Деволы и другие мнимые напасти (сборник)

Сомнения

Перед нами текст из Великой Библиотеки в Мади-Алсахе, переведённый с тернского языка.

Гадание после рождения определило, что Кэйсше суждено стать великим воином. Его родители приняли это со всей ответственностью и с раннего детства тренировали Кэйсше в мастерстве боя, силе и ловкости. Постепенно Кэйсше и сам примирился со своей судьбой и вскоре даже полюбил.

Спустя годы упорных тренировок и кровопролитных боёв Кэйсше заслужил собственный отряд наёмников и принял новый долг с высоко поднятой головой. Немало дел: хороших и дурных, совершили воины под командованием Кэйсше, пока не наступил момент нашего повествования.

Отряду надлежало отыскать блудного сына мэлорского посла. Немолодой беглец уже успел дурно прославиться своим поклонением всякой несуразной деволщине. Если верить слухам, то безумец прятался на западе от города Римаши – в склепе, где была похоронена семья тамошнего шэха. Чернокнижника надлежало схватить живым или мёртвым, и Кэйсше с радостью взялся за эту миссию.

Лагерем встали около склепа. Утром Кэйсше поднялся, тщательно замотал грудь и стал облачаться в броню. Для стальных пластин в пустыне не было места, отчего Кэйсше и его наёмники предпочитали кольчугу, а иногда и варёную кожу или даже ткань. Оружием Кэйсше выбрал метательное копьё. Достав стальной щит и пригладив чёрные волосы, Кэйсше вышел из шатра.

У каменной двери склепа собралось тридцать опытных воинов. По команде Кэйсше узкая дверь была выбита, и вскоре наёмники стали поодиночке протискиваться внутрь.

Склеп оказался огромным, с десятками закоулков и отсутствием всякого света. Кэйсше приказал разделиться по трое, а сам зашагал в одиночку по центральному ходу. Повсюду мерзко воняло: мертвецами и чем-то уж вконец диковинным, а стены и потолок едва ли не прогибались под напором векового песка. Только отвага и тщеславие гнали Кэйсше вперёд.

Из-за угла донёсся шёпот. Кэйсше стал красться туда, заглядывая за поворот. Большая каменная гробница – саркофаг по центру и окроплённый кровью ритуальный круг. Судя по всему, безумец не терял времени. Кэйсше прошёл дальше и вдруг узрел у круга почти незаметную фигуру.

– Это ты, погань? – проговорил Кэйсше на языке слабых и поднял копьё. Надлежит схватить живым или мёртвым.

– О, я – это я, без сомнения, – ответил гнусавый голос на ломаном тернском. – Только ты ли передо мной? Или попросту не так упавшая монета?

– О чём ты, погань?

Бурая от цвета камня фигура мерзко принюхалась.

– Не понимаешь, Кэйсше? – шепнула она, обернувшись. – С удовольствием объясню. Хотя лучше покажу, а?

В глазах Кэйсше потемнело, а через миг появилось причудливое видение. Кэйсше узрел прекрасную деву, сидящую с крохотными детьми. У неё длинные чёрные кудри, и она обожает просторные наряды из полупрозрачного шёлка. Вот только ниже пояса этой деве приходится одевать куда более плотные ткани, чтобы никому не обидеть взор своим ненавистным секретом.

– Был рождён стать няней, – захихикал затаившийся голос. – Судьба, так судьба.

Следующей перед глазами Кэйсше предстала степенная и горделивая девушка, сидящая за забросанным бумагами столом. Её жизнь в храме Прогнившего Мастера Дэландера чрезвычайно удалась. Каждый день она ест сладости, развлекает себя книгами и играми, и редко, очень редко принимает учеников. У неё короткие чёрные волосы, которые прячутся под украшенным алмазами головным убором.

– Рождена стать мудрецом. Повезло, что к ним берут и мужей, и жён.

Видения ускорили свой ход. Кэйсше увидел молодую девицу, одетую в стёганые доспехи и неумело взмахивающую мечом. Каждую ночь она плачет в своём шатре. «Я девушка, а не воин», – кричит она без сил, но мир отказывается слышать. Лишь второе гадание может спасти её, но до него оставалось ещё десять лет.

Возле Кэйсше застыл властный и крепкий парень в кольчуге. Даже в таком молодом возрасте он считается великим воином и командиром. О таких вопят пророчества, для таких возводят дворцы и склепы, и именно такие поведут наёмничьи кланы на скудоумных северян.

Видения прекратились так же резко, как и появились. Кэйсше плохо стоял на ногах, но попытался как можно скорее прийти в себя. Хрипло и с яростью он прошептал:

– К чему всё это, погань? Кто эти люди?

Голос захихикал.

– Неужто ещё не понятно? – фигура немного пошевелилась в тени. – Все эти люди – это ты. Каждый раз, когда мы рождаемся, Боги подбрасывают монету, а после монету бросают уже ваши ничтожные оракулы. Монета упала так: ты – мужчина и няня, монета упала по-другому: ты – женщина и воин. Сколько судеб было сломано этими монетами, а? Сколько ошибок они совершили?

– Гадания смотрят за пределы мужества и женскости! – с ненавистью ответил Кэйсше. – А «ошибки» случаются и так, без звёзд Арканы!

– Ха… Какая сладкая наивность и слабость. Тебе не стать истинным воином, никогда. Только я могу помочь, и только если ты согласишься мне служить.