Дети за куполом

Глава 10. Чужой город

В Висе их разлучили.

Марк, которому велели следовать за Иверой, вяло спросил разрешения оставить Нилану с собой. Получив резкий отказ, не стал настаивать. Лишь кивнул в ответ на испуганный взгляд подруги. И попытался поскорее отогнать неприятную, подлую мысль о том, что он, пожалуй, даже чувствует некое облегчение, глядя как её вместе с остальными ведут к кумсоринскому перевозу.

Ивера весь день, проведённый в дороге до Виса, не отходила от Марка ни на шаг. И почти весь этот день болтала без умолку, вызывая у Ниланы плохо скрываемое негодование. Его самого разговоры, напротив, отвлекали и даже веселили. Отвечая короткими репликами, он успел украдкой, с любопытством разглядеть женщину.

Она то и дело перетягивала заново пучок на затылке — тёмные волосы, очень кудрявые и непослушные, жили своей жизнью и постоянно выбивались из узла. Крупноватый квадратный подбородок портил бы лицо, если бы золотисто-карие глаза не сияли так живо, а улыбка не была бы такой открытой и заразительной. Форсы и ритмы, с которыми она перекидывалась хотя бы фразой, тоже непроизвольно начинали улыбаться, а дети теперь с любой просьбой обращались в первую очередь к ней. Марку оставалось только жалеть, что Ортей не перенял у своей наставницы хотя бы капельку добродушия.

Сейчас, уткнувшись носом в самодельную карту, которую им выдали на перевалочном пункте, Ивера уже в одиночку вела Марка по кривым улочкам Виса. Старые трёхэтажные дома по бокам мостовой выглядели безжизненно — если местные и остались в своих жилищах, то сидели не высовываясь. Тут и там на углах парами попадались рены — в основном в серой одежде ритмов. Подозрительно вглядывались в двух спешащих куда-то форсов. Самым любопытным Ивера бросала «каникуляр», кивая на Марка, и их тут же пропускали.

Сердце Марка исполнило сальто, когда за очередным поворотом показалась знакомая сутулая фигура. Ну кто бы мог подумать, что он будет так рад видеть своего окаянного ворчливого куратора!

— Надо же, живой, — протянул Ортей с наигранным удивлением в голосе. — Любишь заставлять себя ждать, атр? Марш за мной, наши домой хотят. Вера, ты с нами?

— Обратно в карант, — откликнулась Ивера, грубовато приобнимая своего младшего. — Не встревайте тут больше ни во что, будьте так добры.

«Наши» устроились в просторном вестибюле некой городской конторы и оказались рубрами шестой семьи (за исключением Виольны) и Анисой в компании двух своих рубров.

Появление Марка было встречено бурно. Ильдан с перевязанной головой что-то быстро тараторил прямо в ухо. Бледная Азира обеспокоенно ощупывала его и спрашивала, всё ли в порядке. Вадай сердито и бессвязно орал, как Марк всех напугал, и хлопал его по плечу здоровой рукой — вторая висела на перевязи. Изкор и Пантел из пятой семьи вместе со своей беловолосой кураторшей устало, но приветливо улыбались за спинами шестых.

Но Марк с самого порога смотрел в дальний угол комнаты — туда, где приникла спиной к стене наставница. И её улыбка — слабая, едва заметная, но такая непривычная — радовала куда больше громких возгласов остальных.

Незримая нить, всё это время болезненно тянувшая куда-то, ослабла. По телу разлилось чувство свободы.

***

Многоэтажные здания Виса толпились вокруг, запирали в лабиринте стен всех оттенков серого. Яркие вывески хоть не столько оживляли, сколько оттеняли унылую картину и добавляли ей неряшливости. Клонящееся к закату солнце временами внезапно прорывалось в промежутки между домами, игриво прыгало в глаза, пробегало бликами по пыльным оконным стёклам. Впрочем, создавалось впечатление, будто и оно чувствует себя не в своей тарелке здесь, среди металла и камня…

Марку никогда не нравился этот город.

Было стыдно признаваться самому себе в том, как он истосковался по комфорту, но видения аппетитной домашней еды и тёплой мягкой постели то и дело выпрыгивали перед глазами. Оставалось-то одолеть пару километров до перевоза, который за считанные часы доставит их в корону, под надёжный купол, подальше от всего этого. Когда Марк последний раз спал? Не урывками, а полноценным ночным сном, путь и безжалостно (как ему раньше казалось) урезанным…

— Под ноги смотри, атр! — огрызнулся на него Вадай, оборачиваясь. — Ты мне второй раз уже на пятку напрыгиваешь.

— Прости, — торопливо отозвался Марк. Затем внезапно осознал, с кем разговаривает, и вполголоса добавил: — А ты что здесь делаешь? Тебе же лидер запретил выезжать из короны…

— Замолкни, — шикнул Вадай, быстро огляделся и сердито пояснил: — Я у него лично спросил, когда подкрепление набирали, вас вытаскивать, и он дал добро, понял? И вообще, тебя не касается.

Отвернулся и принялся сосредоточенно разматывать бинты на руке — даже тяжёлые травмы у ренов заживали за считанные часы, если грамотно направить энергию.

Марк виновато дёрнул плечами. Вздохнул, вытащил на ходу из-за пазухи шнурок с камнем — надо бы узнать, как дела у Ниланы. Уже сосредоточился, чтобы получше настроиться на её эмоционал — но не успел: воздух словно бы вздрогнул, а уши накрепко заложило, будто кто-то подкрался сзади и запихнул в каждое по куску ваты. Он испуганно потряс головой. Не помогло. В панике заозирался и обнаружил, что у остальных та же проблема. Нашёл взглядом что-то орущего и показывающего пальцем в сторону Ортея, но не смог разобрать ни слова.

Куратор махнул рукой, и в голове, теперь уже чётко, раздался его мысленный голос: «Все врассыпную! Прячьтесь!»