Детская площадка

Детская площадка

Детская площадка

– Привет, соседи. Кто кого? – Вадим Моисеевич Родионов остановился возле небольшого столика: три щербатые доски на двух коротких ножках в окружении двух миниатюрных лавочек без спинок, так же состряпанных руками жильцов.

– И тебе не хворать, – Вячеслав Николаевич Прошкин, не отрывая взгляда от игрального поля, подул в ладонь. Брошенные кубики раскатились по доске и заколдованно замерли в нужном ему сочетании. – Ага! Вот те Михалыч, получи и распишись.

– Да, похоже, Николаич прижал тебя, – Родионов, поправляя очки на тонкой переносице, констатировал расклад на доске для игры в нарды.

– Не говори гоп, под руку, – Степан Михайлович Рязанов свёл брови в одну мохнатую линию и, шевеля пышными с проседью усами, усердно колдовал над кубиками.

Через арочный проезд, едва вписываясь в поворот, во двор вкрадчиво закатился «Тесламузин» и, лавируя по узкой дорожке, почти бесшумно пристроился к среднему подъезду.

– Какого ещё буржуя нелёгкая принесла? – Прошкин обернулся на шорох колёс неприлично длинного электромобиля.

– К Любаше, к кому ж ещё? Очередной миллионер-осеменитель, – крякнул Рязанов.

Волна шансона прокатилась по тихому дворику. Водитель затрусил вокруг роскошного средства передвижения, спеша открыть пассажирскую дверцу.

Троица пенсионеров провела взглядом состоятельного посетителя, пока тот не пропал из виду в сумрачной глубине подъезда.

– Точно, к Любке, – согласился Прошкин.

– И по чём нынче ребёнок? – почёсывая жидкую седую бородку, ехидно спросил Родионов.

Лёгкий ветерок завершил круг почёта по закрытому двухэтажками небольшому дворику и зашелестел пожелтевшей листвой тучного дерева. Один из листиков пиковой масти, исполнив сальто, шлёпнулся на игральное поле.

– Кажут, прошлый за полтораху ушёл, – Прошкин сдвинул густые чёрные брови и, вспучив обвисшие небритые щеки, сдул жёлтую чешуйку с резной плоскости.

– А цены то растут, – Родионов присел на край лавочки. – Только представьте себе – полтора миллиона дойлеров!

– Держи карман шире, – Рязанов бросил кубики, – евро!

– Такие деньжищи и всё ради продолжения рода, – Родионов покачал головой. – И самое обидное – напрасно.

– Ну почему ж напрасно? – Рязанов почесал выбритый затылок и передвинул фишку. – Наука не стоит на месте, глядишь, скоро найдут решение от бесплодия.

– Канеша догонят и ещё раз найдут, – Прошкин покатал меж ладоней кубики. – Сколько лет ищут, ищут. Я на днях одного блохера в сети наблюдал. Ладно так чесал, мол, это учёные спецом через комаров бесплодием по всей Земле заразили. Демохрафическая картина, вишь, их беспокоила. Нелюди. Всех бы к стенке за такое или на урановые рудники.

– Николаич, ты поменьше всякую ерунду смотри, – возразил Рязанов. – Эти блогеры-шмогеры себе бабло зашибают небылицами разными. Ты сам подумай, вон в Сибири комаров тьма тьмущая, чего ж тогда Любкиных предков не заразили? А? Потому что комары тут ни причём.

– Скажи ещё, шо веришь в охвициальную версию? – Прошкин ловко наколдовал нужный дубль пять.

– А чего сомневаться? – Рязанов с досадой следил как Прошкин снимает одну за другой фишки с доски. – Всех, как баранов, загнали под вакцину. Кто знал, что побочный эффект скажется на потомстве? А Любкиных родителей в Тьмутаракани эта участь миновала. Только вот не совсем. Любка хоть и родилась после пандемии, но когда малолетку привезли лечить, влепили и ей дозу. Рожает, конечно, исправно каждый год. Вот только все детишки стерилизованы, как под копирку, без разницы кто папаша. Против мутации генов не попрёшь. А ребёнок, какой никакой, есть ребёнок. Многие бездетные семьи рады и такому.

– А от чего лечили Любу? – спросил Родионов.

– Вроде от какой-то формы аутизма. Да разве от этого вылечишь? – Рязанов с выражением безнадёжности на лице потянулся за кубиками. – Вы думаете, чего она при таких миллионах тут безвылазно ошивается, а не вместе с роднёй на Мальдивах? Нина моя иногда подменяет няню, когда та просит. В квартире всё чин по чину, все навороты по последнему слову техники, сенсоры кругом, разве что скатерти-самобранки не хватает. Живи и радуйся, а Любаше всё не почём – целыми днями закорючки на листках выводит, да в телик пялится. Пробовали вывезти – она в истерику. Больной человек, что с неё взять. Что пузо временами растёт, ей невдомёк. Вот и оставили под присмотром, в привычной для неё обстановке.

– Да, дела.., – протянул Родионов. – Интересно, сколько ж таких свиноматок по всему свету осталось?

– Скока бы ни было, а всё равно маловато, – Прошкин довольно хмыкнул, глядя на результат броска Рязанова. – Вырождаются человеки – факт.

– Ну, допустим, время ещё есть, – Рязанов пропустил ход. – Профессора, как напортачили, так и поправить могут.

– Канеша могут, – Прошкин затягивал бросок, продлевая агонию оппонента. – Только нам что с того? Внуков уже не дождаться. Это богатеи, едрить их в кочерыжку, с лимонами ихними, может и выкрутятся. А нашим детям где деньги взять?

– Моисеич, будешь играть? А то мне что-то расхотелось, – Рязанов с грустью кинул взгляд на финальный ловкий бросок Прошкина.