиопомех

Глава 3. …Внутри.

До торгового центра добрались без происшествий. Глаза у встречных были злые, колючие... усталые, но к ним никто не спешил подходить. Смотрели издалека, как жертвы автокатастроф, которые пытаются понять, кто украл их шансы на полноценную жизнь. Наверное, у Игоря было не слишком дружелюбное выражение лица.

Насчёт супермаркета Игорь был прав только отчасти. «Самолёт» сверкал в солнечных лучах и был похож на огромный корабль, севший на мель. Конечно, нашлись любопытные, которые захотели проверить, что там, внутри. Через раскрытые настежь двери Игорь не пошёл. Задрав голову, мужчина смотрел на почти полностью покрытую снегом вывеску продуктового супермаркета. Он располагался в самом конце широкого, глянцевого коридора со скамейками и круглыми клумбами. Звучит несложно. Многие ли польстились на лежащие на полках продукты?

Следовало полагать, что да, но Игорь не собирался терять надежды.

Кромешно-тёмные торговые центры - страшное дело. Из самого дружелюбного места на земле, где молодёжь привыкла коротать вечера, гоняя партию в боулинг или просто сидя на скамейках, они превращались в гудящие на ветру бессмысленные конструкции, глядя на которые, решительно непонятно, как человек мог построить что-то столь уродливое. Стоящие перед мысленным взором полки с едой, растянутые в бесконечность, понуждали члены Игоря дрожать, а разум его - лихорадочно пульсировать. Когда супермаркет заканчивал свою дневную работу, между выходом и кассами опускали антивандальную шторку. Не то, чтобы не было способов открыть её без ключа, но Игорь надеялся, что это будет трудновато сделать в темноте.

Если только кто-то не зашёл с другой стороны.

Пять лет назад, когда нужны были деньги, Игорь в составе строительной бригады налаживал в этом здании электрику. «Самолёт» тогда только-только открывался, и мимо него, ковыряющегося в проводке, провозили стеллажи и холодильники. Пыль не выводилась тогда из-под ногтей целую неделю, белёными коридорами блуждал его разум во снах. Но главное, что Игорь вынес оттуда, как он понимал сейчас - это знание, где расположена служебная дверь.

- Потерпи немного, дорогая, - сказал он жене. - Скоро отдохнём.

Они прошли через подземную стоянку, Игорь проверил, закрыты ли ворота дебаркадера - если нет, им придётся искать другое убежище. Но всё оказалось в порядке. Он разыскал неприметную дверь, которая никогда не запиралась, однако была под неусыпным надзором камеры. Здесь силы вновь покинули Ленку и пришлось три лестничных пролёта тащить её буквально на плечах. Ещё одна дверь - эта со стеклом и мерцающими аварийными лампочками. Аккумуляторы всё ещё работали.

Закрыто. Проклятье!

- Ну-ка, милая, подожди в сторонке.

Игорь отвёл жену на попролёта вниз, усадил на ступеньках. Сорвал со стены огнетушитель и несколькими ударами разбил стекло вдребезги. Просунул в дыру руку и мысленно открыл бутылку с шампанским, услышав, как щёлкнул замок. До настоящего шампанского было подать рукой.

- Где мы? - спросила снизу Ленка. Игорь подумал, что ужасно рад слышать первые её осмысленные слова... и в то же время, ужасно их боится.

Он засуетился.

- Идём за покупками! Ты помнишь что-нибудь? Как голова? Не болит?

В ответ - ничего. И снова он водрузил львиную часть её веса на себя. Пост охраны пустовал. Аварийная лампочка почти не разгоняла темноту. На дне кружки на столе загадочно мерцал лёд. Недоеденный твороженный сырок выглядел, как слегка оплавленный патрон лампочки, но от его вида в желудке разразилась настоящая война. Игорь не утерпел - сунул находку в карман.

Холодно и темно. Бесконечные коридоры, тишина против урчания холодильников. Слабых запах тухлятины. В редкие окна с сырым полднем Игорь заглядывал, как в рамки, содержащие произведения искусства.

- Ты меня украл? - прошептала Ленка. В тишине и буддисткой уединённости этого места её голос казался оглушительным. Игорь внезапно вспомнил, как видел здесь воробьёв. Маленькие наглые птицы жили в магазине и зимой и летом, они порхали между трубами под высоким потолком, сидели на ручках покупательских корзин, и, конечно же, оглушающе чирикали. Наверное, многие покупатели считали их своими персональными галлюцинациями. Когда над тобой проносится стая птиц и исчезает, рассосавшись по укромным уголкам, несложно заподозрить себя в тотальном недосыпании.

- Всего лишь взял своё, - ответил он. И, спохватившись, прибавил: - Я не мог допустить, чтобы тебе и... и ребёнку причинили вред.

- Всё ещё тяжело идти, - сказала она. Было слышно, как рукава шуршат по ткани пальто, прощупывая округлость живота.

Потом спросила:

- Что случилось с доктором?

Прошедшей ночью Игорь репетировал ответы на многие вопросы, включая этот. Но сейчас все они испарились. Он молчал так долго, что молчание против его воли стало многозначительным.

Она, как будто, вспомнила. Хотя физически вспомнить ничего не могла, так как находилась под глубоким наркозом.

- Как ты мог? Он делал бескорыстные вещи. Он спасал жизни.

- Я тоже делал бескорыстные вещи. Я спас жизнь нашего сына.

Ленка отвернула лицо.

- Я не хочу этого ребёнка.