Девочка, ищущая щели в стенах

Глава 4 Пульс металла

«Пульс металла»

Дыхание разрывало лёгкие. Глаза бешено бегали, цепляясь за любой объект вокруг, а голова готова была разорваться от количества мыслей. Но сознание пронзила тонкая белая нить, словно прошедшая через висок. Серебряная струна сплетала все идеи воедино, успокаивая девушку. Дыхание становилось ровнее, глаза перестали бегать из стороны в сторону и остановились на блестящем металлическом полу, а в голове зазвенела долгожданная, почти пугающая тишина. Эмилия не полностью восстановилась, но напряжение хоть на волосок ослабло.

Она поднялась с уже нагретого кресла, обшитого синей тканью. Первым делом — осмотреться и прислушаться. Вагон, рассчитанный примерно на двадцать человек, с ярко-жёлтыми поручнями и матовыми стеклянными дверями. Воздух немного суховат, а запах слегка неприятен, с привкусом металла. Всё освещалось холодным, иногда моргающим светом ламп, вмонтированных в потолок. Лёгкий сквозняк дул по всему вагону, по всем экранам мелькали абсурдные плакаты, а сквозь приоткрытую дверь в соседний вагон виднелась та же синева. В голове девушки начали зарождаться идеи и мысли, но их прервал не кричащий, но громкий голос из динамиков.

— Следующая станция — «Фон». Указание от машиниста: всем вагонам не терять чувство достоинства

— Чувство достоинства, вагонам? — В голосе Эмилии читалось негодование. — Я что-то читала об этом месте. Это старый транспорт, как его там… маршрутка, такси или… поезд, вроде. Припоминаю, что в прошлой эре такие устройства служили средством передвижения на большие расстояния.

Эмилия неспеша подошла к открытой двери и, пройдя сквозь неё, увидела странную картину: вагон был полон пассажиров, но это были не люди, а неподвижные руки манекенов, отлитые из золотистого металла. Их было множество, большинство располагалось на сиденьях, а те, на кого мест не хватило, стояли у перил, держась за них, как за опору. Большинство конечностей, не державшихся за что-то для устойчивости, крепко сжимали свои безжизненные пальцы в кулаках. Гладкая, девственная кожа каждого пассажира была настолько матовой, что, даже на столь ярком свете, не блестела. Но одна из кистей была непохожа на остальные, её кулак был раскрыт, а на внутренней части ладони отчётливо виднелась неглубокая царапина, проходившая от среднего пальца и до самого низа. Девушка замерла. Её мозг просто отказывался понимать всё здесь происходящее.

— Что… что это? — Тихо прошептала она, но ноги, следуя древним инстинктам, уже сделали шаг вперёд, медлить было нельзя. Стиснув зубы, она отправилась дальше по вагону. Её дёргающиеся от испуга глаза скользили по стенам, выискивая любые движения. На экранах-плакатах, в такт размеренному стуку колёс сменялись абсурдные образы:

• Жёлтая плитка масла лежала на тарелке, вокруг которой летали чёрные, чётко прорисованные мухи
  Лозунг: «Устали дышать?»

От взгляда на него, у девушки заурчало в животе, а сама она задумалась о том, как давно нормально ела и пила.

• Несколько идеально круглых, разноцветных шаров, напоминающих планеты зависли в стакане мутно-зелёной жидкости.
  Слоган: «Догони время!»

От этого же в душе у Эмилии что-то защемило, будто она увидела знакомое, давно покинутое место

• Будто одинокий, небесно-голубой конус, сидящий за столом в одиночестве.
  Призыв: «Коснуться облаков!»

Впрочем, на большинстве экранов не было ничего, кроме мельтешащего шума, из которого не складывалась ни в одну картинку, не вырисовывался ни в какой текст. Но каждый из них был неуместен, каждый бил по восприятию мира, от каждого зрелища дыхание Эмилии учащалось, а в глазах мутнело, но, отведя взгляд в стороны, всё вновь становилось нормальным. Воздух на её пути уплотнялся, становясь похожим на сироп. Чувствовался чей-то взгляд, но не глаз. Нет. Это будто вся металлическая структура рассматривала неучтённую пассажирку. Десятки суставов, слегка поворачиваясь вслед за ней, издавали тихий, но такой противный скрип трения металла о металл. Когда же до конца вагона оставалось всего пару шагов, в вагоне что-то щёлкнуло. Каждую руку охватила мелкая, невероятно быстрая дрожь, словно по ним всем пустили небольшой ток. Но одна единственная стояла неподвижно, та самая, которая стояла с раскрытой ладонью. Прежнюю ритмичную тишину пронзил звук, похожий на жужжание сотен насекомых, застрявших в маленьком и тесном пространстве. Из динамиков донёсся тот же бесстрастный голос, что и прежде.

— 始めてください。(Приступайте.)

Голос был абсолютно плоским, но на этом слове прозвучал тихий, цифровой скрежет, будто стиралась пыль с древней плёнки. Даже само звучание незнакомого языка прозвучало подобно холодному, безличному приговору. Эмилия инстинктивно оглянулась, но дверь сзади уже была глухой металлической стеной. Пассажиры разжали свои кулаки не одновременно, а, наоборот, будто по ним прошла волна. Движения каждой ничем не отличались от соседей, словно они разучивали это представление годами. Больше не было ни шума, ни лишнего движения. Все руки выпрямили свои указательные пальцы и устремили их к двери впереди. А, ранее спокойная рука с царапиной, просто пропала, оставив лишь тёмный след на месте, где стояла. Сердце Эмилии ударило по рёбрам, сбивая дыхание и вышибая последний воздух, оставшийся в лёгких. В начале мысли переполнялись идеями, но среди всего хаоса прозвучал будто чужеродный голос, который ловко угомонил все остальные мысли и озвучил настолько важную и очевидную идею.

— Выбора нет.

— Это мой конец? — Шёпот девушки поглощался внезапной тишиной. Стихло всё вокруг, затих даже гул колёс. Мир словно затаил дыхание и ждал, пока непрошенная гостья покинет его. Медленно, чувствуя бьющую в колени дрожь, Эмилия сделала шаг. Затем ещё один. Её отражение в тёмной стекле впереди приближалось. Последний шаг — и она уже переступила порог в следующий вагон.

— Какого чёрта!? — Выкрикнула Эмилия

Перед ней предстало «ничто». Просто тьма, которая растворяла весь вагон в себе и поглощала всякий луч света, которому не повезло попасть внутрь.