Дети за куполом

Глава 14. Дело чести

— Ты мог отказаться, — заметила Карина. — Никто бы и слова не сказал. Это над ним смеяться будут — третьекурсник вызывает первокурсника на Арену, просто нелепо.

— Значит, и продуть не так стыдно, — проворчал Марк. — Не мог я отказаться, понимаешь? Не в тех, кто смеяться будет, дело. А в нас с ним.

Наставница прислонилась плечом к дверному косяку его спальни, задумчиво и бесцеремонно наблюдая, как он переодевается. С плеч привычно свисал плед.

— Совсем не обязательно продувать, — произнесла она спустя какое-то время. — Но ты мог бы сказать мне и пораньше. До Арены всего восемнадцать дней.

— Я хотел, — начал оправдываться Марк. — Но то одно, то другое… Так ты мне поможешь?

— Разумеется, — она пожала плечами. — Только вот Реток неплохой боец… Что вы не поделили?

Марк насупился. Ему одновременно и хотелось рассказать всё наставнице, и было безумно стыдно.

— В школе… Он меня терпеть не мог.

Карина подняла брови.

— Ну, знаешь, — он смутился и полез в шкаф убирать одежду, — меня многие не любили. Не всем ведь нравится, когда «копаются в мозгах»…

— Прекрасно их понимаю, — отозвалась наставница.

Марк захлопнул наконец шкаф и повернулся. Она улыбалась. Не краешком рта, а по-настоящему. Глаза тоже неуловимо поменяли оттенок с ледяного чёрного на чёрный тёплый.

И внутри что-то перевернулось — то, что давно уже ждало, когда он даст слабину, висело тяжёлым грузом, мешало дышать — он до этого и сам не осознавал, насколько мешало. Сердце заколотилось с такой скоростью и яростью, что в глазах потемнело.

Схватить её, прижать к себе, впиться в эти улыбающиеся губы… Что может быть проще, что может быть нужнее? Сорвать дурацкий плед и всё остальное, гладить ладонями тёмную кожу, вдыхать запах мягких волос, потеряться, утонуть в бездонной тьме глаз…

Он резко выдохнул, отступил на шаг и, пытаясь остановить это безобразие, довольно ощутимо треснулся лбом в шкаф.

— Ну и лез до меня при любом удобном случае, — Марк пытался говорить как ни в чём не бывало, но голос всё равно дрожал, и он снова зачем-то полез в шкаф, лишь бы не смотреть на наставницу. — Первый раз у него не хватило ума прихватить с собой пару дружков, и я его уделал. Зато потом…

— Понятно, — если она и заметила, как он чуть не сорвался, то виду не подала. — Но ведь не из-за этого у него на тебя зуб, так? Было ещё что-то?

— Ага, — неохотно выдавил Марк. — Нилана.

— А, ясно, — фыркнула Карина, но выпытывать подробности, к его облегчению, не стала. — Пойду я у Орта кое-что спрошу.

Она исчезла за дверью, а Марк обессиленно опустился на подоконник. И что это было? Чёртов кнотис. Вот как теперь себя контролировать…

***

— Борс! — в сердцах воскликнул Ортей, в очередной раз натолкнувшись на следующего за ним по пятам старшего. — Ты можешь хотя бы не мельтешить под ногами?

Шестые, вяло отрабатывающие удары в тренировочном зале, повернули головы.

— Сам виноват, — невозмутимо пробасил Борсел. — Нечего было кидаться на Ликтора, каким бы мерзавцем он ни был.

Куратор кисло провёл рукой по орнаменте, обтянувшей шею. Ещё две пары украшали его запястья и щиколотки, напрочь отрезая энергетическим потокам путь к точкам выхода.

— Должен же был хоть кто-то попытаться, — злобно процедил он.

— И что оно дало, твоё «попытаться»? — вздохнул старший.

Марк навострил уши: все предыдущие два дня куратор наотрез отказывался обсуждать произошедшее и чуть ли не силой вышвырнул Марка из своей комнаты, когда тот явился к нему поделиться подозрениями…

— Ничего, — бесцветно согласился Ортей. — Эй, лодыри, какого чёрта встали? Хорош стенку массировать, погнали командами!

— Нас неравное число, Орт, — мрачно заметила Азира.

С тех пор, как погиб Вадай, куратор сам занимал место пятого бойца в слабейшей, на его взгляд, команде и сражался вполсилы. Но сейчас, со своим ошейником и без магии, он был бесполезен.

— Даже не смотрите на меня, — отмахнулся Борсел. — Мне сказано глаз не сводить с этого психа, ни на что не отвлекаясь.

— Ильд и Ольна против Зиры и Рины, все со своими младшими, — решил Ортей. — Тина — в команду к Ильду.

— Нечестно, — возмутился Талат. — Их больше!

— Больше — не значит лучше, — откликнулся Ортей, многозначительно глянув на безразличную Виольну.

Марк понимал, что он имел в виду: рубра теряла позиции изо дня в день. И дело было даже не в вечно подавленном настроении, отсутствии малейшей инициативы или интереса к тренировкам. Она словно постепенно забывала всё, что умела. Как бы Ортей ни бился над ней, ни заставлял отрабатывать проколы и ошибки, становилось лишь хуже.

Встретившись взглядом с молчаливым Роменом, Марк понял, что они думают об одном и том же. Рому вообще было не позавидовать: понятно же, что и тренировки с младшим Виольне стали, мягко говоря, безразличны.

— …Не значит лучше… — задумчиво повторил Ортей, а затем внезапно заявил: — Я передумал. Первая команда — Ильд и Рина. Вторая — все остальные. Двое на семерых.