Девушка по имени Мишель

Новая глава 7

Олег Нагорный

– Олег Степанович... вы меня слышите ? У вас всё в порядке, Олег Степанович, вы хорошо себя чувствуете? – Я услышал стук в дверь и голос Кати, но не мог открыть глаза. Вошла моя помощница, и её голос уже доносился до меня издалека.

В последнее время я чувствую лёгкую слабость, периодически поднимается температура. И этот проклятый кашель никак не проходит. Я старался не обращать внимания, но самочувствие ухудшалось с каждым днём, слабость и постоянное желание прилечь мешали вести активный образ жизни.

Катя о чём-то говорила, ходила туда-сюда, я слышал только, как она просила вызвать скорую помощь.

Я не переживаю за себя, моя главная проблема – Мишель. Если меня не будет рядом, её просто уничтожат. Мне нужно жить, жить хотя бы до тех пор, пока не устрою и нормально не организую жизнь и безопасность дочери.

Всё должно быть организовано так чётко, чтобы моя дочь никоим образом не страдала, её нужно максимально освободить от бизнеса и денег.

Я открыл глаза в больнице. Катя сидела рядом, кругом были аппараты, капельница была подключена к руке.

– Олег Степанович, вы проснулись , вы нас напугали . Сейчас я позову врача , – всё время говорила Катя .

– Скажи, Катька, Мишель в курсе? – Я снял с лица кислородную маску и, собравшись с силами, заговорил.

– Ой, извините . Сейчас позвоню, – она быстро достала телефон и попыталась набрать номер.

– Катя, подожди, не надо никому звонить. Мишель не должна ничего знать. Понимаешь?

Девушка молча кивнула и вышла из палаты. Я остался наедине со своими мыслями. Я всё ещё не понимаю, что со мной происходит, но понимаю, что моё положение серьёзное.

Жизнь – интересная штука , никогда не думаешь, что однажды наступит и твой закат. Работаешь, строишь империю , достигаешь вершин, и вдруг приходит сознание , и всё теряет смысл, потому что в твоей жизни не было самого главного – счастья.

Я прожил 45 лет, из которых 15 просто выживал физически. После убийства жены я посвятил себя работе, и моя дочь–Мишель стала единственной причиной моего желания жить. Она доверена мне женой, она самый ценный человек на этом свете. Я был совсем молодым, когда стал отцом, мне было всего 20 лет. Когда Юлия сказала о беременности, моей единственной мыслью было, чтобы наш ребёнок родился, и родился в полноценной семье. Юлия была полна сомнений, она боялась, но мы справились и смогли всего добиться, она училась, помогала мне. Однако жизнь была жестока к нам, разлучив нас навсегда.

Если бы я остановился, я бы не потерял жену. Они угрожали мне, но я не обращал на них внимания, считая себя неуязвимым, всемогущим и думал что никто не посмеет мне противостоять. Я был молод, горяч и гнался за славой, за властью. Но, увы, жизнь дала мне такую ​​пощёчину, от которой я не смог оправиться до конца жизни.

Мою жену убили в собственном доме, охранник открыл дверь и впустил убийцу. Жена была беременна, мы ждали двойню. Я не знал об этом, она приготовила сюрприз, но, увы…

Я скрыл некоторые подробности от Мишель, моя дочь не знает о беременности матери, думаю, ей не следует знать. Может, я эгоист, но я не хочу, чтобы она винила меня.

В палату вошёл врач с бумагами в руке, лицо у него было мрачное, словно он пришел объявить о скорой смерти.

– Олег Степанович, как вы себя чувствуете? – Он с вниманием посмотрел на меня из-под очков. Я слегка кивнул, врач подошел, проверил капельницу и сделал глубокий вдох. Не знаю, тянул ли он момент или подыскивал нужные слова.

– Доктор, расскажите как есть, не томите.

– Олег, ваше состояние серьёзное. Если мы не начнём лечение сейчас, не хочу вас пугать, но у нас очень мало времени.

– Сколько у меня времени, доктор?

– Если мы не начнём лечение… Три месяца, Олег.

Всё. Конец? Врач вынес приговор, что делать, как подготовить Мишель к предстоящим трудностям?

– Олег, нам нужно начать лечение немедленно, вы ещё очень молоды, болезнь ещё в стадии преодоления. Мы начнём лечение здесь, а потом вы поедете лечиться в Германию.

– У меня много незаконченных дел, доктор, я не могу проводить время в больничных стенах.

– Олег, поймите, время работает против вас. Мы вас сейчас выпишем, подумайте, хорошенько подумайте и позвоните мне.

Что же мне делать, как правильнее поступить, Мишель, о моя девочка, кажется, она выросла, стала взрослой, будущий врач, но, Боже мой, какая же она наивная, доверчивая, добрая. Оставить её здесь одну – значит отдать на растерзание волкам.

Сидя в машине, я пытаюсь взять себя в руки, осмыслить всё происходящее. Принять правильное решение. Если бы у Мишель был парень, я бы его подготовил, сделала бы всё, чтобы он смог постоять за мою дочь.