Ночное время казалось спокойным, и о всяких представителях фауны нынешнего мира не было даже слышно. Во всяком случае, многие хотели, чтобы какой-то монстр появился, ведь тогда бы была возможность его сожрать. А почему бы и нет, есть я, который убьёт любого, но убить голод даже мне не под силу.
Вся команда спала крепким сном, даже не переживая о возможности не проснуться утром, лишь Адам, который мне явно не доверял, он держал в руках свой автомат Калашникова, постоянно то протирая его тряпкой, то осматривая целостность деталей. Юджин уснул во время увлекательного чтения, Томоко спит ещё с того момента, как я принёс её на место привала, а Эшли отчаянно корчилась во сне, крепко прижимая к себе винтовку покойного брата. На фоне всех этих людей выделялся только Кирмарк, который всё время высовывал свою голову из палатки и постоянно над чем-то смеялся. Все его остроты не имели никакого смысла, он постоянно о чём-то громко рассуждал или слишком громко об этом думал. "Если бы я сейчас был в той треугольной башне, то плевок оттуда был бы не таким красивым. А вообще пить кровь крота — это весело, знал я как-то одного крота, он ещё Дарвина предал, носатый такой был. Наверно всё-таки яблоня была бы лучше, но нет, заладил со своей розовой палкой" - всё время говорил он.
Вскоре его взгляд направился на меня, он нахмурил брови и зашёл обратно в палатку, а через минуту вылетел оттуда со своими часами с кукушкой. "Ку-ку! Ку-ку! Кукареку! Раскуковалась!" - крикнул он и разбил свои часы об песок. В какой-то степени он даже страннее меня.
Со стороны сферы снова полетела какая-то ракета, так красиво и торжественно. Мой взор был направлен только на неё.
- Да сдался им этот Карл Маркс со своим Маском Илоном, - неожиданно и резко сказал появившийся из неоткуда Кирмарк.
- Как вы здесь появились? - довольно спокойно спросил я, хотя будь на моём месте другой, он бы получил инфаркт от такого внезапного появления.
- О чём ты, двуликий? - непонимающе спросил Кирмарк.
- О чём вы всё время говорите? Я вас не понимаю?
- А должен ли? Я, например, не понимаю, где мой носок с орущей лягушкой, но должен ли я это знать? - всё также загадочно говорил он.
- А вы носите носки?
- Не удлиняй цифровой код! - возмущённо сказал он. - Я вообще пришёл для того, чтобы продвинуть тебя к кювету. - сказал он подняв вверх указательный палец. – А ну и ещё за книгой, которую, как я понял, ты уже прочитал. Но… я отклонился от темы. Так вот, мне кажется, что та двухбуквенная ждёт кого-то, но ты не настолько непродуманный, так что сам догадаешься, - сказал он и указал в сторону спящих людей.
Как только я повернулся туда, то сразу понял, что Кирмарк показывал на Эшли, однако «Зачем мне к ней идти?» - хотел сказать я Кирмарку, как его уже не было на месте. Я стал оглядываться, а после увидел его силуэт, который, раскинув руки в стороны, изображал самолёт и «летел» в свою палатку, напевая при этом какую-то песню: «Пятеро енотов пострелять решили в мире, один сказал, что бога нет и их теперь четыре».
Всё вокруг казалось тихим, поэтому я всё-таки решил подойти к Эшли, даже сам не понимая с какой целью.
- Подойдёшь ближе, пристрелю! – вдруг резко донеслось из уст, казалось бы спящей Эшли.
- Хорошо. Буду стоять тут.
- А? Рэм? Прости, тебе нужна помощь? Что-то случилось? - сказала Эшли, протирая свои глаза.
- Зачем ты накрасилась? – спросил я.
- Что? О чём ты? – сказала Эшли удивлённо, немного отклонившись от меня.
- Ну, ведь ты накрасилась.
- До тебя никто не замечал на мне макияж, - непонимающе сказала Эшли.
- Не макияж, а то как ты его растёрла, - проговорил я, а затем, осознав причины, самостоятельно продолжил. - У тебя заплаканные глаза?
- Не говори ерунды. Зачем ты подошёл? - недовольно спросила она.
Странно, но что-то меня отговаривало от того, чтобы я сказал ей, что мне это посоветовал Кирмарк.
- Я хотел узнать, как ты себя чувствуешь.
- Я вообще-то спала.
- Вернее, притворялась спящей, - перебил я.
- В любом случае, кто тебя об этом попросил узнать? - удивлённо и местами недовольно проговорила Эшли.
- Никто.
- Не ври!
- Никто, - повторил я.
- Со мной всё хорошо, просто я только что проснулась, - ответила она, с каменным лицом.
- Не ври, ты притворялась спящей!
Эшли молчала, вернее, она не знала, что говорить. В тот момент я снова увидел её беззащитной, она смотрела на меня удивлёнными глазами, которые вдобавок ещё и хотели спать, волосы её были взъерошены, а всё состояние тела словно говорило о том, что оно не готово просыпаться. Почему-то мне казалось, что такой её вижу только я. Такой… Детской. Эшли не знала, как разговаривать со мной, наверное, я менялся слишком быстро, меня кидало от одних эмоций к другим, а моё отношение к людям было специфичным, возможно, Эшли находила подобное поведение зеркальным. Может быть, я узнал бы ответ на свои догадки, но молчание Эшли прервал Юджин, объявив о продолжении нашего путешествия.
Ночное время суток было ещё более тяжёлым, ведь сейчас утомляющая для кого-то, но терпимая жара, сменилась холодным ветром и осадками в виде чёрного снега, который, как говорила Зеро – одна из самых молодых участниц нашего похода, напоминает вкус масла и бензина, хотя по своей консистенции не похожа на снег или жидкость, скорее что-то действительно пушистое и мягкое. Идти стало ещё труднее, но в этот раз уже от холода. Даже местность изменилась - теперь вместо привычных для нас равнин виднелись только непрерывные склоны, по которым нужно было то подниматься, то спускаться. Нередко многие падали, подворачивая ноги, но от прямого маршрута отходить было нельзя, к тому же, это бы только удлинило его. И вот ещё один спуск, который был отличный от предыдущих.
- Почва мягкая, странно, - заявил Андрей.
Отредактировано: 22.08.2021