Девочка и море

Глава 10

Утро наступило резко — как холодная вода, плеснувшаяся в лицо. Солнце ещё только поднималось, когда я услышала, как в соседней комнате кто-то передвигается. Слабый скрип половиц, шорох ткани, глубокий вздох — Андрей, наверное.

Я поднялась с пола, потянулась, чувствуя, как затекли мышцы. Спала ли я? Наверное, да. Может, на час, может, меньше. Но сны были рваными, полными теней и далеких голосов, которые я не могла разобрать. Малхир будто приближался, даже во сне.

Рита уже была на ногах. Она стояла у старинного буфета на кухне, наливая какой-то травяной отвар в глиняные чашки. Её движения были точными, плавными, как у человека, живущего в согласии с миром — или как у ведьмы, которая просто знает всё заранее.

— Спала ты беспокойно, — сказала она, не оборачиваясь. — Энергия вокруг шевелится. Всё плотнее, гуще.

Я села за деревянный стол, уставившись в пар над чашкой. Трава пахла мятой, но горчила на языке.

— Рита, — тихо начала я, — ты говорила, что метка — это печать. Мы сделали всё, как ты просила. Что теперь?

Рита повернулась ко мне, её лицо оставалось спокойным, но глаза были серьёзными.

— Это замедлило поток. Но он не остановился. Малхир ищет не только тебя, Илина. Он ищет момент. Ты — только звено.

На кухню вошёл Андрей, волосы спутаны, взгляд — сосредоточен. Сел напротив, кивнул мне.

— Ветви рябины сработали, — сказал он Рите. — Я чувствовал, как они держат. Соль — как будто выжигает изнутри.

— Так и должно быть, — одобрительно кивнула ведьма. — Ты носишь на себе след его влияния. Он был внутри твоего круга, в твоей судьбе.

Лука вошёл последним, уже одетый, с чашкой кофе в руке. Он выглядел спокойнее, чем обычно, но я видела, как он внимательно следит за каждым словом Риты.

— И что мы делаем дальше? — спросил он.

Рита посмотрела на нас всех.
— Вы идёте в город. Сегодня. Точка концентрации. Там он оставит след. Туда стекается всё.

— Он покажется? — спросила я.

— Возможно, — ответила Рита. — Или пошлёт кого-то. Но вы должны быть там. И помнить, кто вы.

Мы переглянулись. Молчание длилось несколько долгих секунд.

— Сколько у нас времени? — тихо спросил Андрей.

— Пока метка держит — день, может два, — сказала Рита, отводя взгляд к окну. — Но потом она рассыплется. И всё начнётся по-настоящему.

Я сделала глоток горького отвара и почувствовала, как по телу пробежал холод.

Сегодня мы возвращались в город.

И возможно, это утро — последнее тихое утро перед бурей.

Мы вышли во внутренний дворик. Рита шла впереди, её серое платье почти сливалось с каменными плитами под ногами. В руках она несла небольшой сосуд из тёмного стекла, перевязанный алой лентой. Внутри — жидкость, похожая на густую кровь, переливающаяся в тени.

— Сюда, — тихо сказала она, остановившись у круглой каменной чаши, вросшей в землю, словно её вырубили прямо в скале.

Я подошла ближе. Камень был тёплым, как будто дышал. От него шёл запах меди и земли.

— Это алтарь крови, — пояснила Рита. — Не тот, что требует жертв. Тот, что показывает истоки.

Она сняла ленту, открыла сосуд и капнула несколько капель в центр чаши. Внутри вспыхнул мягкий багровый свет, и поверхность жидкости затрепетала, словно отражая небо, которого мы не видели.

— Смотрите, — прошептала она.

И мы увидели.

Сначала — моё лицо. Но не я сегодняшняя. Я — в другом времени. Молодая, с распущенными волосами, на щеках пыль дороги, в глазах — страх. Я держала в руках меч. За моей спиной — Андрей. Рядом — Лука. Мы были втроём. В другой жизни. Против чего-то огромного.

— Это было до, — сказала Рита, — до развязки.

Картинка изменилась. Я увидела темные силуэты. Женщина с длинными черными волосами. Мэри. Ведьма. В её объятиях — ребёнок. Малхир. Глаза его были закрыты, но вокруг — клубилась тьма. Она держала его так, будто охраняла, но магия вокруг неё была чёрной, искривлённой. Любовь, переплетённая с проклятием.

— Почему ты это нам показываешь? — спросила я. Голос дрогнул.

Рита повернулась ко мне, её взгляд пронзал.

— Потому что вы связаны. Все. Через кровь. Через выборы. Через предательство.

— Это… мальчик? — прошептал Андрей.

— Это уже не просто мальчик, — сказала Рита. — Он стал сосудом. Не по воле, но по любви. Ведьма, потерявшая себя, вложила в него силу. И теперь эта сила ищет путь назад.

Лука стоял рядом со мной. Его плечо касалось моего. Он не говорил ни слова, но я чувствовала, как он напряжён.

— Если мы все связаны… — начала я, — значит, разорвать цепь можно только через нас?

Рита кивнула.

— Через любовь. Через страх. Через выбор. Один из вас должен отдать то, чего боится больше всего. Тогда будет шанс.

— Что именно мы должны отдать? — хрипло спросил Андрей.

Рита посмотрела на него долго, словно видела внутри.

— Сердце. Или душу. Вопрос только — кто из вас готов. И за кого.

Тишина легла, как вуаль. Только в чаше всё ещё светилось прошлое.

Я смотрела на отблески той другой жизни — и понимала. Нам не избежать этого пути.

Но, может быть, мы сможем пройти его вместе.

***

Андрей держал руль крепко, почти судорожно. Его взгляд был устремлён вперёд, но я видела, как по его шее медленно скатилась капля пота. Не от жары — от чего-то другого.

Я сглотнула.

— Ты это слышал? — спросила я, чуть подалась вперёд между сиденьями. Радио всё ещё потрескивало, будто боролось с помехами, но тот голос… он был настоящий.

— Слышал, — глухо ответил Андрей, не поворачивая головы. — Я чёрт возьми не уверен, что это вообще вещание, Илина. Станция была обычная. Музыка. Прогноз погоды. А теперь...

— Он уже здесь, — пересказал Лука почти шёпотом. — Это она сказала?

— Или что-то, что использует её голос, — буркнул Андрей. — Слишком чётко. Слишком целенаправленно.

— Мы всё правильно сделали, да? — я обернулась к Луке. — Метка. Время. Кровь, как показала Рита. Мы ведь не опоздали?