Девочки за 30: Маша

Глава 1 – На ленточки порву!

Сидя на пушистом, идеально вычищенном бежевом ковре, Маша методично нарезала на узкие ленточки трусы Костика. Не пожалела даже ни разу не надёванные боксёры из лимитированной коллекции, а ведь сама подарила их ему, ещё и потрудиться пришлось, чтобы достать. И для чего? Чтобы он надевал их перед той другой? Нет уж. Пусть виляет голой ж… Жаль, что ещё и на двадцать третье февраля потратилась, но тут ничего не поделаешь, нельзя чтобы Костик что-то заподозрил, так что всё это мелочи.

– Твою ж налево… – рыкнула Маша, когда нечаянно задела палец острыми ножницами, на коже выступила капелька крови. Слизать? Продезинфицировать? Вытереть об какой-нибудь из лоскутков? Нет, это уже каким-то ведьмовством попахивает. Слизать.

Что она и сделала, а затем с удвоенным рвением продолжила собирать мужу чемодан в командировку. Ну да, конечно. Командировка аккурат на восьмое марта. Угу, слышали, проходили. Новый год? «Прости, Машунь, работа!» Выходные? «Машенька, ты же понимаешь, я ради нас стараюсь!»

А она, чёрт возьми, для кого старалась?!

– Аргх! – снова зарычала Маша. И именно в это мгновение зазвонил телефон. Справившись с раздражением, она налила как можно больше мёда в голос и ответила: – Костик! Привет, ты скоро будешь?

Вопреки обыкновению Маша как раз бы предпочла, чтобы он задержался – и половину ещё не успела «собрать». И муж конечно же не разочаровал.

– Машунь, прости, родная. Отчёт доделать надо. Сама понимаешь, завтра рано выезжать – не успею.

– А… Понимаю… – Изо всех сил она старалась не выпустить в голос острые бритвы сарказма. Трудная задача, надо сказать. – Ничего, всё в порядке. Если я вдруг уже спать буду, когда ты вернёшься, ужин на плите найдёшь.

– Машунь, я тебя обожаю! Ты у меня самая лучшая!

«Но не единственная!» – усмехнулась про себя Маша и до крови закусила губу.

– Угу.

– Маш, что-то не так? – забеспокоился вдруг Костик.

«Вот чёрт! Прокололась?»

– А нет… Всё хорошо. Это, наверное, таблетки, которые я пью. – Она притворно зевнула. – И в сон клонит. Спать, наверное, пойду скоро.

– А… Ну ладно. Спокойной ночи, Машунь! Люблю тебя!

– Спокойной ночи, – отозвалась она. И чтобы он ничего не учуял, добавила: – И я тебя люблю.

В последнем она уже давно уверена не была.

Еле сдержавшись, чтобы не запустить телефон в стену, Маша вернулась к тому, чем занималась до звонка Костика. Любимого мужа… Ха! Стиснув зубы, она закончила с последними боксёрами и сгрузила лоскутки в один зип-пакет. Дальше в планах было собрать «мыльно-рыльное». Зубную щётку она окунула в уксус и тщательно запаковала, чтобы запах не пробился. Зубную пасту положила клубничную – Костик такую терпеть не мог. Хотела было в шампунь добавить средство для депиляции, но передумала. Мелкая месть мелкой местью, а всё ж и границы знать надо. Но не удержалась и всё-таки намазала антиперспирант тонким слоем разогревающей мази, недавно купила её для спины свекрови. Ничего, всё равно больше не понадобится.

Одежду Костику Маша всегда наглаживала и аккуратно складывала, но на сей раз скомкала её, да ещё и ногами по ней потопталась. А вместо чистых и сложенных попарно носков закинула на самое дно чемодана ношенные и отлежавшиеся в отдельном пакете аж две недели. От запашка едва не вырвало, но оно того определённо стоило.

Костик проверять не будет, доверяет. Чтоб его…

Римма предлагала хорошенечко разукрасить ему его холёную рожу, разгромить машину, выдрать лохмы сопернице, но Света с Розалией, хоть и не без труда, сумели её утихомирить. Можно было предположить, что всегда правильная и ответственная Света будет настаивать на том, чтобы тихо-мирно разойтись и всё забыть, но с тех пор как в её жизни появился Валера (прим. автора: об этом можно прочесть в "Девочки за 30: Света"), она стала мыслить немного по-другому. Например, идея с разогревающей мазью принадлежала именно ей. Розалия предложила в нижнее бельё насыпать жгучего перца, но всё-таки сошлись на том, чтобы его на ленточки накромсать.

Если бы не подруги, любимые мушкетёрши, Маша никогда бы не смогла перенести предательство любимого человека. А ведь она и правда его любила, растворилась в нём, делала всё, чтобы ему было рядом с ней хорошо. И совсем не заметила, как потеряла себя.

Покончив с чемоданом, Маша кряхтя выпрямилась. Да уж, тридцать три годика – это вам не шутки. Может, себе спинку намазать? Не пропадать же добру!

Мазь Маша всё-таки решила не трогать, да и ничего её больше не беспокоило. Даже душевная рана немного затянулась, не вечно же ей сердце разрывать. Да и что осталось от того сердца? Осколки размером с бисер? Такое не склеишь, тут новое выращивать надо. А как это сделать? Да и надо ли? И ведь до последнего не хотела верить…

А так всё хорошо начиналось! Или ей так только казалось? Была ли вообще с его стороны любовь?

Сколько ему тогда было? Двадцать три? А ей, соответственно, двадцать восемь. Познакомились в баре, встречались два месяца, а потом расписались. Маша выходила замуж по большой любви. И если верить Костику, он тоже. Собственно, он до сих пор её в этом уверял, и до определённого времени она и не сомневалась в его словах. В принципе, брак свой она считала счастливым. Если, конечно, не вспоминать, что к мужу прилагалась и его родня.