Девочка, которая умела летать

Серия 3. Дети любовницы моего мужа. Глава 5

Человек ко всему привыкает, так и ей думалось, только каждый раз напоминание, что она делит мужа с другой женщиной, ползало по нутру меркой жабой, и ей хотелось, чтобы не было на свете Веры, и боялась Лида собственных мыслей. Трясла головой, пытаясь прогнать страшные думы, в которых желала сопернице только плохого. Нельзя. Грех это. Если сама навстречу пошла, так тому и быть. Бог потом всех рассудит.

И, если Лида считала Веру причиной всех своих неприятностей, то та, наоборот, винила именно бездетную жену в том, что она продолжает держаться за Георгия.

- Присосалась, как пиявка, - сетовала тётке, родной сестре матери, которая жила от неё в паре домов. – Семью мою разрушила.

- Вер, - качала головой тётка. – Какую семью? Не было у тебя никогда семьи с Георгием.

- Потому и не было! – разозлилась она. - Какую семью?! – передразнила тётку. - А такую! Я считаю, без детей и семья - не семья, а они достаточно прожили, чтобы понимать это. Сам не гам и другому не дам. Стоит между нами, как забор, который не подвинуть, не перепрыгнуть.

Тётка размешивала сахар в чайной кружке и молчала. Хорошая женщина Лида, да и племянница тоже хорошая. Огород травинка к травинке, огурцы рядочками сидят, сама курам головы рубит, чтоб никого не просить, кроликов выращивает, овощи-фрукты всегда свои. Хозяйка замечательная: в доме порядок, в холодильнике всегда варенья и соленья на любой случай имеются. Женщины-то обе хорошие, да вот ситуация из ряда вон. При других обстоятельствах и впрямь подругами могли бы стать, а теперь – объекты для сплетен и насмешек.

- Я же на него даже не смотрела, - пустилась в воспоминания Вера. – В магазине окна мыла, слышу, вошёл кто-то, поздоровался. Стою и повернуться боюсь. Голос такой властный, это я тогда Георгия еще не знала. Думаю, повернусь сейчас и разочаруюсь, если передо мной кто плюгавый будет. А он голосу под стать. Плечи, - развела руки в стороны, - грудь, спортивный. Бывший спортсмен. Дура была, что поверила, - махнула рукой.

- Жалеешь?

- Сама не знаю, - Вера встала, и из холодильника появилась колбасная нарезка и огурчики. – С одной стороны, вот что у меня за жизнь? Кто я? Вторая жена, любовница? Ходят слухи, что не я последняя.

- Да ладно! – округлила глаза тётка, которая и сама краем уха подобное слышала.

- Я его напрямую спросила. Говорю. Ты меня не позорь! Мало того, что с Лидкой у всех на виду, как Санта-Барбара какая, так ещё и третья какая-то на горизонте.

- А он чего?

- Не верь, говорит. Злые языки. Мы же с ним не прятались, не скрывались. Я сразу сказала, что готова только на открытые отношения. Думала, как жена узнает, всё сразу на свои места встанет. Как видишь, не встало.

- Думаешь, врёт?

- Кто его разберёт, - махнула Вера рукой. – Только больше у меня столько времени не проводит. Уж не знаю, где он: с Лидкой, по делам или новая у него какая. Не хочу держать насильно. Если устал – уходи, говорю. Так не уходит! И к себе не зовёт, и не гонит.

- Да привык уже к такому, - резонно заметила на то тётка. – Чего менять, когда устаканилось всё. Одна дома супы да борщи варит, уют создаёт. Вторая приголубит, когда надобно. Деньги есть, всех обеспечит – чего не жить?!

- Деньги, - хмыкнула Вера. – Будто в них счастье.

- В их количестве, - расхохоталась тётка. Окинула взглядом дом. Раньше племянница бедно жила. Сейчас хоть телевизор новый появился, мебель, бытовая техника, одежда. Полностью на его иждивении, да ещё и старшей дочке с внуками помогает, зять-то непутёвый попался.

Много ли могла позволить себе мать-одиночка на одну мизерную зарплату? То-то же. От ворот поворот всем давала, а с этим любовь закрутилась. Только нельзя со стороны решать, кто прав, кто виноват. Порой кажется, вот она правда, а копнёшь – выходит иначе.

- Дети у неё? - перевела тётка тему, понимая, что не слышала голосов.

- А где ж, - вскинула брови Вера. – Будто там им мёдом намазано. Да оно и понятно. Вон, - указала она на окно, за которым снег начинал таять. Туда-сюда землю подготавливать к сезону придётся. – Огород скоро копать надо. Я же детей всегда к труду приучала, а теперь что?

- Что?

- Прячутся от меня у отца, там же работать не заставляют. Одно удовольствие. Что не попросят – всё купят, сразу на блюдечке несут. А я против! У меня воспитание сама знаешь какое, - сложила она руку в кулак. – А потом Лидка выговаривает, что они бегут от меня к ней, - она хмыкнула. – Интересно почему, да? Вон Олька с утра до вечера на поле в сезон, за любую работу хватается, а эти не такие выросли.

- И Слава Богу, что им за копейки работать не надо, - вмешалась тётка.

- Это я с тобой согласна, - кивнула головой. – У них жизнь другая, сытная. Только и к труду приучать надо! Иной раз замечание сделаю, так встревает Лидка, мол, не надо. Я – мать, а не она! – разошлась так, что голос разнёсся по всему дому. – Пусть своих родит и воспитывает. Это Гоша всё, его послушалась, пожалела Лидку. Сюда приходят, конечно, я сразу границы очерчиваю, а там ведут себя, как маленькие барчуки. Всё для них.

- Зато ни в чём не нуждаются.

- Георгий им уже и квартиры купил, - смягчилась Вера.

- Хорошо. Кто б нам в наши годы купил, - вздохнула тётка. – Счастливый билет ты вытянула, Верка, хоть говори, хоть нет.