Через неделю с небольшим всё уже было готово к нашему отъезду, и нам оставалось только дождаться, пока военные с оптовки загрузятся, наконец, в свой поезд и свалят ко всем чертям. Одновременно с ними мы уходить из Атриум-строя не собирались: не хотелось пересечься где-нибудь в городе. Здесь, в магазине, мы по крайней мере были в безопасности: контролировали периметр и имели множество укрытий внутри здания, которые мы знали как свои пять пальцев. К нам было не подобраться. Так мы считали. Впрочем, похоже было, что Казимир Петрович пока держал данное им слово и сам не подпускал своих подопечных к нам на пушечный выстрел.
Мы были страшно злы на них. Особенно Коля. Конечно, он горевал, как и все мы. Но через неделю после похорон на место горю пришла ярость на несправедливость мира и на то, что брата его настиг такой конец. А поскольку погиб он именно от рук одного из военных – пусть и тоже уже мёртвого, – то ненависть Колина распространялась вообще на всех, кто носил камуфляж. Моя – тоже. Ира относилась ко всему более философски, поскольку была старше и мудрее. А Настя… Она по-прежнему по большей части волновалась только за себя и ненавидела военных прежде всего за то, как они едва не обошлись с ней.
Ещё Коля, само собой, негодовал из-за того, что мы собрались уходить из Атриум-строя. В его глазах Ира была предателем: пообещав вначале, что все мы будем защищать магазин как собственный дом, теперь она была главным катализатором нашего скорейшего отъезда отсюда.
– Ты ведь сама говорила! Сама! – укорял её Коля.
И Ира в сотый, сто первый и в сто второй раз повторяла одно и то же: тут небезопасно, вчетвером мы не отобьёмся ни от злонамеренных живых, ни от оттаявших мертвецов, которые потихоньку встают и начинают снова бродить по улицам. А теперь с ними ещё и маяки! Зомби-пастухи, при помощи которых кто-то вознамерился взять стада мертвецов в наших городах под контроль. И дальнейшие намерения этих людей для нас такая же загадка, как и они сами, и их личности.
Мы по-прежнему по очереди стояли на вахте на крыше. Вооружены мы были одними только бутылками с зажигательной смесью, при помощи которых мы планировали вселять ужас в живых, стремящихся поживиться за наш счёт, и сжигать мертвецов, если они вдруг возьмут в осаду нашу непреступную крепость. Но случая воспользоваться ими, к счастью, нам пока не представилось.
В основном, когда мы стояли на крыше то с Ирой, то с Настей, я наблюдала, как изредка по дороге проезжают автомобили военных с оптовки, перевозящие пищу и всяческую снедь на железнодорожную станцию, для их последующего вояжа на восток или на запад, в плацкартных или может быть даже в купейных вагонах. По всему было видно, что локомотив им найти удалось. Удалось им и составить поезд, на котором они планировали убраться из Тайшанска. И нам оставалось только порадоваться за них, пожелав, тем не менее, самого несчастливого пути.
Когда тачки военных, наконец, перестали сновать туда-сюда, мы все собрались на крыше, чтобы обсудить, как и когда мы попрощаемся с Атриум-строем.
– Идти нужно либо ночью, либо рано утром, когда холодно, и мертвецы ещё не активны, – излагала свой план Ира.
– Не видно же ничего будет…
– Когда мы сюда приехали, тоже ночь была. Вспомни!
– А, ну да.
– Да, темно. Да, днём оно как-то лучше в этом плане. Но на первом месте у нас безопасность, а значит надо убедиться, что на дороге не будет полчищ зомби, когда мы решим на неё выехать.
– Или пусть будут, но главное, чтоб они спали, – добавил Коля.
– Ну да. Типа того. Поэтому – ночь, когда температура ниже нуля. Теперь дальше: по поводу маршрута…
– Я хотела предложить к речпорту поехать, – сказала Настя. – Там у папы яхта была пришвартована. Вернее, яхта-то мамина была по бумагам, просто…
– Мы поняли. То есть, ты хочешь эту яхту взять и по реке до того дома дойти, так?
– В целом, да.
– А яхтой управлять ты умеешь?
– Нет.
– Вот и я не умею. Нужно что-то попроще. Вроде моторной лодки или маленького катера какого-то. Да даже лодка с вёслами подойдёт, только грести устанем. Но идея с речпортом в целом отличная, Настя, извини, если обидела тем, что раскритиковала.
– Ерунда. Просто как вариант яхту хотела предложить.
– С этим понятно: держим курс к речпорту. Но по пути надо будет ещё в одно место заглянуть.
– Куда?!
– В один магазин бытовой техники, где мы как-то зимой с Ромой были и встретили того, кто нам про новое сообщение от Фаренгейта рассказал.
– И зачем нам туда?
– Чтобы этого человека взять с собой, если он ещё там.
– Вы, вроде, говорили, что он уже тогда собирался по льду пойти пешком к этому дому. Наверняка его там уже нет.
– А может и есть. Может, он задержался. В любом случае, проверить стоит. Да и займёт это пять минут: просто остановимся по пути. Конечно, если никаких препятствий не будет.
– Тогда я тоже кое-куда хочу зайти, – сказал Коля.
– Куда?
– Домой. Посмотрю что-нибудь, что можно на память взять. А то в город-то поди больше не вернёмся, если в этом доме на реке останемся. Да даже если не останемся – что в городе делать? Куда-то дальше, в другую деревеньку поедем, да ведь?
Отредактировано: 06.06.2026