Дети растут во сне

Глава четвёртая

Стеклянный центр Кластер блестел от утреннего солнца. Возле него собралось с десяток кураторов, которые стояли по отдельности друг от друга. Они держали в руках свои бумаги с информацией о подопечных. Элиза сидела на поваленном дереве недалеко от центра, там, где они спускались с Робом прошлой ночью. Лишённая многих тонких чувств и способности долго что-либо обдумывать, она смотрела вдаль, и голова была свободной. Но иногда, как случайно пойманный сигнал, неразборчивая мысль могла врезаться в сознание и оставить после себя тянущийся, вязкий след. Другие кураторы говорили ей, что это остаточное явление после перехода в иной мир.

Прозвучал первый сигнал, говорящий о том, что все кураторы должны собраться возле Кластера. Элиза спрыгнула с дерева и направилась к центру. Присутствующие молча кивнули в знак приветствия и продолжили смотреть на дверь стеклянного коридора в ожидании зеленого света. Одна из мыслей, которая могла изредка преследовать Элизу, звучала в голове так:

"Почему я? Вместо меня должен быть кто-то другой". Но со временем эти раздумья теряли силу, по мере того как она выполняла свою новую работу.

Прозвенел второй звонок, и все кураторы выстроились в две шеренги. После открывания дверей, они зашли и направились к тем комнатам, где находились их дети. Хранительница на пьедестале сидела и незаинтересованно наблюдала за вошедшими. Элиза подошла к комнате номер четыре и увидела, как спящие начали открывать глаза и вставать с мест.

— Привет, — поприветствовала Элиза и взяла выходящую девушку за плечо, — сегодня ты пойдёшь со мной.

— Но я тебя не знаю, — девушка закрутила головой, в попытках кого-то найти.

— Произошли изменения, не стоит волноваться. Следуй за мной.

Элиза со своей новой подопечной последовала к комнате номер 7, у которой уже стоял Роб и вопросительно выискивал в толпе знакомое лицо.

— Роб! Как спалось? — воскликнула Элиза.

— Привет. Нормально, спасибо.

— Знакомься, это Энн. А это Роб, — Элиза взяла детей за плечи, чтобы те посмотрели друг другу в глаза, — Мне дали ещё одного человека под опеку — это хороший знак.

Роб заметил красную наклейку на груди Энн, такую же, как у него. Он хотел было спросить об этом, но остановил себя, ведь и сам не знал, из-за чего сюда попал.

— Привет, — тихо сказала Энн. Заметно напуганная, она не понимала, что происходит, впрочем, как и Роб. Но так или иначе, растерянность по ней читалась больше.

— Нам пора на выход, — серьёзно сказала Элиза и взяв подопечных за руки, пошла на улицу.

Народ постепенно собирался на площади у входа рядом с человеком, которого прежде Роб не видел. Женщина была одета в белое и держала в руке палку, с флажком персикового цвета. Женщина улыбалась и размахивала им, дружелюбно приговаривая:

— Собираемся, собираемся! Первый урок пройдёт на свежем воздухе за центром Кластер, под прозрачным навесом.

— Ты говорила, что у вас почти не осталось человеческих эмоций, — с подозрением начал Роб, — тогда почему она выглядит ещё живее, чем ты?

Элиза слегка улыбнулась.

— Учителя — это одна из следующих каст после кураторов, — уведомила она, — у них уже нет человеческих чувств. Дружелюбность стала вынужденной мерой и превратилась в привычку. Это лишь настройка на волну.

По прибытии ученики расселись на свободные места, а кураторы за ними, на последний ряд.

— Я не видел здесь тебя вчера, — Роб обратился к Энн.

— Видимо мы не пересеклись.

— Что думаешь обо всём этом?

— Не знаю, — улыбнулась Энн, — я ничего не понимаю.

Учительница с флажком воткнула палку в землю, рядом со своим стулом и затем села напротив детей.

— Ребята, — учительница сделала паузу и улыбнулась, — я рада, что мы все уместились и готовы начать первое занятие. Ваша первая тема будет вводной. Обратите внимание на цвет моего флажка, — женщина сделала характерный жест ладонью, — у каждого преподавателя он свой, в зависимости от дисциплины. Место, где мы разместились называется «персиковый сектор». Так вы сможете нас запоминать. Поскольку имена есть только у вас и ваших кураторов, к другим обитателям вы можете обращаться при помощи поднятой руки. Итак, начнём. Сейчас вы находитесь в другом мире под названием Либерандум. То есть среди тех, кого нет в живых на Земле.

Такой прямой ответ ввёл в ступор сидящих, из-за чего все активно замотали головами и стали озираться друг на друга. Роб обернулся и посмотрел на Элизу, вспоминая их вчерашний разговор, но она не смотрела на него.

— Жители этого мира, например ваши кураторы, я и любой другой учитель, попали сюда после своей физической смерти на Земле, и данная локация является для нас промежуточной. Имена у кураторов пока ещё есть, поскольку они оказались здесь недавно и находятся в процессе набора опыта.

Девочка, сидящая в первом ряду, подняла руку, после чего задала вопрос:

— Почему имя пропадает?

— Наш мир устроен так, что люди, которые здесь оказываются, начинают работать на благо живых. И награда их — собственное упокоение. Пока у человека есть имя, он может мучиться воспоминаниями, думать, размышлять. И чем больше мёртвый помогает живому, то есть вам, тем дальше он растёт. Память ослабевает, способность мыслить тоже, из-за чего он теряет имя и успокаивается. Мы помогаем живым, так как это установка — правило двух миров. Люди рождаются, проживают свою уникальную жизнь и затем умирают, после чего работают на благо живых.