Девушка, которая не сдается

Эпилог, или 30 лет спустя

Алеена отпустила коня, поправила длинный светлый плащ, глубоко натянула капюшон и растеряно оглянулась. Сине-черные тени, вестники ночи, расползались от слоистых каменистых отрогов. День угасал на глазах, ночь в пустыне пугала. Девушка сжала руки в кулаки, шагнула вперед. И тогда за каменистым отрогом она заметила нескладное каменное строение, точно боком привалившееся к скале. За каменной же оградой, начинавшейся от домика, виднелись маленькие смоковницы. Возможно, там росло еще что-нибудь, но Алеена не стала разглядывать местный сад-огород, бегом устремилась к деревянной двери домика.

Вокруг стремительно темнело.

Дверь оказалась запертой изнутри.

– Откройте! – крикнула девушка. Ей послышалось, как совсем рядом царапнули камень когти выходящего на ночную охоту зверя. – Откройте, пожалуйста.

Она постучала кулаком по двери.

Спустя долгие минуты послышался звук отодвигаемой щеколды. Дверь распахнулась, путница невольно сделала шаг назад.

На пороге стоял молодой, высокий широкоплечий мужчина, темноволосый, с темной бородой, высоким лбом и золотистыми глазами. Одет он был в светлую хламиду, или в длинный плащ, в сумерках девушка не разобрала.

– Пустите путницу на ночь, – умоляющим тоном сказала она. – Только до утра. Я уйду с рассветом.

Хозяин домика быстро окинул взглядом одинокую путницу, без багажа, без сопровождения. Ночь стремительно падала, окутывая мраком окрестности. Он тяжело вздохнул.

– Проходите, – неприветливо сообщил и сделал шаг назад.

В маленьком помещении с низкого потолка свисали на длинных цепях несколько масляных светильников, тускло освещая каменные стены и потолок, грубо сколоченные стол и широкую скамью.

– Отдохните здесь до рассвета, – мрачно сказал хозяин и исчез за неприметной дверью во внутренние помещения, выпустив оттуда на несколько мгновений луч света. Потом снова стало темно и страшно. Алеена задвинула тяжелую щеколду на входной двери и примостилась на краешке широкой деревянной скамьи.

Масляный светильник старинного вида свисал с потолка над столом. Тени качались. За входной дверью слышалось пугающее шуршание. Потом нервы зацепил отчаянный взвизг и короткое рычание. Девушка вскочила.

– Отдохнешь тут, – прошептала она и шагнула к двери во внутренние помещения, откидывая капюшон. Пушистые каштановые с золотом кудри рассыпались по плечам.

Дверь легко отрылась.

Внутри горели не только лампады, но и свечи, потому в маленькой комнатке было светло. Широкоплечий мужчина в длинной светлой хламиде стоял спиной к двери. Читал какую-то книгу. Медленно обернулся.

– Мне страшно. Там темно. За дверью кто-то кого-то съел. Можно остаться с вами? – умоляюще прошептала Алеена.

– Нет.

– Почему вы так жестоки? – она, не отводя взгляда от застывшего неподвижно мужчины, расстегнула несколько верхних пуговиц на плаще. – Я вам совсем не нравлюсь?

И внезапно плащ легким облачком соскользнул к ее ногам. Платье из тончайшей ткани просветилось светом лампад насквозь, обрисовывая гибкую фигурку девушки с высокой грудью, тонкой талией и крутыми, изящными бедрами.

Мужчина вдруг завел одну руку за спину. Алеена, не понимая, почему он молчит и не двигается, откинула длинные волосы за спину и сама сделала два шага вперед.

– Я и от порога заметил, как вы красивы, – сказал хозяин домика и даже криво усмехнулся. – Вы напрасно приближаетесь. Все равно ничего не выйдет, – он вытер пот со лба и стиснул зубы.

– Но, Тимон, почему? – начала Алеена. И оборвала себя на полуслове, почувствовав омерзительный запах горящей плоти.

– Кто тебя послал? – резко спросил мужчина, вынимая левую руку из-за спины. Обожженную в пламени свечей, покрасневшую, почерневшую местами от копоти.

Алеена вскрикнула, сознание помутилось, она неловко сползла на пол, ноги ее не держали.

– Это худшее, что ты сейчас можешь сделать, девочка, – пробормотал Тимон, подходя к ней. – Я не смогу тебе помочь.

– Я ничего, – прошептала Алеена, дотягиваясь до плаща. И добавила быстро. – У меня есть с собой хорошая мазь от ожогов… Зачем ты так, Тимон? Зачем?

– А ты надеялась, что я соблазнюсь? – усмехнулся Тимон, отворачиваясь от сидящей на полу полуобнаженной красавицы. – Думала, что уступлю тебе? И даже не тебе – тем, кто тебя прислал…

Он открыл деревянный шкафчик, встроенный в стену и вынул оттуда баночку из темного стекла.

– У меня тоже есть неплохая мазь.

– Очень мило. Сначала сжечь себе руку, потом ее лечить, – нервно сказала Алеена, накидывая на себя плащ. – Я тебе совсем не нравлюсь? Я ведь красивая, – добавила она беспомощно, чувствуя, что сейчас еще и расплачется. Давно уже напряженные нервы требовали разрядки.

– Я заметил, – вздохнул Тимон, наливая из кувшина воду в одну из мисок, стоявших на столе позади все еще сидевшей на неровном каменном полу девушки. – Но ты ведь не знаешь, что такие, как я, дают Богу обет безбрачия. Вот я и проверил, смогу ли вынести адский огонь, ждущий меня за его нарушение. Решил, что не смогу, – добавил пустынник, добродушно усмехнувшись. Опустил руку в миску с водой и невольно тихо застонал.