Девушка, которой не было

Глава 1

Дождь в этом городе всегда начинался без предупреждения.

Не ливнем — слишком честно. А мелкой, настойчивой моросью, которая сначала оседала на ресницах, потом на волосах, а спустя десять минут ты уже чувствовал себя так, будто кто-то медленно стирал тебя с лица земли.

Майя терпеть не могла зонты.

Они цеплялись за двери автобусов, ломались от первого порыва ветра и обязательно исчезали именно тогда, когда были нужны.

Поэтому сейчас она шла по мокрой улице, прижимая к груди картонную папку, пока дождь превращал светло-русые пряди в темные волны.

— Вот зараза… — пробормотала она, перепрыгивая через лужу.

Телефон завибрировал.

Марина.

— Если ты снова спросишь, где я, я отвечу, что в отпуске.

— Ты опаздываешь.

— На семь минут.

— На девять.

— Ты засекала?

— Конечно.

Майя усмехнулась.

— Я почти пришла.

— Начальник уже три раза выглянул из кабинета. И у него то самое лицо.

— Какое?

— Будто мы лично украли у него молодость.

Связь оборвалась.

Майя подняла голову.

Старое здание архива выглядело так, словно дождь шел здесь последние сто лет. Серый камень, тяжелые деревянные двери и высокие окна, за которыми почти никогда не горел яркий свет.

Она любила это место.

Пахло пылью, бумагой и временем.

---

— Савельева.

Голос начальника прозвучал еще до того, как Майя успела снять куртку.

— Доброе утро.

— Уже почти день.

— Но поздоровались мы впервые именно сейчас.

Он тяжело вздохнул.

— Когда-нибудь ты сведешь меня с ума.

— Не первая в очереди.

Марина прыснула со своего рабочего места.

Начальник сделал вид, что не заметил.

— Ко мне.

Кабинет был завален коробками.

Старые письма, дневники, фотографии, газетные вырезки...

Майя почувствовала знакомый восторг.

— Новое поступление?

— Да.

— Частный архив?

Он кивнул.

— Родственники писателя Воронцова наконец согласились передать документы государству.

Майя подняла брови.

— Серьезно?

Имя знали все.

Александр Воронцов был одним из самых загадочных писателей своего времени. После его смерти вокруг личности ходило столько слухов, что никто уже не понимал, где правда.

— Это твоя работа.

— Вся?

— Пока да.

— Спасибо.

— Не благодари раньше времени.

Он достал из стола маленький ключ.

— Один ящик был закрыт.

Родственники утверждают, что ключ потеряли еще лет двадцать назад.

— А этот?

— Нашли сегодня утром под двойным дном коробки.

Майя осторожно взяла его.

Старый.

Латунный.

На головке была выбита единственная буква.

Э.

---

Она всегда разговаривала с документами.

Не вслух.

Мысленно.

«Ну что... посмотрим, что вы скрывали столько лет.»

Замок открылся неожиданно легко.

Внутри лежали письма.

Не рукописи.

Не черновики.

Именно письма.

Аккуратно перевязанные темно-синей лентой.

На самом верхнем конверте красивым почерком было написано:

"Эве."

Майя нахмурилась.

Странно.

Она когда-то читала биографию Воронцова почти полностью.

Жена — Инна.

Сестра — Валерия.

Дочь — Софья.

Никакой Эвы там не было.

Она осторожно открыла первое письмо.

"Ты опять исчезла раньше рассвета.

Мне начинает казаться, что ты существуешь только тогда, когда никто не смотрит."

Майя улыбнулась.

Красиво.

Очень красиво.

Следующее письмо.

"Сегодня официант снова спросил, почему я всегда заказываю два кофе.

Я не смог объяснить ему, что второй всегда остывает."

Она перевернула страницу.

Почерк постепенно становился нервнее.

"Я боюсь, что однажды проснусь и забуду твой голос."

Еще письмо.

"Они утверждают, что никогда тебя не видели."

Следующее.

"Даже фотографии исчезли."

Улыбка Майи медленно исчезла.

Это уже было не похоже на обычную любовную переписку.

Она открыла последнее письмо.

Конверт оказался тяжелее остальных.

Внутри лежала фотография.

Молодой Александр Воронцов стоял возле старого дома.

Его правая рука была вытянута так, будто он обнимал кого-то за плечи.

Но рядом...

Никого не было.

Только пустое пространство.

На обороте дрожащим почерком было написано:

"Если однажды кто-то прочитает это... найди моего сына.

Он не должен узнать, что я исчезла из чужой памяти.

Меня зовут Эва.

Пока кто-то помнит мое имя — я существую."

Майя долго смотрела на эти строки.

Потом медленно перевернула фотографию обратно.

На мгновение ей показалось, что в пустоте рядом с писателем мелькнул женский силуэт.

Она моргнула.

Ничего.

Лишь старая пожелтевшая бумага.

— Показалось... — тихо сказала Майя.

Но где-то в глубине архива часы, молчавшие много лет, неожиданно пробили четыре раза. Хотя на настенных часах было всего половина второго.

И впервые за весь рабочий день Майя почувствовала, что в комнате находится не одна.