Дети растут во сне

Глава пятая

Раздался короткий звук будильника, который скоро был выключен резким хлопком ладони. На рубеже между сном и явью, Робу почудился чёрный паук на тонких лапках, выползающий из-за дерева. Насекомое побежало на него, увеличиваясь в размере, и от страха юноша размахнулся своей тяжелой рукой и ударил по будильнику. На чёрном электронном циферблате горели цифры 6:15. Оправляясь от неприятного сна, Роб накрылся одеялом и слушал монотонный звук капель, редко стучащих по подоконнику.

"Как они всё вовремя успевают" — юноша подумал о времени и другом мире, переворачиваясь на живот. Нащупав под подушкой блокнот, он достал его и принялся долго смотреть в лист, желая написать портрет Энн в краях Либерандума. По свежей памяти это оказалось бы просто сделать, если бы не мешало ленивое после сна тело.

Вспомнив последние события этой ночи, Роб осмотрел комнату и с сожалением уткнулся лбом в блокнот. "Сложный будет денёк" — подумал он и приступил к рисунку.

На листе появлялся набросок образа девушки. Из-за сложносочинённых чувств, которые нахлынули сейчас на юношу, ему захотелось наполнить взгляд Энн некоторой долей грусти. Тёмные волосы лежали на левом плече с маленькой заколотой прядью у виска, а на губах виднелась лёгкая улыбка. Неожиданно для себя, Роб кинул блокнот под подушку, встал с кровати и заходил по кругу комнаты от двери до окна. На третьем круге, он открыл окно и остановился было подышать, как осознал, что ситуация с путешествиями в другие миры оказывается ему неподконтрольной, и сокрушаясь, завалился снова на кровать.

Из окна на первом этаже доносились звуки.

"Дедушка" — подумал Роб и скорчился от стыда, понимая, что в последние дни он только и делал, что бежал — из лагеря, из дома, от друга. Собравшись с духом и приведя себя в порядок, Роб достал блокнот из-под подушки и положил его в рюкзак. Затем тихо спустился на первый этаж и увидел дедушку у окна.

Патрик с раннего утра хлопотал на кухне. Часто его одолевала бессонница, и ночью он спасался газетой или старой книгой из личной библиотеки, собранной ещё по молодости. А утром, только начинало рассветать и он, тут как тут, просыпался.

— Доброе утро, я приготовил завтрак, — поприветствовал дедушка, поворачиваясь к внуку.

Роб сел поспешно на диван и чувствовал себя неловко, будто провинился и ему есть что скрывать. Дедушка засуетился, загремел посудой и подал на стол ароматную молочную рисовую кашу, белый хлеб и крепкий чёрный чай с сахаром и нарезанным лимоном на блюдце.

— Мне нужно кое-что подготовить к работе, — уведомил Патрик, — я буду в гараже. Раньше он говорил подобные фразы всякий раз, когда был плотником и того действительно требовала работа. Теперь же это служило предлогом, чтобы избежать неловкого молчания.

После завтрака Роб вышел на улицу и увидел, что украденный велосипед исчез. Скорее всего, дедушка куда-то убрал его на время, а может быть забрали родители Карла. Робу это было безразлично.

Несмотря на потепление, температура к семи утра ещё не успела подняться, отчего голые участки тела подмораживало. Роб выкатил свой велосипед за ворота и встал ногой на одну педаль. Дорога была мокрой, а воздух влажным. Вокруг повисла такая тишина, будто все жители посёлка уехали из своих домов, и они с дедушкой остались единственными. Небо было светло-серого цвета, а на востоке почти белым, что давало небольшую надежду на солнечный день, хотя бы с переменной облачностью. Сев на велосипед, Роб мягко нажал на педаль и поехал в сторону почты.

Дорога на выезде из района была узкой и тёмной — от света её укрывала густая зеленая шапка свисающей листвы на ветках. Проезжая по этому тоннелю, Роб вспомнил, как они с Энн пробирались прошлой ночью по дремучему лесу. Юноша улыбнулся, убрал одну руку с руля и принялся отрывать листочки, которые касались его макушки. В своей памяти Роб воспроизводил эти разговоры и синхронные переглядывания, когда они замечали что-то странное и смешное. Но вскоре, юноша вынужден был прийти в мыслях туда, где последний раз увидел Энн: плачущую и убегающую.

«Анализировать всё, что ты узнал» — Роб проговаривал про себя слова мужчины, что рассказал про чтение мыслей. «И что я узнал? Если я действительно слышал мысли дедушки и Бакли, то теперь остаётся только признать, что был прав в своих догадках». Эти размышления были неприятны для Роба, но он не знал, в правильном ли направлении думает.

Улица, где находилась почта, была центром посёлка: там стояли всевозможные магазины, кофейня, пиццерия и даже кинотеатр. Юноша начал спускаться с велосипеда на ходу, перекидывая ногу и устанавливая обе на одну педаль. Центр оживлялся, хозяева открывали заведения и поднимали рольставни. Дверь в почтовое отделение была закрыта, но внутри горел свет. Роб постучал два раза и принялся ждать, зная, что Лиза открывает дверь немного погодя. Лиза являлась старшим оператором отделения. Внутри открылась дверь подсобного помещения и показалась низенькая женщина пятидесяти пяти лет, которая весело и торопясь бежала к входу.

— Доброе утро, мой друг, заходи.

— Привет, — с улыбкой поздоровался Роб.

После трёх недель работы, Лиза предложила Робу общаться на "ты". Он стал приятен её сердцу с самого начала и напоминал старшего внука.

Роб приходил на работу наравне с Лизой и успевал уйти прежде, чем почта начнёт свой рабочий день.

— Как дедушка? — спросила Лиза, доставая из ящика коробочку с чаем.