Дева света для князя тьмы

Глава 1.1

Я шла по протоптанной в снегу дорожке осторожными мелкими шажками. Во-первых, я боялась провалиться, а во-вторых, стоило шагнуть пошире, и под юбку задувал колкий северный ветер, щипал даже сквозь штаны и чулки, забирался до самой поясницы.

Наст поскрипывал, шуршали небольшие сани, которые я тянула за собой. Пока я смотрела под ноги, пушистый снег казался вполне очаровательным, но стоило поднять глаза на замерзшую пустошь впереди, на серо-серебряную громаду одинокого замка, как накатывала необъяснимая тоска. И страх. Страх шептал, что корка льда где-то под снегом рано или поздно провалится и меня утянет вниз. Что я замёрзну, заболею и умру. Что останусь навсегда в этом пасмурном краю и никогда не увижу света.

— Свет у меня и так есть, — пробормотала я под нос, пытаясь отогнать мрачные мысли.

Когда разговариваешь сама с собой — главное, чтобы другие не слышали. Здесь болтать можно было сколько угодно: к замку никто подходить не осмеливался. Поэтому-то и сани с едой и дровами приходилось тащить самой, пусть даже трижды я посланница богини, дева света, воплощение солнца. Впрочем, боялись замка люди не зря. Я чувствовала впереди тьму, злую и холодную. Меня от неё хранил божественный дар, а обычного человека она бы высосала за пару часов.

Говорят, что когда-то здесь стоял обычный замок, окружённый деревеньками и густым северным лесом. Говорят, замок прокляли, и деревни опустели, лес высох и замёрз. Говорят, с тех пор минули века, и деревья те давно разметало ветром, оставив лишь неоглядную пустошь, покрытую многовековыми слоями снега. Только замок продолжал стоять и даже разрастался, поднимался к сумрачному небу диковинными башенками из голубоватого льда.

Что произошло на самом деле — никто уже не знал, так давно всё случилось. Чертоги Льда на севере казались такими же обычными и незыблемыми, как солнце, поднимающееся на востоке.

Вот только снег всё отвоёвывал новые земли, а зимы крепчали. Раньше в моём родном краю собирали два урожая зерна, а теперь год на год не приходился. А на севере даже озимые не всходили, замерзали.

Одна надежда у людей — на милость Гелиогены, златоокой и златокудрой богини солнца. Под её светом рождались порой девочки, девы света, которые могли призывать солнечный жар. Говорят, одна разгневанная дочь Гелиогены сожгла целый лес вместе с несколькими деревнями. Неизвестно, чем они её обидели, ведь мне всегда объясняли, что солнце являет всем милость, а потому и дети Гелиогены должны быть милостивы. Самые могучие девы света заставляли тьму отступить на несколько лет. И вместе с рассказами о Чертогах Льда дошли рассказы и о том, что однажды родится дева с такой яркой душой, что рассеет тьму навсегда.

Поэтому, когда двадцать лет назад в одной беловолосой девочке из Сильф обнаружили необычайную силу, её сразу же забрали в храм Гелиогены. Там её растили со всей заботой: наставляли, обучали, а на двадцатое лето жизни отправили в ледяную пустошь, выдав еду, тёплую одежду и санки. Только ни единого полезного совета в дорогу не дали.

Словом, спасти мир от вечной зимы должна была я. И за месяц блужданий по замку никаких успехов я в этом не достигла.

Похоже, мои наставники предполагали, что стоит мне явиться, солнце в моём лице схлестнётся с тьмой, и зима отступит, а небо упадёт на землю или вроде того. А я сама, честно говоря, думала, что тьма меня просто сожрёт в ту же секунду, потому что где я, а где древние проклятья.

Но не сбылось ни одно из предсказаний.

С одной стороны, свет действительно оберегал меня. В Чертогах Льда всё было чуждо и враждебно жизни, даже воздух казался слишком густым. По ночам тьма обволакивала, холодила пальцы, но не могла причинить мне вреда.

С другой стороны, день за днём я бесцельно блуждала по замку, не понимая, что мне делать. Можно было попытаться просто растопить вековые льды, стереть замок с лица земли, но я не торопилась. Растратить все силы и при этом не снять проклятье значило нелепую и бесполезную смерть.

В очередной раз размышляя о своей причудливой и немного смешной судьбе, я дотащила сани до замка. Вход давным-давно засыпало, и я влезала через огромные окна куда-то сразу на второй или третий этаж. Я не знала точно: Чертоги и так казались диковинным лабиринтом. В обычных замках крепостные стены огораживали место на небольшую деревню, а дома в пределах стен строили невысокие, может быть, за исключением донжона, небольшого замка или дворца, где жил правитель.

Здесь же всё каменные здания теснились сразу у стен, одно выше другого, связанные коридорами и галереями. Кроме того, проклятье сделало Чертоги ещё страннее. С годами их занесло снегом, скрыв от людских глаз — в основном от моих, вряд ли кто-то ещё сюда доберётся, — и ров, и каменную кладку до середины. Зато сверху наросли ледяные стены, разномастные безумные башни, купола и галереи. Тяжеловесное потемневшее от времени основание как бы перетекало в ажурный замок, созданный неведомой силой. Чертоги Льда.

Перед тем как забраться внутрь, я привычно пробежалась взглядом по башенкам. И замерла от страха. В одной из них, далеко выдающейся в пустошь, я заметила тёмную человеческую фигуру.